Чтение онлайн

– Я не знаю, что делал с тобой Арсен, и куда ты там ему давала, но не думай, что твоя девственность что-то поменяла. Тут теперь будешь спать, так что располагайся. Ослушаешься меня еще раз – выпорю. – его взгляд падает на бои бедра, и я прикрываюсь сильнее руками. – В душ сходи, крови у тебя много.

Мужчина выходит, оставляя меня одну. Между ног предательски саднит, я вижу кровь на бедрах. Много крови. К горлу подступает тошнота. На дрожащих ногах бреду в душ, и уже там я даю волю слезам, понимая, что нет у меня выхода.

Смотрю, как стекает по ногам алая вода. Не быть мне любимой, не познать женского счастья. Только жестокость и месть от зверя, посчитавшего меня своей собственностью, но не могу я все рассказать. Не имею права просто. А если проговорюсь – буду всю жизнь корить себя, уж лучше сразу умереть.

Глава 7

После душа мне становиться немного лучше, и я делаю перевязку на щеке. Закутываюсь по уши в одеяло. Не решаюсь ослушаться и выходить из его комнаты. За дверью становится все тише, на дворе глубокая ночь. Меня радует одно – следующие два дня Лизы не будет, поэтому мне не нужно будет снова возиться с той химией и драить ковры. Кожа на руках кажется стянутой, но я не придаю этому значения. Кажется, это меньшее из зол, которое случилось со мной за последнее время.

Я боюсь засыпать, мне страшно, что Руслан в любую минуту вернется, но прождав его пару часов, усталость все же берет свое, и я сваливаюсь в болезненную дремоту.

Просыпаюсь от того, что мои руки горят огнем. Они одновременно жутко чешутся и жгут. Не знаю что делать, горячая вода лишь усугубляет ситуацию. Проходит несколько часов, но лучше не становиться. Мне настолько больно, что я непроизвольно всхлипываю, не в силах это терпеть. Из последних сил разрываю одну из рубашек Руслана, и обматываю ею свои руки в надежде, что это хоть как-то поможет, но не помогает.

Сильнее закутываюсь в одеяло. Мне снова холодно, хотя в комнате больше двадцати градусов тепла. Градусник, висящий на стене, не должен врать.

Не замечаю даже, как проваливаюсь в беспокойный, тягостный сон, из которого вовсе не хочется выбираться.

Ночь проходит мучительно долго, и я с ужасом просыпаюсь от того, что утром ничего не изменилось, а стало только хуже. Мои руки пульсируют от боли, и я не решаюсь даже снимать повязки. Боюсь увидеть там что-то страшное. Весь день я лежу на кровати. Пару раз поднимаюсь сходить в туалет и выпить воды из крана. Если вчера я еще могла назвать себя жутко голодной, то сегодня мне вообще ничего не хочется. Мое лицо касается подушки, и я снова засыпаю.

Кажется, уже день прошел, но Руслана нет. Лиза тоже не приходит, и я неистово радуюсь этим двум новостям. Не собираюсь выходить отсюда, чтобы снова ловить презрительные взгляды окружающих меня гиен.

Если вчера ведь день мне было холодно, то сегодня с самой ночи мне жутко жарко. Я сбрасываю одеяло на пол, а после и всю свою одежду, кроме ночнушки. Руки так и продолжают гореть огнем, поэтому я лишь туже затягиваю свои самодельные бинты в попытке унять боль и зуд в коже. Вроде становиться лучше.

В какой-то момент мне становиться тяжело дышать, но я не позволяю себе звать на помощь, да и кто мне здесь поможет? Они все волком смотрят на меня, считая дни до моей смерти.

Я лежу спиной к двери, когда она резко распахивается. Я знаю, это пришел мой палач, и я должна встать. Должна, иначе будет хуже.

Превозмогая боль, опираюсь руками о кровать, медленно поворачиваюсь. Руслан стоит передо мной в черных джинсах и такой же рубашке, закатанной до локтей. На руке бликами отдают часы, так же как и пряжка его металлического ремня. По телу проходится волна дрожи. Ничего не могу поделать с собой. Этот мужчина напоминает мне хищника.

– Я проголодался. Снимай с себя тряпки.

Стараюсь не подать виду как мне плохо. Когда он подходит ближе, смотрю куда угодно, только не на него. В нос снова ударяет это сильный привлекательный запах, вот только принадлежит от зверю. Выровняв дыхание, предельно спокойно и тихо отвечаю:

– Прошу вас, только не сегодня.

– У вещей нет права голоса, как и у тебя, помнишь? Разделась и повернулась ко мне спиной. Давай, в коленно-локтевую. – в его голосе сталь. Он не отступиться.

Понимаю, что спорить бесполезно, но все же, надеюсь на чудо. Превозмогая боль, медленно тянусь к рубашке в попытке ее снять, но жжение на коже такое сильное, что едва шевелю пальцами.

– Ты до утра мне тут собираешься раздеваться?

Руслан подходит вплотную, начиная стягивать с меня рубашку. Он действует холодно и жестко, словно робот, никак не реагируя на мои жалкие попытки сопротивляться. Когда он берет меня за руку чтобы повернуть, я издаю истошный крик боли. Не могу больше сдерживаться. Я оказываюсь намного слабее, чем ожидала.

– Ааай!

Мужчина останавливается, его руки перестают держать меня. Взгляд черных глаз невероятно строгий. За секунду он словно сканирует меня всю рентгеном, заставляя сжаться сильнее.

– Что такое? Я что тебя режу сейчас, чего ты орешь?

Дрожащей рукой прикрываю рот к попытке заглушить рыдания, но получается только лишь больнее.

Прижимаю руки к груди, и это не останется незамеченным. Взгляд Руслана опасно темнеет, когда он видит мои импровизированные бинты, сделанные из его рубашки. Ими я обмотала обе руки, от пальцев до самых локтей. Кажется, повязки еще вчера были сухими, но сегодня начали промокать.

– Что это?

– Не надо, прошу…

– Что это за херня с твоими руками, я спрашиваю?!

– Ничего. Пройдет само.

– Само говоришь. Ну-ну. Руки показала. Живо!

– Нет, пожалуйста!

Не обращая внимания на мольбы, Руслан перехватывает мои руки своими, и резко снимает с них бинты. Я морщусь от боли, невольный всхлип вырывается из груди. Больно.

Мужчина громко вздыхает, когда видит красную, вздувшуюся кожу, обильно покрытую ранами. Желваки на его челюсти крепко сжимаются, и мне становиться еще страшнее.

Зажмуриваюсь, не в силах смотреть на этот ужас. Все оказывается гораздо хуже, чем я ожидала. Само такое точно не пройдет.

– Черт. Давно это с тобой?

Перевожу расфокусированный взгляд на мужчину. Все плывет и кажется таким ненастоящим. Я в опасной близости от Руслана. Даже могу дотянуться до его лица, вот только не стану этого делать первой ни за что в жизни.

Замечаю, кажется впервые, его неповторимую, грубую мужскую красоту. Выразительная, опасная бандитская внешность, которая вселяет страх. Он ненавидит меня люто, как и я его. Чувствую эту бетонную непробиваемую стену на каком-то клеточном уровне и ничего не могу с этим поделать, да и есть ли смысл. Он все равно убьет меня, это только вопрос времени.