Чтение онлайн

И теперь мне окончательно стало ясно, что эти двое совершенно точно оборотни в погонах.

Очень быстро я потеряла силы и свернулась клубочком на сиденье. Во второй раз я серьезнее напоролась на решетку. Кровь шла не сильно, но сейчас вызвала головокружение.

— Можно воды? — попросила я, когда мои похитители выключили сирену.

— Потерпишь до участка, — оскалился все тот же бандит.

До участка? Очень сомневаюсь, что они меня везут именно в участок.

Но выбора у меня не было. Сейчас нужно копить силы для нового сопротивления.

Однако я ошиблась в своих предположениях, и меня привезли именно в участок. На первый взгляд все здесь было настоящим: сотрудники, камеры, нарушители. Неужели я действительно сама себя накрутила?

— Вот кулер, — полицейский с рожей бандита указал мне на аппарат взглядом. — Стаканов нет. Пей с ладошки.

Кулер был в жутком состоянии, и на мгновенье я засомневалась стоит ли мне вообще пить оттуда воду. Все было грязное, в месте, куда сливается излишек воды образовался тонкий грибок. Однако вода в бутыли была чистая. Я все же набрала в ладошку немного воды, понюхала ее, но брезгливость пересилила, и я просто умыла руки.

Полицейский фыркнул позади меня, затем грубо схватил меня повыше локтя и швырнул на казенный стул.

— Ну? Имя, фамилия, адрес проживания, место работы, — мужчина приковал меня наручниками к столу и засел за протокол.

— Я… ничего не буду говорить без своего адвоката, — с волнением в голосе проговорила я.

— Ишь ты, западных сериалов насмотрелась? — усмехнулся он. — Тут тебе не Америка. Говори, иначе запру в обезьяннике на сутки.

Я машинально бросила взгляд на тот самый обезьянник, в котором уже был один вонючий алкаш и жуткого типа мужик с сальной улыбкой.

— Волкова Агата Константиновна… — проговорила я. — Временно безработная… Адрес…

Я замялась. Какой адрес мне назвать? Моих родителей? А если им навредят? Давида или моих детективов? Но ведь я скрываюсь от них.

Однако полицейский не стал требовать от меня адрес. Он написал кому-то сообщение и вновь вернулся взглядом ко мне.

— Забыла адрес-то? — с подозрительной заботой поинтересовался он. — Может у тебя его и нет?

Я удивленно уставилась на мужчину. Может и вправду сказать, что нет? Но он клонил совсем не к этому.

— Может ты, голуба, на учете стоишь? — продолжал он. — У меня тут есть как раз ориентировочка, что некая Волкова Агата сбежала с больнички для душевнобольных.

Он выложил на стол бумагу, где было мое фото в больничном халате, и где также было сказано, что я объявлена в розыск.

— Нет! — я испуганно вскочила со стула, но наручники не дали мне уйти. — Это не я!

— А буянить не надо, — мерзко улыбнулся он. — Зато теперь мне понятно, с чего ты на людей бросаешься и истеришь как ненормальная. Но ничего. Сейчас приедет твой опекун и доставит тебя по адресу.

— Какой опекун? — еще больше испугалась я.

— Ну как? — издевался он. — Читай. Или не умеешь?

Он ткнул мне в самый низ ориентировки.

«В случае обнаружения известить опекуна Самсонова Давида Анатольевича по следующим телефонам…»

— Но… он мой бывший парень, — не понимала я. — Как он может быть моим опекуном?

— Вот сама у него и спросишь, — отрезал тот. — Сейчас он за тобой приедет.

Свободной рукой я закрыла глаза. Голова снова закружилась от голода и запаха крови. Кажется, теперь к непереносимости запаха мяса прибавилась еще и кровь.

— Разрешите мне позвонить, — слабым голосом попросила я.

— Опекун твой разрешит, вот и позвонишь, — полицейский отодвинул от себя протокол и развалился на стуле. — А пока сиди и не вякай. Работы и без тебя хватает.

Тут у полицейского раздался звонок на мобильном, и он ответил:

— Да. Но… Хорошо. Если так…

Он разъединил звонок.

— Опекун твой не может приехать, — сообщил он. — Сейчас санитары тебя заберут.

— Кто? — обомлела я.

— Не вякай, — напомнил он.

— Пожалуйста, не надо! Это ошибка! — я снова принялась вырываться и сопротивляться. — Я не сумасшедшая!

— Так сильно в обезьянник хочешь?! — рявкнул на меня он, но я не слушалась.

В ярости я сбросила со стола все, что было и попыталась разломать наручники. Полицейский тут же подскочил ко мне, отстегнул меня от стола и, схватив за волосы, потащил к камере.

Тип с сальной улыбкой облизнулся при виде меня, а я заистерила еще сильнее.

— Не надо! — я уперлась ногами в решетку, чтобы полицейский не смог ее открыть. — Это неправда! Надо мной издеваются!

Слова кончились, и я просто орала во все горло. От напряжения кровь на моем боку пошла сильнее.

— Не надо, — мой голос сорвался, а полицейский все же открыл решетку.

Одна доля секунды отделяла меня от объятий с жутким типом, но тут в кабинете раздался громогласный голос.

— Стоять!

Полицейский обернулся вместе со мной, и я увидела двух крепких санитаров в больничных халатах и шапочках. У одного из них был медицинский чемоданчик.

— Вы как с больными обращаетесь?! Совсем совести нет?!

Полицейский оторопел.

— Да она… буянит… — слабо оправдывался он.

— И что?! — санитар подошел ко мне и перехватил из рук полицейского. — Вместо помощи вы их в клетку к преступникам бросаете? Хорош служитель порядка!

Санитар передал меня другому, а сам потребовал все бумаги на меня.

Я была в немом шоке от такого странного поведения медицинского работника, пока не взглянула в глаза моему санитару. Восточные темно-карие глаза, полные холодного спокойствия…

Это Сердар. А второй, значит, Асад.

Как они опять меня нашли?!

Я задрожала в его руках, но он быстро повел меня на улицу.

— Больше ты от нас не сбежишь, — шепнул он мне на ухо с нотками угрозы, а затем затолкал в карету скорой помощи.

Я дернулась к противоположной двери, намереваясь сбежать от Сердара, но он схватил меня за щиколотку и подтащил к себе.

— Без глупостей, Агата, — строго приказал он, но затем заметил следы крови из-под задравшейся футболки. — Ты ранена?

Я забарахталась под Сердаром, не сдаваясь ни на секунду.