Чтение онлайн

— Ты — мой кумир, — произнесла она, запирая дверь на ключ. В этом не было кокетства, скорее — тоска. И ему стало ее жалко. Она источала такую неудовлетворенность, как будто ее вообще никогда не любили. Ему стало ее жалко. Бедная маленькая Лиззи. В этот момент она показалась ему страшно привлекательной. Ее светлые волосы были распущены и падали на маленькое розовое платье. Она сняла очки и посмотрела на него огромными голодными близорукими глазами.

— Ты — самое великое достижение со времен изобретения хлеба, сказала она ему. И тогда он сделал это на чужой постели. А потом ему стало так стыдно и страшно возвращаться в компанию где был ее муж и их с Элейн друзья, что он не мог даже смотреть, не то что разговаривать с ней.

А она была счастлива как жаворонок. Вся пузырилась от счастья, как бутылка с минералкой. Он никогда не видел, чтобы женщина приходила в такой экстаз после постели. Может все дело в нем? Но он, никогда не считал себя героем-любовником. Так… обычный парень. Она ведь даже не кончила. Странная она женщина! Потом он до смерти боялся, что Лиззи что-нибудь скажет Элейн, они ведь были так близки. Но очевидно Лиззи молчала. Элейн была самой ревнивой женщиной на свете, но про Лиззи она никогда ничего не говорила, даже не намекала.

В дверь снова позвонили. Он взглянул на Марси, которая зачарованно сидела перед телевизором, и с облегчением понял, что шоу заканчивается, после чего направился к двери. Это был посыльный.

— Вам телеграмма, сэр.

Шальной Дедди расписался на бланке и дал чаевые мальчику, захлопывая дверь перед самым его носом. Парень так обрадовался, получив целый доллар, что, похоже, даже не узнал его. Боже, какое облегчение!

Благополучно вернувшись в комнату, Дедди улыбнулся, увидев, что Марси выключила телевизор. Она подбежала к нему, забралась ему на колени и прижалась своей щекой к его.

— Ты самый замечательный! — выдохнула она.

— Давай-ка посмотрим, что пишут в телеграмме, — ответил Шальной Дедди, делая безразличный вид из-за того, что она так долго не обращала на него внимания.

Он распечатал телеграмму. «Клуб ваших поклонников из Кью-Гардена желает вам успехов в Атлантик-Сити. Мы любим вас. Мишель, Донна и Барри». — Они все знают, — сказал он.

— Как хорошо, что я живу здесь, — сказала Марси. — Иначе, я бы никогда с тобой не встретилась.

— Ты, наконец, хочешь свой гамбургер?

— О, да! — воскликнула она с энтузиазмом.

— Отлично. Он у тебя в руке.

Она посмотрела на него.

— Но он уже холодный и невкусный.

— Сама виновата. Можешь съесть половину моего.

Он разделил с ней теплый гамбургер, дожидавшийся их на теплой крышке телевизора. Они с удовольствием принялись за еду, громко чавкая, поливая гамбургер соусом чили, и запивая его колой. Мороженое, которое он по глупости тоже поставил на телевизор, растаяло, и они смешали его с колой, и получился отличный коктейль.

— Обожаю готовить, — сказал Шальной Дедди.

— Да? Ты умеешь готовить?

— Да, всякое такое, как например содовая с мороженым.

Она хихикнула.

— Ты глупый. Обожаю тебя!

— А я тебя, — с серьезным видом ответил Дедди.

— Правда? — она смутилась. — Знаешь, я не сказала тебе, но у меня уже есть мальчик. Его зовут Хави. Я с ним постоянно встречаюсь.

— Ну и что. А у меня есть жена. Я тоже с ней постоянно встречаюсь.

— Хави не будет возражать. С тобой это не считается изменой. Ты ведь феномен.

— Но ты лучше все равно ничего ему не говори, — посоветовал Дедди.

— Не скажу, если и ты ничего не расскажешь своей жене.

— О, торжественно клянусь ничего ей не говорить.

— Мы еще когда-нибудь увидимся?

