Чтение онлайн

Шесть лет провела девочка в монастырских стенах, лишь изредка бывая дома с матерью. Но и в эти редкие часы мать была больше занята своими гостями. Чувствуя себя совсем ненужной, Сара, которой исполнилось пятнадцать лет, на очередном приеме в салоне матери объявила о своем желании посвятить жизнь Богу. Собиравшаяся у куртизанки публика не отличалась безгрешностью, и один из гостей зло и язвительно высмеял девочку прямо при всех. Поскольку рядом не оказалось монахинь с ковшом святой воды, Сара яростно налетела на обидчика, расцарапала ему лицо и вырвала клок напомаженных волос. Ее эмоциональность и непосредственность весьма впечатлили присутствовавшего при этой сцене герцога де Морни, который, смеясь, воскликнул: «Мой бог, да эта девчонка – прирожденная актриса! Ее место на сцене».

Матушка Жюли хотела, чтобы дочь пошла по ее стопам и тоже стала куртизанкой, но, воспитанная при монастыре, Сара отказалась от этой, как она выразилась, «очень доходной формы работы».

И тут в судьбу Сары, на правах «друга дома», вмешался де Морни. Герцог пригласил нескольких своих близких знакомых, в том числе и Жюли с Сарой, на спектакль в театр «Комеди Франсез». Сара впервые оказалась в театре, она сидела в ложе герцога и посматривала на сцену. Наконец, занавес поднялся – в тот день давали пьесу Жана Расина «Британник».

Несколько позже один американский режиссер так описывал эти мгновения – начало спектакля: «И вот долгожданный миг настал: огни постепенно меркнут! О, этот миг! С чем можно сравнить те волшебные секунды, когда медленно гаснет свет, а вместе с ним замирает и ропот голосов, сменяясь тишиной? Так вздрагивают в последнем усилии крылья умирающей бабочки. Затем спускаются волшебные театральные сумерки, несколько мгновений в полумраке еще мерцают огни, но вот и их гасит невидимая рука, и тогда мягким, кошачьим прыжком обрушивается на занавес яркое, многоцветное сияние огней рампы и наполняет его трепетным биением жизни. О, этот занавес, за которым таятся неведомые чудеса, тайны, прекрасный, полный страстей, незнакомый мир, вот-вот готовый открыться нам. И какая бы ни шла пьеса, какие бы актеры в ней ни играли, этот готовый распахнуться занавес всегда пробуждает в вас чувство радостного, нетерпеливого ожидания».

Нечто похожее происходило и в душе Сары – театр заворожил ее. А происходящее на сцене так потрясло девушку, что она разрыдалась. Как всегда, непосредственно – в голос. Недовольные зрители зашикали на нее, но ей было не до них, к тому же она никак не могла успокоиться. Саре помог один из гостей герцога – Александр Дюма-отец. Он придвинул свое кресло к креслу мадмуазель Бернар и ласково и сочувственно приобнял ее. Сара в последний раз всхлипнула и перестала рыдать.

А герцог, утвердившись в своем мнении о призвании взрывной девушки, решил устроить ее в театральную школу – Консерваторию. К прослушиванию Сару готовил сам Дюма-отец, который искренне восхищался ее голосом, сравнивая его с «хрустально чистым ручейком, журчащим и прыгающим по золотой гальке».

И вот она предстала перед серьезной комиссией. Внешние данные Сары были прямой противоположностью того, что предпочитали видеть на сцене в середине девятнадцатого века: худенькая, угловатая, невысокого роста, с небольшой грудью и узкими бедрами. Но эти чудные, цвета морской волны, глаза! И совершенно волшебный голос! Современники называли его «золотым голосом» и говорили, что он просто «ласкает» слух…

Сара блестяще сдала экзамен. Своим завораживающим голосом она рассказала комиссии басню Лафонтена и… была зачислена в театральную школу. Здесь она проучилась три года и, в результате упорных трудов, получила на выпускном конкурсе вторую премию.

Герцог де Морни не оставил своих забот о талантливой девушке, и его стараниями Сара Бернар начала свою театральную карьеру в одном из самых популярных театров Парижа – «Комеди Франсез».

