Чтение онлайн

– Я ничего не понимаю! – разозлилась я. – Я гуманитарий! А здесь написано как для технарей с вышкой. Причем не с одной!

– Пришла бы на занятия, я бы объяснил. – Усмехнулся он, отставляя планшет и вставая со стула.

Он подошел ко мне и навис сверху, вглядываясь в мои каракули. Обалденный запах. Шанель аллюр. Я папе такой дарила. И эти часы еще. Не радо, и не ролексы, но французский лонжин я хорошо знала. Это чего он на нищенскую зарплату ассистента себе позволяет? Господи, какой шикарный запах… Он протянул руку, поправляя мой съехавший за папку лист, чтобы разглядеть тот позор, который я там накатала. А я обратила внимание на длинные пальцы. И на безымянном тонкий ободок кожи чуть бледнее остальной. От обручального кольца. Интересно…

– Ветлугина, что это за бред? Я тебе методичку для чего дал? – скептично подняв бровь, возмутился он.

– Так говорю же, там все сложно написано! Как для технарей!

Он закрыл тонкую книжицу, ткнув пальцем в мелкую строку внизу, где ясно говорилось что методическое пособие разработано для студентов медицинских университетов. Я разозлилась снова.

– А вы не можете мне так объяснить? – вскинула голову я, глядя в смеющиеся карие глаза.

Его лицо было в опасной близости от моего, и я на мгновение представила, как чуть подаюсь вперед и целую эти скептично улыбающиеся губы. Не знаю, что там было написано в моем лице, но он на секунду застыл, будто понимая мои развратные мысли. И давая шанс. Да ну, серьезно что ли? Но момент я протупила и он отстранился.

Сел снова за свой стол, чуть подался вперед и начал что-то там говорить, тыкая пальцем в методичку. А я слушала и млела от звучания этого голоса. Нда, недотрах на лицо.

– Поняла, нет?

– Неа. – Я нагло уставилась в карие глаза. – Статистика это не мое. Давайте альтернативные методы решения проблемы.

Хрен с ним, идем ва-банк.

– Давай. Завтра положишь мне на стол реферат на двадцать страниц. Рукописных. – Усмехнувшись, кивнул он.

– Сколько? – вытаращила глаза я. – Мне что, всю ночь писать?!

– А ты что хотела? Напишешь ручками, авось смысл дойдет. – Да он садист! Наваждение как рукой сняло. – Завтра к двенадцати. Попробуешь снова решить эти задачи. А я прочту реферат.

Я хотела было его упросить хотя бы на печатный вариант, но только тут сообразила что не знаю, как его зовут. Хотя, чего удивляться то? Я и про расположение кафедры тоже только сегодня узнала.

– Что? – заметив что-то похожее на смущение у меня в лице, спросил он.

– Я… не знаю как вас зовут.- Решив, что терять уже все равно нечего, нагло заявила я. – Хотела поныть, чтобы вы мне разрешили хотя бы напечатать...

– Вячеслав Алексеевич меня зовут, - фыркнул он. – Я тебе и так уже навстречу пошел, Ветлугина. Давай не будем испытывать мое терпение. Собирайся, я сейчас методички отнесу, вернусь и закрою аудиторию.

Я разозлено покидала вещи в сумку, и подхватив шубу, выскочила из комнаты. Поднимаясь по лестнице, достала телефон, чтобы осветить темные ступени. Но экран не реагировал. Батарейка села. Ну твою же мать!

 И тут я споткнулась. Попыталась уцепиться за перила, но не успела. От падения меня благородно спас Вячеслав Алексеевич, перехватив мою матюгнувшуюся тушку, стремящуюся спиной вперед к подножию лестницы.

– Ветлугина! Аккуратнее давай, чуть не придавила! – проворчал этот инюк, придавая ошарашенной мне устойчивое положение.

– Да во мне всего пятьдесят килограмм! – возмущенно обернулась я.

Белые зубы блеснули в полумраке, намекая на шутку.

– А во мне восемьдесят, а вмести мы сколько? Хоть эти цифры сложить сможешь?

– Не могу, - хмуро буркнула я, отворачиваясь и поднимаясь на оставшиеся три ступени.

Мои каблуки звонко стучали в тишине скудно освященного коридора. Он топал позади. Я бросила взгляд на настенные часы возле выхода. Почти десять. Ужас.

Охранница безнадежно спала перед маленьким бурчащим телевизором. Мы вышли в морозную ночь, я подняла воротник с тоской думая о том, что придётся прогревать машину.

Обернулась, собираясь попрощаться с гадким преподом, но снова поскользнулась на наледи плитки у входных дверей. На этот раз поймать он меня не успел, и я хорошо так приложилась коленкой, взвыв от боли. Незастёгнутая сумка упала рядом и из нее высыпалось почти все содержимое.

– Ветлугина! Да что ж ты с ногами совсем не дружишь! – он подскочил ко мне, помогая подняться. – Да еще на таких каблучищах ходишь!

Я зашипела, когда он поставил меня на ноги, подогнув ушибленное колено.

– Сильно ударилась? – участливо спросил он, глядя на мое кривящееся лицо.

– Да нет, этот я так, поклониться резко решила! – сквозь зубы сказала я, склоняясь чтобы собрать сумку, но снова едва не рухнула.

– Да стой ты уже на месте, а то насмерть убьешься. – Фыркнул Вячеслав Алексеевич, присев и собирая мои вещи. – Ммм… куришь?

Он держал в руках пачку моих сигарет.

– Нет, мне подкинули. – Закатила глаза я, склоняясь и пытаясь выхватить сигареты, но ушибленное колено прострелило такой болью, что я взвизгнув, начала заваливаться на него.

Он среагировать снова не успел и грузно упал на спину, придавленный мной. Я в поисках опоры уперлась руками в плитку, по обе стороны его головы. Он стремясь не удариться затылком резко подал головой вперед, едва не ткнув меня носом в глаз. Меня объял его фантастический запах, и я замерла. Снова в опасной близости от его лица. А он и вправду красив. Я зачарованно смотрела в глубокие карие глаза с длинными ресницами.

– Ветлугина… какая же ты…- его голос вопреки моим ожиданиям был насмешлив, но мысль он не закончил.

Замолчал, глядя на мои губы.

Ну давай же!
– почти взмолилась я, инстинктивно облизнув губы. И мне показалось, что на миг подался вперед. Но только на миг. Туман в его глазах сменился замешательством. Я почти простонала от разочарования.

– Неуклюжая. – Деланно весело закончил он, заметно стараясь затолкать в себя то, что уже зарождало во мне всякие похотливые мыслишки. – Давай, поднимайся, если… а то у меня сейчас спина примерзнет.