— Давай не будем говорить об этом, — ответил Дедди. — У нас впереди еще целый вечер.

— А когда ты возвращаешься?

— Должен сегодня ночью.

— А ты не можешь задержаться?

— Мне нужно работать.

— Если мне удастся сэкономить, то на весенние каникулы обязательно приеду в Нью-Йорк посмотреть твою новую программу. Ты тогда будешь разговаривать со мной?

— Ну конечно же, — ответил Дедди, целуя ее золотистую шелковую макушку. — Я всегда буду с тобой разговаривать. Только ты держи себя в руках и притворяйся обычной поклонницей.

— Ну конечно же, — невозмутимо сказала Марси.

Дедди стало страшно. Он надеялся, что она будет вести себя так же спокойно, как сейчас. А еще больше он надеялся, что к весенним каникулам она вообще о нем позабудет. Ему вполне хватало проблем с Элейн. Не хватает еще разбираться с полицией из-за развращения четырнадцатилетней девочки, которая на самом деле уже намного старше его самого. Но кого в этом убедишь?

— Ты уверена, что тебе всего четырнадцать? — поинтересовался он.

— Тебе что, свидетельство о рождении показать?

— Нет-нет, я тебе верю.

— А ты когда-нибудь раньше уже встречался с четырнадцатилетними?

— Нет, — не моргнув солгал он. — Никогда.

— А почему тогда ты выбрал меня?

— Потому что ты — красивая.

— Ты думаешь, что я красивая?

— Красивее тебя я в жизни не видел.

— Оу, — выдохнула Марси. — Оу…

Он включил музыку, скинул халат. Марси высвободилась из своей простыни.

— Оу, — на этот раз выдохнул Дедди, закрывая глаза и целуя ее, а потом вновь открывая, чтобы увидеть ее — она действительно была очень красива. — Оу…

Так уж получилось, что в четверг с Джерри произошло два неожиданных события: она обедала с Диком Девере и еще получила приглашение на вечер, который устраивали Сливки Общества в честь Франко через две недели.

День выдался по-весеннему солнечным, как иногда бывает в марте в Нью-Йорке — передышка до наступления настоящей весны, чтобы помочь местным жителям продержаться еще немного и облегчить их борьбу со слякотью и гриппом. Она безрассудно оставила пальто в офисе, чтобы весь мир мог любоваться ее новым зеленым костюмом, и Дик Девере был просто очаровательным. Он предложил ей на выбор три из семи лучших нью-йоркских ресторанов, о которых она знала только понаслышке. Джерри не была ни в одном, и предоставила решать этот вопрос самому Дику. В том, на котором он остановился, они встретили двух дам из семьи Кеннеди, одну кинозвезду, несколько социалистов, и, конечно же, Пенни Поттер, которая обедала здесь со своей мамочкой. Хотя Джерри с этой клиенткой еще никогда не встречалась, она на всякий случай приветственно кивнула Пенни. Та ответила ничего не выражающим взглядом и слабой улыбкой — а вдруг эта девушка все-таки что-то из себя представляет. Пенни оказалась ниже ростом, чем выглядела на фотографиях, и была совсем юной.

— Ты пойдешь к ней на прием? — спросил Дик.

— Да. Сегодня утром я получила приглашение. Полагаю, это дело рук мистера Либры.

— И я пойду, — ответил Дик. — Если тебя никто не сопровождает, буду рад оказать тебе эту услугу.

— Это будет прекрасно. — По крайней мере может там она с кем-нибудь познакомится.

Заказ он отдавал со знанием дела, на безупречном французском, и Джерри обрадовалась, что владеет французским не хуже. Ресторан внушал ей почтительный трепет. Она была рада, что надела зеленый костюм. Пусть она купила его не в знаменитом бутике, зато он был достаточно оригинальным. Еда была превосходной, как и вино, которое он выбрал. А самое удивительное, что он смешил ее на протяжении всего обеда, рассказывая забавные истории о людях, с которыми работал в шоу. У него явно был остро-сатирический взгляд на мир, и если бы он не стал режиссером, то из него получился бы хороший писатель.