Чтение онлайн

С того дня, когда я узнала о смерти моей семьи, у меня не было времени побыть наедине со своим горем. Динамичность происходящих вслед за этим событий если не вытеснила, то сильно притупила боль утраты. Все чаще и чаще перед моими глазами вставала картина из уже далекого прошлого. Мы с братом в гостиной играем в шахматы, а мама с папой наши болельщики. Они то напряженно следили за нашими рокировками, то громко нас подбадривали. Игра почти никогда не доходила до конца, потому что мы с братом начинали дурачиться. Он был моей частью. Его звали Пенни. Да…

Сейчас, больше всего на свете я боюсь, что их лица сотрутся из моей памяти, и лишь старые фото будут напоминать о том, что они были. Самое страшное, что система не щадит никого, и ты либо в ней, либо против, а с теми, кто против у власти разговор короткий. До меня дошло, что винить надо не Кейна, а систему. Пусть он и монарх, но такой же заложник тех норм и устоев, которые сложились задолго до нашего появления на свет. Он должен подчиняться ей, быть тем кем должен быть. Жестоким ублюдком, способным отдать приказ об убийстве. Таков он, таков его отец, и вся монархия.

Система не вернет мне семью, но она дала мне новую жизнь, человека, который всей душой за меня, но самое главное, что оно мне дала — это шанс. Шанс если не развалить, то хотя бы пошатнуть ее. Родители пытались сделать это снаружи, я попробую изнутри. Знаю, что еще не раз буду наказана, избита, а может и убита, но это несомненно стоит попытки.

Почему? Просто потому, что не должно быть произвола, казней, комендантского часа, наказаний за то, что ты косо смотришь, или просто оказалась не в то время не в том месте. Я не хочу возглавлять открытое сопротивление, но тайно и скрытно, изнутри попытаться хоть что — то изменить в этом городе, иначе смерть моей семьи была напрасной, и я не заслуживаю жить.

Мне кажется, что целеполагание — самая, что ни на есть движущая сила. Не иметь цели в жизни, ни к чему не стремиться, просто быть, и жить сегодняшним днем большая ошибка. Пусть цель будет маленькая, но четкая, и за ней последуют большие, грандиозные. Так и только так возможно развитие личности. Оставаться овощем, плывущим по течению я не хочу, и пока живу, буду пытаться что — то изменить. Я попробовала жить, подчиняясь приказам, и мне не понравилось. Не иметь свободы выбора, шанса на ошибку очень жестоко.

На утро, на пороге лазарета появился парень. Он, как и все был одет в камуфляжные штаны, и футболку. Как и все он был высок и строен, приятное, улыбающееся лицо, и милые ямочки на щеках.

— Эй! — позвал он и порога. Это был Маус, я сразу узнала его голос.

— Привет! — вяло, но радостно поздоровалась я.

— Выглядишь, как после бомбежки!

— И чувствую себя так же, — я улыбнулась, очень уж хотелось, — но обезболивающее у них отличное.

— Это я вижу, ты как под кайфом! — Маус подошел к постели и сел рядом на стульчик.

— Что я пропустила? Рассказывай, — я и правда не знала, чем закончилась операция со складом.

— Мы накрыли их, все благодаря тебе, — Маус легонько похлопал меня по руке.

— Я ничего не сделала, только, мне кажется, прибавила хлопот всем вам.

— Не мели чепухи! Ты услышала, где они прячутся, уложила главаря, он быстро раскололся, где прячут динамит, и мы со всем справились!

— Так это был главарь? — удивилась я.

— Он самый, бедный, все не мог понять, как его уложила девчонка! — Маус расхохотался, — но ты у нас не простая, верно?

— Не знаю, — честно призналась я. Ответ на этот вопрос я сама ищу.

— Парни сказали, что ты наш талисман!

— Очень приятно, — впервые за долгое время, я улыбнулась совершенно искренне.

— Как только поправишься, будешь с нами во всех рейдах!

— Что?! — в ужасе воскликнула я, натягивая одеяло на голову.

— Да да!

— Радость какая!

— Ладно, выздоравливай! Всем хочется повидаться с тобой!

— Постараюсь, — я выползла из — под одеяла и пожала его протянутую руку.

Маус ушел, а я думала, как очень быстро из изгоя стала талисманом. Может было бы лучше, если бы я была незаметной? В любом случае это уже неважно, а команда расчитывает на меня, так как теперь знает, что я не никчемная слабачка, а чем — то могу быть полезна.

Весь следующий день я пролежала одна, если не считать медсестра, которая приходила менять капельницы с антибиотиками и перевязывала рану. Под рукой не было ни книги, ни журнала, ничего, что могло бы занять мой мозг. Вечером следующего дня я готова была лезть на стену от скуки.

Лазарет погрузился во мрак, и я с ужасом представила эту пугающую тишину, которая буквально звенит в воздухе, и заполняет каждый угол помещения.

— Пугающая тишина, верно? — раздался голос монарха Кейна.

— Да, — тихо ответила я, зная, что он услышит. Говорить громче я попросту боялась. Не доверяла своему голосу. Кейн слишком долго занимал мои мысли в последнее время.

— Решил помочь тебе, думаю, ты будешь довольна, — послышались мягкие, но уверенные шаги по гладкому кафелю.

Я молчала, замерев в ожидании, пока он подойдет. Хотелось видеть лицо Кейна, так можно хотя бы предположить, что происходит у него внутри. Стул скрипнул, и я почувствовала запах духов монарха. Они были похожи на прохладный осенний ветер, который предвещает ветра зимы еще более холодные. Если задуматься, то они как нельзя лучше подходят его личности, характеру и ауре, которая его окружает.

— Зажечь лампу? — спросил Кейн.

— Нет, глаза очень болят, а к темноте я привыкла, — я старалась, чтобы мой голос был твердым, но осознание близости Кейна заставляло дрожать что — то глубоко внутри.

— Я принес тебе это, — найдя мою ладонь, он вложил в нее нечто маленькое и гладкое с парой проводов.

— Не может быть, — голос мой все же дрогнул, — это музыкальный плеер?

— Он самый, дарю тебе его, наслаждайся музыкой. Я позволил себе загрузить в него свои любимые композиции.

— Спасибо, господин! — я сжала его руку, действительно польщенная и довольная! Музыка! Это ведь то что надо!

— Я пожалуй, пойду, — стул скрипнул, но помимо воли, я не выпустила его руки.

— Еще на минуту останьтесь, просто посидите со мной, — попросила я.