Чтение онлайн

Я начала лихорадочно осматривать окружающее меня пространство, пытаясь понять, где я нахожусь. Это место напоминало подземную пещеру, здесь было темно и пахло сыростью, прислушавшись, я уловила отдаленный шум воды. Пещера была очень низкой, едва ли я могла здесь встать в полный рост, но при этом довольно широкой – три или четыре метра шириной. Сразу позади меня был тупик, а пространство впереди на расстоянии нескольких метров визуально словно обрывалось, судя по всему, дальше пещера плавно уходила вниз.

Моя голова по-прежнему плохо соображала, я напряглась, пытаясь вспомнить, как же я здесь оказалась. Как давно забытое кино в моей голове медленно пронеслась цепочка воспоминаний о бабушкином доме, моей поездке на велосипеде, озере и тонущей девушке, которую я пыталась спасти. Я вспомнила, как меня тащили под воду, как я захлебывалась, а мои внутренности разрывались от боли, а потом наступила темнота…

Крик ужаса готов был вырваться из моего горла, но вместо этого я издала подобие прерывающегося воя. Вне себя от страха я засучила ногами, оскальзываясь на скользком камне, и вжалась в стену позади себя, ожидая, что сейчас эта девушка или кто-то еще причинит мне боль, что на этот раз меня убьют. Наши глаза встретились, однако в ее лице я не увидела злости или агрессии. Я схожу с ума? Или она, и правда смотрит на меня с нежностью? С беспокойством?

– Ш-ш…– услышала я тихий успокаивающий шёпот, девушка медленно вытянула перед собой руки, как бы показывая, что она не причинит мне вреда.

Меня не убедила эта бравада, я продолжала испуганно на нее таращиться, в любой момент готовая к нападению. Но минуты все бежали, а она меня не трогала, и понемногу я начала успокаиваться.

Наконец я собралась с мужеством и решила заговорить, задав первый попавшийся из тысячи терзавших меня сейчас вопросов.

– Где я? – громко спросила я. Мне хотелось, чтобы вопрос прозвучал увереннее, но мой голос прозвучал как испуганный писк.

– Ты в подводных пещерах – медленно и тщательно подбирая слова, ответила мне девушка, ее голос был удивительно приятный и успокаивающий.

– В подводных? В смысле мы сейчас где-то под водой? – не понимала я, мой мозг еле соображал от страха.

– Не совсем, мы в прибрежной зоне – негромко пояснила девушка.

В прибрежной.…Возле берега…Ассоциации с берегом и сушей меня слегка успокоили, и я решительно продолжила допрос.

– Кто ты? И что со мной случилось? – с вызовом спросила я.

Ее лицо стало слегка напряженным, словно ей было сложно сформулировать ответ.

– Меня зовут Оксана, ты только не бойся, я тебя не обижу, правда – успокаивала меня она – Моя семья уже многие годы живет в этом озере, от местных жителей нам приходится скрываться. Все мои родные в свое время должны были покинуть этот мир, но наш отец с помощью своей силы дал нам возможность продолжить наше существование.

– Говоря живет «в озере» ты имеешь в виду «прибрежные пещеры»? – с непониманием и что скрывать надеждой уточнила я, ее двусмысленные фразы мне не нравились.

– Нет, мы живем на самой глубине, под водой – решительно глядя на мое вытягивающееся лицо пояснила она – В прибрежные пещеры я привела тебя специально, не хотела, чтобы ты очнулась в воде, ты бы наверняка испугалась – заботливо пояснила Оксана.

Испугалась бы? Я могла бы очнуться полностью в воде? Я чувствовала, как понимание накрывает меня тошнотворными волнами, но по-идиотски цеплялась за остатки здравого смысла.

– Вы ведь не люди? – всхлипывая, спросила я.

Я увидела, как боль промелькнула в глазах Оксаны, она покачала головой.

