Заледеневшая
Шрифт:
Мое новое тело стало быстрее, и я насаждалась каждым мгновением полета с такой скоростью.
Этот дракон все ещё висел у меня на хвосте, и что-то мне подсказывало, что он мог лететь намного быстрее, чем показал до этого.
Я остановилась, и он кинулся за мной, словно ракета.
Затем тоже остановился, увидев мой маневр, и я поняла, что час пробил. Если нам придется сажаться до смерти, то так тому и быть.
— Что тебе от меня нужно? — крикнула я.
Дракон склонил голову набок, развернулся и полетел обратно в горы. Я знала, что нужно лететь в противоположном направлении, но почему-то полетела за ним. За ним было трудно угнаться, когда он прибавил скорость. Это превратилось в игру в догонялки, и я удивилась, что могу повторить все, что делало это страшилище.
В голове всплыл образ грызуна с вершины горы. Мог ли это быть он, но мама говорила… Эта Елена, она была моим человеческим воплощением?
Теперь я это вспомнила и забыла махнуть крыльями, когда ко мне вернулись воспоминания из старой жизни. Я так ждала, когда смогу превратиться в человека. Что случилось, почему я так долго спала?
Теперь я пыталась восстановить полет, так что мама и ее слова подождут.
Я взглянула вниз на землю, но не могла остановить падение. Меня подхватили огромные когти и подкинули высоко в воздух. С глухим ударом я приземлилась на спину этого придурка. Больше мне не хотелось сопротивляться, я почувствовала, как его сердцебиение через грудную клетку отдается и в моем теле. Что-то в этом драконе напомнило мне о ком-то ещё. О ком-то, кого я забыла… о папе.
ЕЛЕНА
Я уловила мысль, голос и почувствовала боль утраты кого-то, такую же, как и у меня от утраты Люциана. Папа.
Я сразу же подумала о своём папе и, открыв глаза, увидела, что нахожусь на спине дракона, хотя сама все ещё была в драконов обличье.
Вот дерьмо, что произошло на это раз?
Я снова закрыла глаза, потому что горизонт начал качаться. Голова пошла кругом.
Я знала, что я на спине Блейка, и я знала, кто он. Это было первым, что я вспомнила, хотя обычно проходила пара минут, пока я все вспоминала. Он был прав, чем больше я буду выпускать ее, тем быстрее я к ней привыкну.
Мне до смерти хотелось все вспомнить, и я понадеялась, что она поджарила его задницу хоть немного, заставила его немного потрудиться, чтобы завоевать ее внимание. Я улыбнулась этой мысли, и поняла, что драконы могут улыбаться, когда почувствовала, что уголки моих губ приподнялись.
В голове снова всплыло слова «папа». Ощущение было знакомым. Летал ли со мной отец так в детстве? Это ли вспомнил мой дракон?
Блейк снова приземлился на горе с тяжёлым ударом. Я соскользнула с его спины и с грохотом упала на землю.
Он обратился за пару секунд, и я закрыла глаза, ожидая, пока он наденет мантию.
— Почему ты упала?
— Дай мне пару минут, и я вспомню, — едко ответила я.
Он улыбнулся.
— А вот и ты.
— Что случилось?
— Я подожду пару минут.
— Ха-ха, шутник нашелся.
— Ты можешь обращаться, Елена. Я все равно не понимаю, почему ты не хочешь принять ее.
Я вздохнула.
— Только не говори, что она тебе и вправду понравилась.
Он ухмыльнулся, доставая сигарету из рюкзака.
— Ты до сих пор куришь?
— Да, — ответил он тоном, говорящим, что это не мое дело.
Я аккуратно подняла зубами мантию и снова подошла к лесу. Я заметила, что деревья на одной стороне горы все были переломаны и валялись на земле.
Мне совершенно не хотелось знать, что между ними произошло.
Я сделала глубокий вдох, потом ещё один и начала думать о своём человеческом теле, как меня учили Сэмми и Констанс. Покалывание дало мне понять, что обращение близко, и я почувствовала невероятное давление, пока мое тело дракона пыталось утрамбовать себя в человеческом обличье.
Открыв глаза, я взглянула на руки и увидела пальцы с человеческой кожей. Я вздохнула. Наконец, я сделала это самостоятельно без чьей-либо помощи.
Я накинула мантию и подошла к Блейку. Вдруг он уставился на меня.
— Ну что ещё? — спросила я, надеясь, что у меня не торчит грудь.
— Твои волосы.
Я взялась за хвостик, он все ещё был в порядке. Рука автоматически прошлась по голове в надежде, что я не обнаружу лысины. Все волосы находились на месте.
Он встал и потянул меня за хвост.
— Что ты делаешь?
— Посмотри, Елена.
Он поднес к моим глазам прядь волос, и я поняла, что он имел в виду. Волосы больше не были светлыми, они стали неким подобием радуги.
Пожалуйста, только не говорите, что в следующий раз я обращусь в радужного дракона. Я вздохнула.
Я схватила оставшиеся волосы, но они остались прежнего цвета.
— Это только с моей чёлкой?
Он кивнул.
— Ага.
— Это все, что ты можешь сказать?
— Ну, это выглядит, типа, прикольно.
— Брр! Пофиг.
Я выхватила у него свою резинку для волос и снова собрала их в хвост.
Я сделала глубокий вдох, и перед глазами появилась череда картинок. Я увидела общение дракона и человека. Ее и Блейка. А изумление на его лице, когда он спрашивал ее, разозлило меня. Словно он не верил ни единому ее слову и поддразнивал ее. Я прыснула со смеху, когда она скинула его с горы.
— Она скинула тебя с горы!
Он саркастично ухмыльнулся.
— Ты прав, она вообще-то клёвая… Кара.
— Ага.
Он поднял на меня глаза и медленно покачал головой.
— Все в порядке?
— Не знаю, сама скажи, — взглянул он на меня. — Но опять же, у тебя ничего не бывает нормально.
— Ха-ха, — огрызнулась я, закатила глаза и села напротив него.
Он просто улыбнулся и собственным дыханием зажег сигарету.
— Как ты это делаешь?
— Делаю что?
— Используешь способности в человеческой форме.
— Тебе ещё не учили этому?
— Нет, учили. Похоже, я не способна на это.
— Научишься со временем, — уверил он меня.
— Я так не думаю.
— Рим не за день строился, Елена. По крайней мере, я так слышал.
Он сказал то же, что и Ченг в день нашей первой встречи. Я скучала по Ченгу, он был прав насчёт Пола и того, что Люциан никогда не заявит права на Блейка. Я не знала, как показаться ему на глаза, извиниться и признать, что он был прав.
Я глубоко вздохнула.
— Ага, но мне не хватает терпения.
— Все здесь, — он прикоснулся пальцем к виску. — Твоя голова забита кучей информации, которую нужно понять в первую очередь, до того как ты сможешь управлять своими способностями. Чем раньше ты избавишься от мысли, что весь мир тебе что-то задолжал, тем быстрее начнёшь учиться.