Чтение онлайн

– Правильно!
– одобрил его поведение внезапно возникший Огма. Времена нынче такие - лихие, жесткие, энергичные и действия должны быть энергичными и действователи... лихими. Свободное предпринимательство! Свободная зона...

– Кстати, насчет зоны, - вклинилось издалека Говорливое дерево Брысь, тоже однако как и Рекидал-Дак оставаясь невидимым.
– Я тут подумало...

– Ха!
– громко сказал Шипе-Топек.

– Ну?!
– так же громко откликнулось Говорливое дерево Брысь.

– А что?
– не сразу сдался Шипе-топек.

– А квартира?
– не уступило Говорливое дерево Брысь.

– Да квартира!
– твердо и решительно сказал Шипе-Топек.
– Нет конфронтация! Мир! Дружба! Каждому трудящемуся - по труду! Каждому мечтающему - по голубой мечте! Каждому нуждающемуся - по нужде... и голубому нужнику!!!

– Хо!
– удовлетворенно констатировало Говорливое дерево Брысь, плотоядно потирая корнем о корень.

– Нд-а-а-а, - покачал головой Яманатка.

– А ты как думал?
– спокойно, но сурово посмотрел на него Огма.

– А я не обязан думать!
– затравленно огрызнулся Яманатка.
– Пусть вон шипе-топеки думают. А я, если где что надо отвинтить - скажите, отвинчу в момент. Если где что можно унести, только намекните - я унесу с радостью...

– Насильник ты наш, - подобострастно поддакнул Рекидал-Дак.

– Все!!!
– рявкнул Огма.

– Кончаем базар - переходим к рыночной экономике!

– А я никуда идти пока не собираюсь!
– строптиво возвестило Говорливое дерево Брысь.

– Ну а я, вообще - умер!
– противным голосом сказал Шипе-Топек и тут же быстро лег на землю и стал при этом незаметно отползать.

– В таком случае - будем бить!
– заявил Огма.

Шипе-Топек пополз обратно.

– Рублем!
– добавил Огма.

Шипе-Топек опять незаметно сменил направление ("Черт с ни с рублем!")

– А я люблю бить баклуши, - вдруг немного невпопад заявил Яманатка.

Шипе-Топек притормозил на мгновение, подумал и вновь пополз прочь.

– А еще, - не унимался Яманатка, - в ладоши и по ушам!

– Ушами надо хлопать!
– авторитетно заявил Рекидал-Дак, - на свежем Ветру Больших Перемен.

– Кстати о ветре, - подало голос из далека Говорливое дерево брысь. Говорят, что нельзя плевать против ветра, а почему собственно, если у нас уже полный плюрализм и полная же демократия? Как по мне: каждый может плюнуть куда захочет и имеет полное право быть оплеванным...

– Потому, что все равно надо чуять откуда ветер дует, - мрачно сказал Огма, глядя вслед неуклонно уползающему Шипе-Топеку.

В таком ракурсе Шипе-Топек несомненно вызывал уважение и даже некоторую зависть.

– А впрочем, ползите куда хотите!
– Огма в сердцах демократично плюнул, но Шипе-Топека не попал.

Зато очень похоже, что это был все таки самый последний рассказ о жизни в Пятимерном Мире.

Да и где быть этой самой жизни и этому самому Пятимерному Миру, коль его аборигены, с попутным ветром Больших Перемен, расползлись во всех пяти направлениях, прихватив с собой все, что еще можно было прихватить.

ЭТО КОНЕЦ.

P.S. Лишь Одинокое дерево Брысь еще не верило в это.

Но, нельзя же прожить всю жизнь лишь на АВОСЬ.

Хотя, в Пятимерном Мире...

Нет, правда?

Если ничего другого уже не остается?

Ну еще разик, последний?

Ну может все же АВОСЬ?

И только круги...

Впрочем нет. Это все же Пятимерный Мир, и значит не круги, а квадраты.

Квадраты на воде.

И спираль Истории у них должно быть квадратная.

И голова...

Но ты, читатель, в это не верь!

Не верь... Не верь... Не верь...

А, черт! Об угол руку поранил.

Ну, ничего, главное ведь что:

COGITO, а значит где-то SUM, одним словом.

16. ПОСЛЕСЛОВИЕ: "...НА КРУГИ СВОЯ..."

– Тук-тук! Кто там?
– сказал Шипе-Топек, постучав сначала по стволу Говорливого дерева Брысь, а потом по небольшому, но очень твердому лбу Яманатки.

Яманатка было собрался ответить, даже успел размахнуться как следует... Но прибежал взмыленный Рекидал-Дак:

– Огма! Там!!!

– Ну и что, - спокойно сказало Говорливое дерево Брысь.
– Он - там, мы - тут, а некоторые тем временем... бананы кушают.

– Почему именно бананы?
– спросил Яманатка, который хоть покушать был не слаб, но работать, по возможности, избегал, не выделяя в особые категории, ни физические аспекты труда, ни интеллектуальные.

– Правильно, - сказал Шипе-Топек, - интеллигентному человеку бананы ни к чему. Лично я люблю... киви.

– Огма! Там, - сказал Рекидал-Дак, но уже менее уверенно.

– Киви это птица такая, - обрадовался Яманатка, - про нее еще в песне поется... на иностранном языке: "Чому я не птыця, чому нэ литаю?" Это про нее - про киви.

– У тебя Яманатка, если говорить конфиденциально, с логикой всегда была конфронтация, вместо консорциума, - задумчиво сказало дерево Брысь.

– Правильно, - опять поддакнул Шипе-Топек, - у него даже концессии нет. Сплошной ходячий нонсенс.

– Чаво у меня нет?
– подозрительно посмотрел на Шипе-Топека Яманатка, интуитивно чувствуя, что его как-то оскорбили.

– Совести у вас нет!
– вдруг твердо сказал Рекидал-Дак, что было несколько неожиданно, потому, что твердость и газообразная консистенция конгломерат противоестественный и неконструктивный.

– Там Огма, - начал было Рекидал-Дак, но сбился.
– Я вам... хотел... конфиденциально...

– Коню понятно, что конфиденциально, - уверенно заявил Яманатка, а сам подумал: "Ну и головатый мужик был этот самый Ко-Ню."

– Тут главное взглянуть на проблему сверху, - задумчиво сказало Говорливое дерево Брысь, - с высоты, так сказать птичьего поме...