– Кто вы такие? – умоляюще спросила я. Почему она не может сразу сказать мне всю правду? Почему мучает меня?

Оксана обреченно вздохнула – Люди обычно называют нас русалки или водяные девы. Но если называть вещи своими именами, то все мы «заложные» покойники – мертвые, чья душа не перешла в загробный мир, и заперта в нетленном теле.

– Вы все мертвые? – поморщившись, не веря своим ушам, переспросила я.

– Да, как и ты – сочувственно глядя мне в глаза, сказала Оксана.

Нет, нет, нет…Что? Что она говорит? Это же бред! Я же чувствовала себя почти совсем как прежде. Это не может быть правдой, должен же быть способ проверить…Победоносно я схватилась за левую руку и нащупала пульс, сейчас я услышу толчки своего сердца и посмеюсь над ней! Секунды шли, я уверенно ждала, но мое сердце молчало. Секунды перешли в минуту, в две минуты, в пять минут… Оксана терпеливо ждала, я же впала в ступор, считая секунды, отказываясь принять очевидное.

Медленно, понимание и страх, словно ползущая сантиметр за сантиметром тень, прокрадывались в мое обессиленное сознание, я откинулась спиной на стену пещеры и уставилась перед собой. Оксана, наверное, почувствовала мое отчаяние, придвинулась ко мне и начала поглаживать по голове, утешая. Я даже не сопротивлялась – мне было на все наплевать, моя жизнь кончена…

Что я теперь? Труп, плавающий в озере? Я ведь даже и не жила толком! Многие люди к двадцати годам успевают повидать жизнь, в какой-то степени реализовать себя, осмыслить свое существование. Что сделала я? Чего достигла? Да ничего! Я находилась в начале пути, на развилке жизни в поиске ответов. Я не успела реализовать себя как личность, не поездила по миру, не нашла вторую половину, и что греха таить, даже поразвлечься толком не успела. Моя жизнь промелькнула как субботний день, словно я занималась ненужными делами и валялась на диване в полуспящем состоянии, все надеясь, что завтра будет еще выходной, и тогда уже я сделаю что-то для себя и отправлюсь развлекаться.

Я тихо бесилась, только сейчас (не раньше – не позже, когда я уже умерла) во мне проснулась яростное стремление к жизни, я осознала упущенные возможности и бессмысленные страхи и предубеждения, которые мешали мне жить. Яркие картинки, в которых я видела путешествия, знакомства, творчество, страстные ночи любви, наполнили мой мозг. Значит все кончено?

– Чем мы отличаемся от людей? – яростно спросила я, мой мозг лихорадочно искал выход из положения.

– Мы уже не живые люди, только твое сознание осталось прежним – жалостливо вздохнув, начала объяснять Оксана, пропуская через пальцы мои волосы – Твое сердце не бьется, тебе не нужен воздух, не нужен сон, почти не нужна еда…

– Что значит почти? – напряженно перебила я.

– Мы едим не каждый день, раз в неделю или еще реже. Еда все еще нужна, так как помогает поддерживать наше тело в том же состоянии – терпеливо объясняла Оксана – Если долго не есть, то это сильно отражается на внешности – мы теряем остатки жировой прослойки, начинает портиться и утончаться кожа. Сами мы не проверяли, но отец говорит, что при очень длительном голоде мы даже становимся медлительными и постепенно впадаем в состояние анабиоза.

– И что вы едите? – взволнованно спросила я, искренне надеясь, что мне не придется жарить младенцев на совковой лопате.

– У всех свои предпочтения, но обычно это разные растения и водоросли, семена, лесные ягоды и коренья – с ироничной улыбкой ответила Оксана, наблюдая, как я облегченно вздохнула, узнав рацион питания русалок.

– И сколько мы живем? Точнее эээ.. существуем? Вечно? Мы можем умереть? – меня волновало так много моментов, сформулировать которые мне становилось все сложнее.