Чтение онлайн

Эксперты-криминалисты были и здесь. Один из них согнулся перед входной дверью в дом и что-то подковыривал. Он выпрямился, когда увидел Вистинга. Черная, свернувшаяся кровь и начерченные мелом очертания человеческого тела на грубом деревянном полу внутри свидетельствовали о том, что произошло.

Работа, проведенная Мортенсеном, показывала, что сценарий был другим, нежели тот, что они представляли себе ночью. Мужчину забили до смерти в узком коридоре, но он уже был смертельно ранен, когда его нога ступила внутрь дома.

У Вистинга была с собой карта с отмеченными местами находок: мобильного телефона и пустых гильз. Он последовал по тропинке, пока не нашел отметки на земле. Встал возле того места, где стоял стрелявший, и осмотрелся. Некоторые ветви на ближайшем лиственном кустарнике были сломаны, но было сложно сказать, что тому виной: полицейские собаки или человек, в панике бежавший сквозь ночную тьму.

Следователь поднял руки и прицелился над низкорослым кустарником, будто у него в руке был пистолет. Потом он напряг тело и нажал на курок воображаемого оружия.

Простая реконструкция не позволила ему понять лучше, что все-таки произошло. Он сложил карту пополам, сунул в карман и отправился обратно к машине.

Прилетел воробей и сел на капот. Казалось, что пернатый смотрит прямо на следователя. Перед тем как птица взлетела и исчезла, Вистинг успел уловить отблеск ужаса в маленьких черных глазах.

На пути обратно он сбавил скорость, когда проезжал место, где на него напали и угнали автомобиль. Неподалеку от крестьянского дома, в котором Вистингу помогли, прямо возле дороги стоял владелец. Он сгребал что-то на лопату и клал это в тележку. Вистинг подумал, не стоит ли ему остановиться и поблагодарить за помощь, но проехал мимо. В эту же секунду зазвонил телефон. Вистинг увидел, что звонила Лине, и ответил на звонок по громкой связи.

– Привет, папа, – сказала она, – это я.

Она произнесла четыре слова, но ему уже было понятно, что-то не так.

– Как у тебя дела? – спросила она, прежде чем он успел отреагировать.

– Суматошно, – ответил Вистинг. – А у тебя как?

– Я думала приехать домой.

– Ты будешь писать о деле?

– Нет. У меня творческий отпуск. Я просто думала приехать домой. Все в порядке?

Вистинг перешел прямо к делу:

– Что стряслось?

– Мне просто нужно уехать. Отдохнуть.

– У вас с Томми все хорошо?

– Нет.

Вистинг замолчал и заметил, как использовал возникшую тишину таким же образом, как на допросе, когда он хотел, чтобы люди сказали чуть больше.

– Все кончено, – продолжила Лине. – Вообще-то это был вопрос времени. Я думала приехать домой, так чтобы у Томми было несколько дней упаковать вещи и подыскать себе новый дом. Можно?

– Разумеется, – ответил Вистинг. – Конечно, со мной живет Сюзанне. У нее дома ремонт полным ходом, но все в порядке. Твоя комната свободна.

Лине молчала.

– Может, я поживу в нашем дачном доме? – наконец предложила она.

– В доме?

– Да, ты получил его от дяди Георга.

– Я не знаю, Лине. Туда никто не заходил много лет.

– Тогда самое время, – возразила дочь, – я могу там все отмыть и убраться. Смогу занять свои мысли.

– Но я не знаю, будет ли у меня время поехать туда с тобой.

– Тебе и не нужно. Я знаю, где расположен дом. Там есть и вода, и электричество.

Вистинг слышал, как идея пожить в доме дяди Георга изменила ее настроение. В голосе появилась энергия.

– Ключ лежит дома, – сказал он. – Ты можешь взять у меня средства для уборки.

– Куплю что-нибудь по дороге. Мне нужно будет еще раздобыть немного еды.

Он пожелал ей удачи и закончил разговор. Перед глазами была карта, которую повесили на стене в комнате для переговоров. Дом, в котором нашли мертвеца, был обведен красным кружком. Расстояние до дачного дома дяди Георга в Вэрвогене не превышало четырех километров. Они по-прежнему ничего не знали об убийце, который перемещался по холодному осеннему побережью.

Вистинг пошарил в ящике письменного стола в поисках болеутоляющего. Нашел пачку парацетамола, там оставалась последняя таблетка. Он выдавил ее из блистера и проглотил, запив глотком холодного кофе из чашки на столе.

Нильс Хаммер вошел в кабинет. За ним следовал бледный застенчивый мужчина в неприметном сером костюме. Вистинг узнал его, это был Ингвар Арнесен из похоронного агентства «Мементо».

Хаммер положил перед следователем на стол увеличенную распечатку паспортной фотографии.

– Оттар Мольд, – объявил он.

Вистинг взял фотографию исчезнувшего водителя катафалка. Лицо было широким, с темными близко посаженными глазами. У мужчины был высокий лоб, крупная челюсть и массивный, покрытый растительностью подбородок.

– Что нам о нем известно?

Мужчина из похоронного агентства остался стоять, а Хаммер занял стул для посетителей.

– Довольно много, – ответил следователь и начал листать записи. – Сорок шесть лет, два взрослых сына, проходит процедуру развода и живет в однокомнатной квартире в Торстранде.

Вистинг кивнул, чтобы коллега продолжал. Эта информация была ему уже известна.

– Самое интересное, что он сидел, – продолжил Хаммер.

– В тюрьме?

– Дважды. Три месяца в 2002-м и полгода в 2004-м.

– И за что же?

– Скупка краденого.

Ингвар Арнесен сделал шаг вперед.

– Об этом я ничего не знал, – уверил он вполголоса.

Хаммер выудил несколько скрепленных степлером листков.

– Вот последнее решение суда, – сказал он. – Оттар Мольд скупал ворованные компьютеры, телевизоры и DVD-проигрыватели, а потом перепродавал их.

Вистинг уставился на владельца похоронного агентства и хотел спросить его, как можно было нанять на работу такого человека. Если существовала ситуация, когда человек действительно нуждался в возможности положиться на других, она была связана с похоронами.

Ингвар Арнесен кашлянул.

– Он сам пришел ко мне, – начал он отвечать на незаданный вопрос. – Оттар сидел без работы три месяца, как он сказал, и безработным ему быть надоело. Я как раз заявил в службу занятости, что мне нужен помощник, но работа ведь специфическая, и кандидатов не было. Я оценил его инициативу и хотел дать ему шанс.