Чтение онлайн

— Господа, — начал я, раскладывая на столе документы. — Благодаря помощи внешней разведки, мы идентифицировали несколько ключевых фигур заговорщиков и их финансовые сети в империи. Теперь настало время действовать.

Я указал на карту Санкт-Петербурга с отмеченными точками.

— Эти предприятия и учреждения служат прикрытием для финансовых операций. Торговые дома, инвестиционные компании, склады… Все они формально законны, но используются для отмывания денег и финансирования подрывной деятельности.

— Каков план действий? — спросил Левински, поглаживая свои неизменные усы.

— Одновременные рейды по всем точкам, — ответил я. — Конфискация документов, допросы руководства, арест подозреваемых. Действовать будем на основании императорского указа о борьбе с финансированием подрывной деятельности.

— А юридические основания для таких действий? — уточнил Мельников. — Многие из этих компаний имеют связи с влиятельными людьми.

— Все задокументировано и подкреплено доказательствами, — заверил я, демонстрируя толстую папку. — Мы не просто врываемся с обвинениями — у нас есть конкретные факты незаконных транзакций, уклонения от налогов и финансирования запрещенных организаций. Так что по этому поводу можно не переживать, все сделано так, чтобы точно их поймать и они не могли отвертеться.

Следующие несколько часов мы разрабатывали детальный план операции. Каждая группа получила точные инструкции, досье на руководителей компаний и список документов, которые необходимо было найти в первую очередь.

— Особое внимание уделите корреспонденции с иностранными партнерами, — напутствовал я перед отправлением. — Нам нужны доказательства международных связей.

Операция началась следующим утром, ровно в девять часов. Двенадцать групп одновременно вошли в офисы подозреваемых компаний. Я лично возглавил рейд на «Северное торговое партнерство» — крупнейшую из организаций, связанных с финансированием медицинских исследований.

Директор компании, пожилой господин с аристократическими манерами, встретил наше появление с показным возмущением:

— Что это значит? Немедленно покиньте помещение! Я буду жаловаться министру внутренних дел!

— Законник Российской Империи, — я показал ему свой знак и документ с императорской печатью. — У нас ордер на обыск и изъятие документов, касающихся финансовых операций вашей компании с иностранными партнерами.

Пока мои люди проводили обыск, я продолжил беседу с директором в его кабинете:

— Ваша компания перевела более ста тысяч золотом в различные европейские банки за последний год. Официально — для инвестиций в торговые предприятия. Но по нашим данным, большая часть этих средств в итоге оказалась в распоряжении организаций, занимающихся сомнительными медицинскими экспериментами. Как вы это объясните?

— Мы инвестируем в перспективные предприятия по всей Европе, — отрезал директор. — Это обычная практика. И я не обязан отчитываться перед вами о коммерческих решениях.

— Перед Законником — возможно, — согласился я. — А перед императорским судом по делам государственной измены?

Лицо мужчины побледнело.

— Это абсурдное обвинение! — возмущенно воскликнул он.

В этот момент один из моих помощников принес стопку документов.

— Господин Законник, взгляните на это. Тайная корреспонденция, спрятанная в двойном дне сейфа.

Я бегло просмотрел бумаги. Письма на английском и французском языках, подписанные инициалами, которые мы уже идентифицировали как принадлежащие высокопоставленным членам «Общества». Детальные инструкции по переводу средств, закупке оборудования, найму специалистов. И несколько упоминаний «проекта Возрождение» — очевидно, нового названия для экспериментов Корниловых.

— Что ж, — я поднял взгляд на директора, который уже все к этому моменту понял и потерял всякую надежду на сопротивление, — вы арестованы по подозрению в государственной измене и финансировании подрывной деятельности против Российской Империи.

К полудню стали приходить доклады от других групп. Операция шла успешно — во всех офисах были обнаружены компрометирующие документы, арестованы ключевые фигуры. Особенно ценной оказалась находка в «Балтийском инвестиционном бюро» — полный список контактов «Общества» в финансовых кругах империи.

К вечеру мы допросили большинство задержанных. Как я и ожидал, многие были лишь инструментами, не понимавшими истинных целей организации. Они выполняли указания, переводили деньги, не задавая лишних вопросов.

Но трое руководителей крупнейших компаний оказались непосредственными членами «Общества». Один из них, банкир Штерн, под давлением неопровержимых улик согласился сотрудничать.

— Я лишь выполнял распоряжения, — оправдывался он. — Они обещали поддержку в делах, защиту интересов. Я никогда не знал о медицинских экспериментах!

— Но вы переводили миллионы на счета лабораторий, — возразил я. — Неужели ни разу не поинтересовались, на что идут такие средства?

— Нам говорили, что это исследования в области продления жизни, лечения наследственных болезней, — Штерн нервно теребил манжеты. — Многие аристократические семьи заинтересованы в таких разработках. Мне и в голову не приходило, что там могут проводиться бесчеловечные опыты.

— Кто давал указания? — я подтолкнул к нему перо и бумагу. — Имена, должности, способы связи. Все. И лучше вам никого не забыть.

Штерн колебался лишь мгновение, затем начал писать. Список получился внушительным — более двадцати имен, включая нескольких высокопоставленных чиновников и военных, которых мы ранее не подозревали. Но что самое тревожное — многие из указанных людей уже были мертвы. Одни скончались от «естественных причин», другие стали жертвами «несчастных случаев», третьи «покончили с собой».

— Это обычная практика, — пояснил Штерн, заметив мою реакцию. — «Общество» никогда не оставляет свидетелей, когда они становятся ненужными. Я подозреваю, что и меня ждала бы та же участь рано или поздно.

— Что вам известно о целях этой организации? — спросил я.

— Немногое, — признался банкир. — Членство строго иерархическое, информация доступна по мере повышения ранга. Мне говорили лишь, что они стремятся к улучшению жизни людей и прорыву в медицине. И что необходимы исследования по усовершенствованию человеческой природы.

Допрос продолжался почти до полуночи. К его завершению у меня были имена, даты, места встреч — все, что могло помочь в дальнейшем расследовании. Наиболее важными оказались финансовые схемы. Благодаря показаниям Штерна и изъятым документам, мы могли заблокировать значительную часть средств «Общества» на территории империи.