Закрытая школа
Шрифт:
Мужские голоса усиливаются, а мое сердце медленно умирает.
— Че за фигня?! Кто воду не выключил?
— Какой кретин позволяет себе такую роскошь? Кто не знает, что сейчас наше время водных процедур?!
Глава 10. Водные процедуры
ГЛАВА ДЕСЯТЬ. ВОДНЫЕ ПРОЦЕДУРЫ.
Прижимая руки к груди, немигающим взглядом наблюдаю за тенью, что приближается ко мне. Мгновение. Тишина. Ужас. Наверное, это была моя последняя самонадеянная выходка, которую я не повторю ни за какие деньги. Буду киснуть от грязи или бегать в женское крыло, но больше никаких принятий душа в купальне мужчин.
— Какой-то идиот не выключил воду в моей кабинке! — громоподобный голос заставил меня вздрогнуть и затаить дыхание.
Смотрю в глаза парня от которого невозможно оторвать взгляд и гулким эхом насчитываю пульсирующее биение в висках. Он ни на секунду не отводит глаза в сторону, прожигая меня суровым взглядом, под гнетом которого мои коленки трясутся и подгибаются. Затем молча, снимает футболку и вешает ее на петлю за пределами кабинки. Избавляется от джинсов, поместив их на соседнем крючке, и тянет руки к резинке боксеров.
Я открываю рот от удивления и не могу понять, что чувствую. С одной стороны картина открывшаяся моим глазам была великолепной и завораживающей. С другой стороны, я не в том положении чтобы выдержать такую томительную муку. Закусываю губу и умоляющим взглядом смотрю в глаза парня, который лукаво улыбается. На его щеках появляются обворожительные ямочки и мое сердце останавливается.
Влас беспощаден в своей красоте.
Влас.
— Братишка, а та ляля, что с тобой жить будет, она тебе кем приходиться? Ну нам-то ты можешь признаться. — выкрикнул один из парней, что параллельно принимали душ в соседних кабинках.
— Да, Влас, — заявил второй, стараясь перекричать потоки воды бьющейся о пол. — ты на нее виды имеешь или можем поделиться?
Мое бедное сердечко умирало с каждым новым вздохом. Влас не торопился с ответом и продолжал свою мучительную игру. Боюсь даже пошевелиться, хотя понимаю, что почти не чувствую ног, занемевших до колен. Но когда его руки тянут резинку трусов вниз, мгновенно зажмуриваюсь и сжимаюсь от страха.
— Она моя! — заявляет Влас и его приятели заливаются громким смехом.
— Тогда зачем ты нас позвал в эту школу?
— Ты же знал, что твоя гарпия подтянется за нами, а у тебя тут новое увлечение!
— Или ты спецом притащил нас в этот улей разврата?
— Да, нет! Он попросил нас помочь с местными авторитетами, а про увлечение ничего не говорил.
— Не говорил ни нам, ни своему увлечению!
Влас больше не отвечал на замечания своих приятелей, в которых я признала Адама, Дэна и Мэрфи. Они заливались смехом и рассуждали вслух долгие пятнадцать минут, пока принимали душ. Все это время мое сердце отбивало ритм в моей голове и тяжелым грузом разливалось внизу живота. Я не открывала глаз и боялась лишний раз сделать вдох, чувствуя на себе пристальный надзор бандюгана с ямочками.
Вздрагиваю, и до резкой боли закусив нижнюю губу, вдавливаюсь спиной в холодную стену. По коже пробегают табуны беспардонных мурашек, что оставляют после себя трепетное чувство неизвестности. Живот выкручивает от ноющего натяжения, а внизу между ног появляется зудящее жжение. Чувствую на своей переносице теплые губы и сглатываю ком в горле.
Мое тело стонет от напряжения и прислушивается к каждому дуновению вокруг себя. На плечи опускаются мужские ладони, сжимают кожу и умащивают меня так, чтобы мои плечи оторвались от стены.
— Киса, — хриплым тихим голосом сказал Влас. — Надень мою футболку и пошли в комнату, иначе скоро к нам присоединяться другие школьники.
— Ага. — Киваю ему и, сглотнув ком, застывший в горле, быстро выполняю поставленную задачу, стараясь не отводить взгляда от собственных ладоней.
— Можешь не спешить так быстро. — Нотки сарказма слетевшие с его губ, остались незамеченными мной. Уж слишком ватными были мое тело и мысли.
Кое-как мы добрались до комнаты, встретив на своем пути несколько неадекватных парней, что буквально раздевали меня взглядом. Это были совершенно не знакомые мне люди, лица которых я не могла вспомнить. В школу перевелись уже пятнадцать новых учеников, и скорее всего, эти были одни из них.
— Киса, надеюсь, ты больше не будешь ходить в душ без меня. — Холодно говорит Влас. — Ложись спать и не ходи по коридору после одиннадцати. Меня сегодня не будет. — и закрывает за собой дверь.
Нервно потираю шею и сажусь на кровать, когда мой новый сосед уходит из комнаты. Кажется, что моя жизнь котиться ко всем… явно не святым! Футболка пахнет ее прежним хозяином и вызывает во мне бурю эмоций. Прогоняю грязные мыслишки и улыбнувшись, беру телефон, на экране которого светится пропущенный вызов от моего жениха. Честер не оставит мне выбора, а узнав о моем новом сожительстве, будет рвать и метать. Набираю его номер и задержав дыхание, жду.
— Почему не ответила на мой звонок?
— Была в душе. — монотонно отвечаю, умащиваясь поудобнее на кровати.
— Я собирался приехать к тебе на этих выходных.
— Хорошо.
— Ты так спокойно отвечаешь, потому что уверена в себе?
— Уверена.
— Талита, ты хочешь сказать, что у тебя в школе все хорошо?
— Да, Честер, у меня все хорошо. — вздыхаю, — я очень устала и хочу спать. Приезжай и сам убедись, что у меня все хорошо.
— Не сомневайся! Я так и сделаю!
Собственно на такой позитивной ноте наш с Честером разговор был завершен. Я понимала, что стоит ему приехать, наши отношения могут закончиться, ведь моя школьная жизнь не столь хороша какой я ее рисую.
Если мой жених захочет то бизнес моей семьи будет уничтожен. А судя по тому как все плохо и где я живу-этого не избежать.
С мыслями о моем никчемном положении мне удалось уснуть. Во сне я видела себя маленькой беззаботной девочкой в голубом сарафане. Во сне все было просто и понятно, не так как сейчас.
На следующий день, как и предупреждал Далас наш и параллельный класс отправили в бассейн. Я все время ждала подвоха от новеньких девчонок с которыми у нас не заладились отношения. Но они даже не обращали на меня внимания, впрочем, как и мой сосед.
Влас был холоднее стали и прекраснее всего прекрасного. Он выглядел ярко и внушительно по сравнению с другими парнями. Идеальное тело. Мышцы играющие под искусно расписанной кожей. Я с трудом смогла отвести от него глаза и сосредоточиться на уроке плаванья.