Чтение онлайн

— Все они сначала не такие, дитя, — тихо сказала она.

Я отвела взгляд, вцепившись пальцами в покрывало. Слова лекарши засели в голове, пульсируя тяжёлым эхом. Я не хотела жить в страхе. Не хотела вздрагивать от каждого движения, ждать новых вспышек его гнева. Я действительно задумалась о побеге…

Но эта мысль казалась глупой. Эмир поднимет на ноги всё королевство, если я исчезну. Он найдёт меня — рано или поздно.

— Вижу, вы очень смелая, раз уж предлагаете мне такое, — тихо сказала я, бросая на лекаршу испытующий взгляд. — Тогда вы поможете мне.

Женщина вздрогнула и быстро замотала головой.

— Боже упаси, королева, — прошептала она, торопливо закутывая травы и мази в свою сумку. — Мне моя жизнь дорога.

Я глубоко вздохнула. Конечно. Глупо было надеяться на помощь.

Лекарша ушла, оставив меня в тишине, с болью в теле и ещё большей тяжестью в душе. Я натянула одеяло до самого подбородка, надеясь, что тепло хоть немного снимет усталость.

Но сон не шёл.

Шум, доносившийся со двора, не давал покоя.

Сначала я пыталась не обращать внимания, но он не стихал. Глухие удары, гортанные крики воинов, лязг металла — двор кипел жизнью даже в поздний час.

Я с трудом приподнялась на локтях, тело отозвалось тупой болью, но интуиция подсказывала — мне нужно посмотреть.

Опираясь на стену, я медленно поднялась. Ноги дрожали, но я сделала шаг, затем ещё один, пока не добралась до окна.

Раздвинув тяжёлые шторы, я замерла.

Внизу, во внутреннем дворе, под светом факелов шла подготовка к войне.

Во дворе собрались воины. Их было много — десятки, сотни, все в доспехах, с оружием наготове. Кони топтали землю, поднимая пыль, глашатаи выкрикивали приказы, а рядом с ними слуги торопливо передавали мешки с провизией.

Это просто учения?

Подготовка?

Сердце сжалось, когда я увидела его.

Эмир стоял в центре, высокий, грозный, словно уже готовый к битве. Его лицо было сосредоточенным, глаза — холодными, а голос, с которым он отдавал приказы, звучал твёрдо и не терпел возражений. Он был в боевых доспехах, тёмная ткань плаща развевалась на ветру, а на поясе висел меч.

Я судорожно втянула воздух.

Война.

Или учения?

Я огляделась, будто надеялась найти ответ в стенах своей комнаты.

Боже…

Он реально собирается на войну?

Прошло несколько дней с тех пор, как всё произошло. Я немного оправилась — раны начали заживать, тело больше не ныло от усталости, но внутри… внутри было странное опустошение.

Эмира я не видела всё это время.

Я спрашивала слуг, стражников, даже пыталась осторожно распросить наложниц, но никто не знал, где он бывает днём. Лишь одно было ясно — он возвращался глубокой ночью и запирался в своих покоях.

Говорили, что в эти дни он никого не приглашал к себе.

Хотя бы это радовало.

Но почему-то на душе было пусто.

Пусто.

И… одиноко.

Я не понимала, почему меня так терзает эта пустота. Должна ли я радоваться, что Эмир оставил меня в покое? Что больше не приходил, не касался, не смотрел на меня своим тяжелым, пронзающим насквозь взглядом?

Я думала, что его отсутствие принесёт облегчение. Думала, что смогу дышать свободнее.

Но внутри что-то было не так.

Я лежала на кровати, уставившись в потолок, слушая тишину, которая давила на грудь. Обычно я не замечала, насколько велик этот замок, насколько пусты его стены без него.

Я скучала?

Нет.

Это было бы слишком просто.

Я злилась.

Злилась на него за то, что он сначала заставил меня чувствовать этот страх, этот трепет, этот гнев, а потом просто исчез, словно я была незначительной, не стоящей его внимания.

Я сжимала простыни в кулаках, пыталась убедить себя, что мне всё равно.

Но мне не было всё равно.

Я ненавидела эту пустоту внутри.

Меня не покидало тревожное чувство.

Все вокруг только и говорили о войне. Народ был напуган, и я их понимала — никто не хочет кровопролития. Годы мирной жизни приучили людей к спокойствию, но теперь им предстояло встретиться с жестокой реальностью.

Я слышала, что идёт активная подготовка. Возможно, именно поэтому Эмир так занят.

А может, просто не хочет меня видеть.

Единственное, что хоть немного меня успокаивало — за все эти дни у него не было наложниц. Слухи ходили самые разные, но большинство сходилось на одном: такое с Эмиром впервые. Он всегда находил утешение в женском обществе, но теперь… теперь всё было иначе.

Говорили, что всему виной война.

Я больше не могла лежать в этой гнетущей тишине.

Поднявшись с кровати, я медленно направилась к балкону, открыла дверь и вышла на свежий воздух.

Внизу, во внутреннем дворе, кипела работа. Воины проверяли оружие, ковали доспехи, готовили лошадей. В воздухе витал запах металла и горячего железа. Слышался звон молотов, крики командиров, ржание коней.

Всё это напоминало преддверие бури.

Боже…

Эмир настроен серьёзно.

Позже я решила выйти на ужин в главный зал. До этого мне приносили еду в покои, но я устала от заточения. Хотелось хоть ненадолго почувствовать себя частью этого мира, увидеть людей, услышать их голоса.

Служанки помогли мне с платьем, осторожно подбирая лёгкую ткань, чтобы одежда не давила на незажившие раны.

Когда я спустилась в зал, мой взгляд сразу привлекли Эмир и Аэрин. Они сидели друг напротив друга и о чём-то разговаривали.

Я сразу поняла: снова речь идёт о Серенвиле.

Аэрин заметил меня первым и в знак уважения встал.

Эмир проследил за его взглядом и тоже увидел меня. Его глаза внимательно скользнули по моей фигуре, задержались на лице. Я почувствовала, будто он прожигает меня насквозь. На его губах тут же заиграла его привычная, самодовольная улыбка.

— Лилу, иди сюда, — приказал он.

Я медленно шагнула вперёд, и Эмир указал на место рядом с собой. Я опустилась на стул, стараясь держаться непринуждённо.

— Как ты? — спросил он, легко заправляя прядь волос за моё ухо. — Тебе лучше?

Я кивнула и заставила себя улыбнуться, переводя взгляд на Аэрина.

— Брат, я тогда пойду, — сказал он, собираясь встать.

— Стой, сиди и доешь свой ужин, — Эмир даже не взглянул на него, просто продолжил есть. — Ты нам не мешаешь.