К сожалению, дебют восемнадцатилетней актрисы, состоявшийся 1 сентября 1862 года, не произвел ни на зрителей, ни на критиков особого впечатления. Дебютировала она в трагедии Расина «Ифигения в Авлиде». Первый выход на публику был непростым: «Когда занавес медленно стал подниматься, я думала, что упаду в обморок», – вспоминала Сара.

Критики на появление новой актрисы отозвались довольно кисло: «Молодая актриса была сколь красива, столь же невыразительна…» А зрители, привыкшие к «сочным» актрисам, были поражены невероятной худобой дебютантки. Когда Сара по ходу пьесы протянула руки к своему партнеру, какой-то остряк из зала выкрикнул: «Осторожно, месье, а не то она проткнет вас своими зубочистками».

Явление Сары Бернар на сцене фурора не произвело. Она была расстроена и разочарована. Отработав два сезона в «Комеди Франсез», Сара попросила у своего покровителя, Александра Дюма, рекомендательное письмо и уехала в Бельгию, в надежде понравиться тамошней публике. Но чуда не произошло – бельгийцы приняли ее так же, как и французы. Зато произошло другое.

В Брюсселе Сару пригласили на костюмированный бал, на котором присутствовало все высшее общество столицы Бельгии. Сара потрудилась над своим обликом и выглядела очень эффектно – молоденькая, стройная, с огромными глазами, в роскошном бархатном платье елизаветинской эпохи…

Она вспоминала, как дрогнуло ее сердце, когда ей поклонился невысокий, но прекрасно сложенный молодой человек в костюме Гамлета. Он обворожил ее своими великолепными манерами. И немудрено – это был герцог Анри де Линь, представитель одной из самых блистательных семей Бельгии.

Они танцевали весь вечер, очарованные друг другом.

Через некоторое время Сара вернулась в Париж, и молодой герцог последовал за ней. Они встречались почти каждый день, и в конце концов влюбленный Анри сделал ей предложение. Его не волновало ни ее происхождение, ни ее профессия, он хотел, чтобы она стала его женой. Только Саре следовало оставить сцену – это единственное условие, которое поставил ей герцог.

Сара дала свое согласие, и Анри отправился в Брюссель для серьезного разговора с семьей. Родственники были вне себя от возмущения – дочь куртизанки, еврейка, непризнанная актриска метит к ним в невестки!

Семейство поручило одному из кузенов Анри съездить в Париж и разобраться на месте с «нахальной девицей». Молодой человек, обуреваемый самыми неприятными эмоциями, явился к Саре и был, можно сказать, разоружен – любезная и обаятельная девушка его буквально очаровала. Теперь ему было совсем нелегко выполнить возложенную на него миссию – разъяснить Саре, какая участь ждет Анри, если он все-таки женится на ней: разрыв с семьей, лишение наследства, отторжение от общества…

Саре не понадобилось долго размышлять, ей сразу стало ясно, что она должна пожертвовать своей любовью. Когда из Брюсселя вернулся Анри, по-прежнему полный решимости жениться на ней, Сара объявила ему, что они расстаются. Он очень разволновался и долго отговаривал ее, но безуспешно – Сара бывала такой упрямой! Чтобы окончательно порвать с Анри, она заявила, что подписала ангажемент с одним парижским театром. Молодой герцог почувствовал себя в глупейшем положении – ее заявление прозвучало почти как оскорбление, – его милая Сара предпочла сцену его любви и их семейному счастью… Он даже не догадывался, что Сара беременна.

Они расстались. А через несколько месяцев она родила сына. Даже много лет спустя Сара старалась не «задеть» имя герцога де Линя и на вопросы журналистов, которых всегда очень волновало, кто же отец ее ребенка, отвечала неопределенно: мол, я и не упомню, то ли Виктор Гюго, то ли генерал Буланжэ…

Расставание с Анри далось ей очень тяжело; чтобы забыться, Сара с головой ушла в работу. Она изучила весь репертуар театра и была готова в любую минуту подменить заболевшую актрису, она полностью отдавалась театру, его интересам и его нуждам. Но на сцене она по-прежнему не блистала, а однажды произошел инцидент, который едва вообще не покончил с ее театральной карьерой.