Чтение онлайн

Еще знал, что моему мужу негде взять крови, добавила я мысленно. В этом есть смысл, но это лишь догадки, верно?

– Вот так, – продолжил Андрей. – И кстати, твой Эмиль ничего не стоит в отличие от меня. Его слово веса не имеет.

– Ты слишком уверен для простых предположений, – прищурилась я. – Что ты утаил?

– Сколько подозрения! Есть факт: мэр знал о кольце, когда ты мне его заложила. У меня его сразу же украли. И если я про него не говорил, то кто сказал? Ты? Эмиль? Вы же не чокнутые. Остается ювелир. Я уверен.

Действительно, как узнали о кольце, если я отдала его Андрею тем же вечером?

– По крайней мере, это не кто-то из нас, – вздохнула я. – И кто его украл? Ты мне так и не назвал ту загадочную блондинку.

Он поморщился, словно эта дама достала его хуже горькой редьки.

– Карина. Ее брат работает на мэра, она с ними вечно крутится. Может, видела?

– Еще бы, – буркнула я, вспомнив придурочную семейку, гонявшую меня по городу.

– Они недавно тут появились, – добавил он. – Только приехали – и сразу в дамках, хотя люди. Странные ребята… Не знаю, чего мэр их привечает.

– Согласна, – негромко произнесла Рената. – Ко мне они не ходят, Всеволод доверяет им.

– И что? – спросила я. – Про них никто ничего не знает, что ли?

– Практически нет.

Я снова уставилась на Виолетту, но она не проявила интереса. Кажется, своим мужем она интересовалась так же, как я своим. Наверное, он ее тоже достал. Вампиры они такие, кого хочешь достанут.

– И чего она хотела от Верки-охотницы? – я облизнула губы. – Чтобы та забрала мое кольцо?

– Надо полагать, раз Карина пропала с горизонта сразу, как его сперла.

Андрей не хотел это обсуждать, но я люблю расставить точки по местам, прежде чем что-то предпринять. А еще мне небезразлично, что произошло с Веркой. Ей было не больше двадцати, и пусть она посчитала себя слишком умной, чтобы плести интриги за спиной Лазаря, но смерти она не заслужила. Выходит, эта стерва ее и застрелила. Может, поняла, что через нее кольцо не получит и охотница больше не нужна. А может, заранее планировала пустить ее в расход, чтобы использовать, как наживку. Теперь неважно. Они своего добились – ведь это мы сидим здесь и дрожим.

– Они появились после того, как он перестал доверять нашим, – прошептала Виолетта. – Он… привык так жить. Избавляться от мятежников, ловить каждый подозрительный взгляд. Но теперь он обречен... потому что я против него. Знаешь, кого проще всего убить? Того, кто тебе доверяет.

– А он тебе доверяет? – негромко спросила я. – Или хочет тебя убить?

– Он меня убьет, – уверенно сказала она.

– Почему?

– Это личное.

– Здесь нет личного. Если меня принуждают рискнуть жизнью, я должна знать подробности.

Виолетта надменно посмотрела мне в глаза.

– Я ему изменяла. Он об этом узнал.

– И как ты успела унести ноги? – хмыкнула я.

– В тот момент меня не было в городе. Гостила у родственников, – по ее тону я сумела понять, какого рода были эти родственники. – Подруга позвонила и попросила не возвращаться, пока Всеволод не утихнет.

– Кто твой любовник?

– Какое твое дело?

И вправду никакого. Согласна, многие мужчины готовы убить жену за измену, но чаще это желание реализуется через развод. Вита могла не возвращаться или попытаться вымолить прощение – у изменщицы много вариантов. Планировать убийство мужа и пытаться нанять киллера все-таки крайняя мера. Должен быть повод.

– Почему тебя так трясет? Только из-за того, что тебя уличили в измене? С кем ты спала?

– Какая наглость, – пробормотала Виолетта, злобно ощерившись, так, что стали видны клыки. Маленькие и совсем не страшные – мои и то страшнее.

Я широко улыбнулась. Уверена, многие вампиры считают меня куда ниже себя, но я не дура, как они считают. Мне вполне по силам сложить пару очевидных вещей в одну картину.

– Ты изменяла ему с Эмилем?

Это с большей вероятностью тянуло на немедленную смертную казнь. Этого Всеволод не простил бы жене.

– Эмиль всем испортил жизнь, – в пустоту сказал Андрей.

Рената закрыла лицо руками, Виолетта отвернулась. На лице появилась горькая гримаса, и она прикрыла рот ладонью, сдерживая крик или плач.

– Откуда ты узнала? Он тебе сказал, да?

Значит, я права. Это уже третья любовница Эмиля, о которой я узнала на этой неделе.

– Нет, – я усмехнулась. – Просто я его знаю. Думаю, именно он сказал мэру о вашей связи. Тебе объяснить, зачем он это сделал? Потому что глупо этим не воспользоваться. А на тебя ему плевать. Он хотел доставить мэру дополнительные неудобства.

Я откинулась в кресле, с насмешкой разглядывая кислую троицу на диване.

Андрей скучающе смотрел в стену, но выглядел так, будто у него челюсти сводит от злости. Рената закрыла лицо, плачет она или нет, я не поняла. Виолетта пыталась пережить предательство Эмиля, тихо поскуливая. Насчет него трудно испытывать иллюзии. Я хорошо это знаю.

Он все предусмотрел. Теперь я не верила, что он мертв – слишком хорошо все продумал. Я улыбалась, не скрывая насмешки над чужим горем.

– Я тебе помогу, Яна. Дам тебе козырь, с которым нельзя проиграть, – заговорила Виолетта глухо. – Чтобы ты убрала этого козла…

Сначала мне показалось, что она говорит об Эмиле, ведь это он разбил ей сердце, верно? Но она говорила о мэре, о своем муже. В глазах стояла ненависть, пострашнее той, что рождает разбитое сердце. Страх за жизнь?

– Рената! Принеси сумку.

Рената медленно убрала от лица руки, я увидела раскисшую косметику и щеки в жирных потеках туши.

– Я тебе не служанка! – резко ответила она. Мне показалось или Рената тоже не знала, что Эмиль записал Виолетту в свой актив?

Жена мэра вздохнула и сама пошла в коридор. Она вернулась и села на прежнее место, сжимая в руках сумку. Лицо стало собранным и холодным, будто она готовилась к войне. На стол полетели связка ключей и телефон.

– Он сейчас дома. В полдень охрана сменится на дневную. Там четверо вампиров, дневных вампиров, поэтому не бойся. Если столкнешься с ними, думаю, справишься.

Она шутит? С четырьмя вампирами, которые может и не нажрались крови, но по-прежнему остаются здоровыми мужиками? И я против них – обглоданная охотница. Не смешно. За кого она меня принимает? Но Виолетта не видела в этом ничего особенного. Она сказала – «ты справишься» и, кажется, даже поверила в это.

Из сумочки появилась ручка и записная книжка, склонившись над столом, она начала быстро рисовать на чистой странице.