Чтение онлайн

— Будь сильной и знай, что я любила тебя больше всего на свете, — прошептала она. Мой отец был следующим, и Тания отвела меня и Кару в другую комнату. Моя мать упала в слезах, и мой отец опустился на колени рядом с ней и обнял ее. Оба плакали, когда просто держались друг за друга.

Странное чувство начало появляться в моем животе, и я посмотрела на Люциана.

— Пришло время идти, — сказал он, и сила вытащила нас из этого временного искажения. Мы приземлились на вершине горы.

Мы оказались окруженными деревьями, а ночь была великолепна с миллионами звезд на небе. Люциан сел рядом с деревом, я заняла место перед ним. Он крепко обнял меня.

— Она любила тебя, Елена, они оба любили. Они никогда не хотели отдавать тебя.

— Я знаю. Это так несправедливо, так много людей должно было умереть, Люциан. Ты, Жако, Брайан, Кара… моя мама.

— Я умру за тебя тысячью смертей. Часть меня всегда знала, кто ты.

Наши руки сплелись друг с другом.

— Когда ты сказала мне в тот день, что слышала стихи, я сразу понял. Я просто не мог сложить два и два вместе. Как ты убежала из-за стены. Я не хотел, чтобы это было правдой. Тогда мой отец сказал мне прямо перед моим отъездом, почему они передумали, и кого ты им напоминала. Вот почему он так смотрел на тебя той ночью, потому что ты ребенок своего отца, Елена. У тебя его глаза, его волосы, кроме радужной штуки.

Я засмеялась.

— Мама сказала, что в тебе есть что-то от нее. То, как ты напоминаешь ей Катрину, — он вздохнул. — Когда я, наконец, поговорил с Танией, мне не потребовалось много времени, чтобы догадаться. Я просто должен был сказать твое имя. Она была опустошена смертью Жако, а ты этого не знала. Я сразу понял, что Пол был опасен, и он хотел причинить тебе боль, но я запаниковал, поэтому вмешательство было настолько сильным. Я знал, что Пол лжет, и знал, что тьма в Блейке слишком сильна, иначе он сказал бы что-то давно.

— Он знал? — спросила я.

— Елена, ты бы умерла, если бы попыталась взобраться на него с Карой внутри себя. Ничто не происходит без причины.

Я покачала головой.

— Он лгал всем нам, Люциан. Люди погибли, потому что он солгал.

— Можешь ли ты винить его? Он не хотел, чтобы его приручили, и это был не Блейк. Это был Рубикон.

— Мне все равно, он и то, и другое.

— Елена, он изменится.

— Меня это не волнует! Он ненавидит меня всей душой.

— Я не верю в это.

— А я верю. Я это чувствовала.

— Есть еще одно предсказание, оно было первым, что увидела Ирэн. Она предсказала это, когда была одна. Речь идет о любви, настолько сильной, что она может победить все, что хочет, изменить барьеры и свершить историю. Слова для всего предсказания прекрасны. Многие старались соответствовать ему, но никто не мог его удержать. Я думал, она говорила о нас, но нет. Это о тебе и Блейке. Он будет любить тебя, как никто другой, Елена.

— Я не доверяю ему.

— Это не имеет значения. Блейк, которого я знаю, будет всю жизнь завоевывать твою любовь, когда будет готов.

— Я никогда не буду любить его так, как любила тебя.

— И это мой самый большой страх. Что ты забудешь меня быстрее, чем думаешь.

Я смотрела на него пару секунд, а потом наши губы соприкоснулись. Это был лихорадочный поцелуй, который я не хотела заканчивать.

— Я хочу, чтобы ты жила, я хочу, чтобы ты снова любила. Занимайся любовью, заводи детей, Елена, — он нежно коснулся моего лица большим пальцем. — И я обещаю тебе, что ты будешь счастлива. Просто доверься ему.

Я сжала его руки, и они еще сильнее обернулись вокруг меня.

Блейк сделал мне больно однажды, я не знала, смогу ли снова его впустить.

Мы поцеловались во второй раз, и то же самое странное опаляющее чувство внутри моего живота начало переворачиваться. Я знала, что это значит.

— Я собираюсь вернуться?

— Пришло время принцессы. Это последний раз, когда я навещаю тебя. Я люблю тебя, Елена Уоткинс, — прошептал он мне на ухо, а затем все начало исчезать.

Глава 34

Было темно, но я слышала, что происходит вокруг меня. Звон посуды и извинения Джулии перед Констанс.

Я поняла, где я, не открывая глаз. Боль, что я почувствовала в день заявления прав на Блейка, ушла. Я глубоко вздохнула и попыталась открыть глаза.

— Похоже, она очнулась, — произнес мужской голос. Голос сэра Роберта.

— Елена, ты меня слышишь? — спросила мама Люциана.

— Дайте ей немного времени. Она оправится, — услышала я голос Констанс, пытающийся немного их охладить; она потрогала мой лоб. — По крайней мере, жар спал.

Я слегка приоткрыла глаза и смогла разглядеть очертания группы людей вокруг кровати.

— С ней все будет хорошо? — спросила Бекки.

— Дай ей время. Она будет в порядке.

— Что случилось? — прохрипела я.

— Мой тупица брат. Он такой трус, — прогундосила Сэмми с заложенным носом.

— Он не мог контролировать этого, — тихо сказал сэр Роберт. — Так должно было случиться.

— Как ты себя чувствуешь? — спросила Бекки.

— Словно я взорвалась, а потом меня вернули к жизни.

— Ага, знакомое ощущение, — сказала Бекки.

— Подожди, ты тоже проходила через это? — я открыла глаза побольше, и голова разболелась, все закружилось, словно вихрь. Я закрыла глаза, и лицо перекосило от боли.

— Эй, давай, я помогу, — Констанс осторожно потерла мои виски. Поначалу, когда ничего не произошло, я подумала, что она растеряла свой целительский дар, но когда головокружение прекратилось, а боль начала исчезать, я почувствовала себя чудесно.

— Король Калеб хочет объявить твое заявление прав на Блейка недействительным. Он говорит, что ты дракон и не можешь быть всадником, — со злостью произнесла Бекки. — Он пытается добиться того, чтобы Блейк принадлежал Арианне из-за того, что ты вмешалась.

— Этого не будет, — рассеяла Констанс ее волнения. — Блейк Рубикон. Арианна не сможет его контролировать.

— О чем ты думала, Елена? — спросила Сэмми.

— Заявление прав было законным. Именно так и сказано в моем предсказании. Я должна была заявить права на Блейка, чтобы раскрыть правду. Король Альберт и королева Катрина — мои родители.

Всё ахнули, и я открыла глаза. Бекки сидела на моей кровати слева. В глазах Констанс, стоящей рядом со мной, застыла тревога. Она нахмурилась. Джулия застыла на месте прямо перед кроватью. Королева Маргарет смотрела на пол, а справа от меня находились Сэмми и ее отец. Неужели Ченг не рассказал им? Ух, этот мой дьявольский напарник.