Чтение онлайн

У меня отвисла челюсть. Девушка на фотографии, сделанной на паспорт, была моей копией. Читай книги на Книгочей.нет. Подписывайся на страничку в VK. Только помоложе, и с более резкими чертами лица. И глаза голубые, а у меня серые. Но сходство было пугающим.

– Погибла в аварии, четыре года назад. Когда я увидел ваше фото… трудно передать мои эмоции. Я не говорю, что я хороший человек, но здесь… Сердце сжалось. – Его голос дрогнул и затих, затем вновь прозвучал, но на этот раз тверже.
– И я бы почувствовал себя полным мудилой, если бы… позволил Зимину сделать вас очередной своей жертвой. Так что вы правы, это не альтруизм. Этот разговор… вы очень на нее похожи, я не могу выразить, почему я это делаю…

Я оторвала взгляд от фото и посмотрела на разом поникшего майора. Ему было херово, он не отпускал взглядом изображение дочери в моей руке. Я, с трудом сглотнув, протянула ему фото. Он взял неверными пальцами, и обронил под ноги. Зашарил рукой по полу. Но теснота мешала. Я включила свет в салоне, он отодвинул сиденье назад и трясущимися пальцами поднял фотографию. Судорожно оттер ее от капель влаги из-за растающего в лужу снега, что принес с собой на ботинках и вернул в портмоне.

Глубоко вздохнул, и вновь посмотрел на меня.

– Помогите мне, Александра. Я хочу засадить этого афериста.

– Хотите доказательств? – майор внимательно смотрел на меня, молчавшую и отвернувшуюся в боковое окно, в попытке сдержать слезы. – Спросите его о деле Митина. Это его бывший клиент. Занимался изготовлением кровельных материалов. Бизнес Митина Зимин распилил и продал. А первая схема, где он крутится вокруг детей успешных бизнесменов, касается его бывшей жены. Дочери владельца сети ресторанов “Трефоль”. Он имел долю в этом бизнесе, постепенно нарастающую, да только его бывшая супруга вычислила его схему и подала на развод. Потом гражданин Зимин еще полгода пил из ее семьи все соки, сами понимаете, он прекрасно знал о вещах, за которые налоговая по головке не погладит. Получив при разводе отступные в размере десяти миллионов, он от них отвязался.

Я не хочу этого слышать. Вспомнилась та дамочка, к которой завез меня Зимин в самый первый вечер нашего знакомства. Он отдал ей документы. Видимо те самые, которыми шантажировал.

– Что вы от меня хотите? – мой голос хриплый, будто чужой.

– Не много, на самом деле. Я выпишу вызов на допрос. Вы приедете и расскажите следователю все, о чем вам известно. Это не станет ведущим обвинением, ведь по факту, он вам ничего не успел сделать… тем не менее ваши слова будут иметь хороший вес, и возможно, спасут чью-то судьбу…

– Но я почти ничего не знаю… - слабо признала я, откинув голову и прикрыв глаза.

Меня штормит, господи, как я домой то доеду.

– Знаете. Сегодня, если получится, спросите его о Митине и Трефоле. А завтра, после допроса, следователь запустит его дело. – Негромко произнес Данилов, зашелестев бумагами.

Он выписал мне вызов в отдел МВД по Южному округу на завтра, в 16:00. Я дрожащими пальцами убрала лист в бардачок. Данилов уехал.

Дома я поставила манты готовиться, ведь скоро должен был приехать Зимин, и ревела. Белугой. От страха. От разочарования.

Он позвонил, спросил нужно ли что купить по дороге домой. Домой. Прозвучало так тепло, так интимно. Я, стараясь предать голосу беззаботность, ответила что нет.

Зимин все-таки кое-что купил. Букет алых роз. Вручил мне и, клюнув в щеку, пробежал на кухню, восторгаясь запахом.

Я накрыла стол, врубила телевизор для фона и смотрела как он жадно, обжигаясь соком пожирает манты, причмокивая от удовольствия.

– Ты готовила? – спросил он с набитым ртом, с обожанием глядя на меня.

Мама. Но я кивнула.

– О-о-о, Ветлугина, я на тебе точно женюсь! А можно мне еще штуки три? Нет, четыре лучше!

Женится он. Дрожь тронула пальцы. И разорит папу.

У меня кусок в горло не лез, хотя я вполне себе успешно изображала повседневность, изредка улыбаясь ему и все чаще глядя в телевизор. Зимин убрал тарелку в раковину, налил себе кофе и выключил телевизор. Я удивленно посмотрела в карие глаза.

– Ну, я сыт, доволен, и, пожалуй, даже счастлив. Так что готов пережить любую бурю. – Ответил он на мой вопросительный взгляд, а потом мягко добавил, - что случилось?

И если бы не этот тон в конце, я бы выдержала. Я бы продолжила вести театр одного актера, и красиво довела бы его до конца, а не заревела, как дура, боясь предать того, кто собирался предать меня.

Зимин разительно поменялся в лице, не ожидая ничего подобного.

– Саш… кто обидел? – серьезно, с долей угрозы спросил Слава, присаживаясь возле моего стула на корточки, и внимательно глядя на мою истерику.

Я, в попытке успокоиться, глотнула его обжигающий кофе, прокашлялась, и посмотрела в темные глаза.

– Поклянись, что врать не станешь. – Стараясь, чтобы голос звучал требовательно, произнесла я.

– Я тебе никогда не врал. – Осторожно ответил он, вглядываясь в мое лицо. – И сейчас уж тем более не собираюсь.

– Расскажи мне о деле Митина.

У Зимина расширились зрачки. Он застыл, пораженно глядя на меня.

– Кажется, я знаю, откуда ноги растут. – Он склонил голову на бок, испытывающее глядя мне в глаза. – Кто из них к тебе приходил? Старых или Данилов?

– Данилов. – Я шмыгнула носом, твердя глядя на Зимина. – Что с Митиным?

Зимин глубоко вдохнул и медленно выдохнул, как перед прыжком в прорубь. Отвел взгляд в сторону, покачав головой и прикусив губу. Я отчетливо поняла, что мне не понравится его ответ.

– Он обратился ко мне, когда было слишком поздно. В двое суток я бы не уложился. Ну никак. Чтобы его не посадили, мы решили продать его бизнес. Якобы ничего не подозревающему мне. По закону эта сделка даст мне, как новому владельцу некоторое время без проверок. Я подчистил документацию, но продать дело обратно Митину не получилось бы, потому что он занесен в черный список банковских систем и на карандаше у экономической безопасности. Сам вести бизнес он бы не смог. И в конце концов, на него бы снова насели, и меня заодно на дно потянули. Поэтому я заключил договора о долевом участии своих ребят, чтобы развеять пристальное внимание госорганизаций и выжидаем полгода, чтобы перепродать бизнес родственнику Митина.

Сердце пропустило несколько тактов.

– Знаешь, на что похоже? – я прикрыла ладонью рот, стремясь сдержать истеричный смех.

– На распил. – Негромко ответил Зимин, поднимая на меня взгляд. – Оттуда схему и брал. Поэтому из почти тысячи моих контрактов менты выбрали именно это, чтобы тебе на уши насесть. Но, Саш…

Я отрицательно помотала головой, не давая ему шанса вывернуться и навешать глупой мне лапши на уши. Сейчас. Нужно спросить это сейчас…