Заложница
Шрифт:
– А фокусника?!
– неожиданно плаксиво протянула новобрачная, капризно надув губки, - все смотрели... а я! Ведь ты обещал!
Хатгерн всего мгновенье смотрел на неё с изумлением, затем расслышал, как открывается дверь и, свирепея, повернул в ту сторону голову.
– Разрешите подавать десерт, ваша милость?
– робко осведомился заглянувший в комнату слуга с подносом в руках.
– Подавай.
– Герцог дождался, пока тот расставит по столу вазочки и нехотя добавил, успев понять по упрямо поджатым губкам тени, что настаивает она на абсурдном желании продолжить вчерашнее развлечение вовсе неспроста, - да пригласи сюда фокусника.
А когда расторопный парень ужом выскользнул из комнаты, уставился на жену с показным вниманием.
– Пока ничего не могу сказать, - неожиданно мрачно вздохнула та, - но как только хоть что-то узнаю - сразу объясню. Да не смотри так подозрительно, тени своих подопечных не предают. И еще... если хочешь получать от меня сведения, никому больше их не передавай, и не тронь людей, в которых заподозришь шпионов моего брата. Иначе выдашь меня... как ты понимаешь, тень я вовсе не единственная и далеко не самая опытная.
– Значит... фокусник пришел с посланием?!
– подумав, насторожился герцог, - и ты хочешь разговаривать с ним наедине?
– А ты мне не доверяешь?
– кротко осведомилась лаэйра, и по ее губам скользнула еле заметная усмешка.
– Как ты видела всего час назад, полностью доверять я не могу даже родному брату.
– Потому что ему может подойти твой герцогский пояс, а мне - нет, - жестко отрезала Таэльмина, - и потому, что из него никогда не получилась бы тень, даже если ты приставил сотню учителей. Но если ты желаешь расторгнуть наш договор, я спорить не стану. А вот если не хочешь - то изволь верить, как себе.
В этот раз Харн думал дольше. Уставившись взглядом в никуда, хмуро бросал в рот кусочки нежнейшего пирожного и жевал с таким остервенением, словно это было мясо злейшего врага.
– А если я разрешу, ты расскажешь мне, о чём был разговор?
– когда ложечка заскребла по пустой тарелке, сумрачно взглянул он на явно наслаждавшуюся десертом жену.
– Лишь те сведения, в которых найду угрозу для твоей жизни, - невозмутимо сообщила лаэйра.
– А для герцогства?
– В некоторых случаях это одно и тоже, - подсластила пилюлю Таэль.
– Спасибо, дорогая, - заслышав стук в дверь, едко пробормотал герцог и позволил пришедшему войти.
Причудник явился в покои лаэйры, одетый в костюм для выступления, изготовленный из черного струящегося шелка, богато расшитого на плечах и груди серебряными змеями и древними знаками, однако в руках у него ничего не было.
– Покажите моей жене свое искусство, - сухо приказал герцог, проходя мимо фокусника, - если чего-то не прихватили, слуги принесут.
Таэльмина тайком усмехнулась, да такого просто быть не может, чтобы Бенфрах пришел в покои герцогской лаэйры с пустыми запасниками. И старшая тень тотчас подтвердил её уверенность, с застенчивой улыбкой достав как будто из ниоткуда дышавшую свежестью розу с алмазными росинками на лепестках.
– Ваша милость не желает подарить этот цветок своей лаэйре?
Таэльма тотчас напряглась, готовая выбить цветок из рук мужа, если Хатгерн клюнет на эту примитивную удочку, но тот не клюнул.
– Моей лаэйре я и сам в состоянии купить лучшие цветы и лучших лицедеев, - сухо усмехнулся герцог и решительно вышел прочь.
– Какие замечательные слова!
– восхитился Бенфрах, и, ослепительно улыбаясь, швырнул розу герцогине, - но и бедные фокусники мечтают почтить своими дарами прекрасную новобрачную!
Тень мигом отбила подарок тарелкой, полюбовалась, как летевший к потолку цветок превратился в пучок алых игл и упал на ковер тихо таявшими каплями.
– Можешь не стараться, я из ремесла не ухожу.
– Неужели?
– насмешливо глянул на нее лицедей, доставая из потайных карманов кучу самых разнообразных предметов, колец, звезд, лент, платочков и прочих вещиц, числящихся в арсенале фокусников.
– Герцог знал, кто я, - так же бесстрастно произнесла Таэль, бдительно наблюдая за его руками.
Бенфраху ничего не стоит устроить ей экзамен прямо здесь и сейчас.
– И?
– И сделал мне предложение, от каких здравомыслящие люди не отказываются.
– А прежние обязательства?
– испытующе смотрел на ученицу Бен.
– Сгорели. В тот миг, как меня напоили зельем повиновения и оставили в приемном зале этого дворца.
– Некоторые считают по-другому, - так же загадочно сообщил фокусник, и широким движеньем разбросал цветочки и ленточки по ковру, создавая впечатление усердной работы.
– Некоторые совершенно не умеют считать, - с неожиданной для самой себя горечью усмехнулась лаэйра и, мигом взяв себя в руки, жестко добавила, - впрочем, здраво рассуждать, как показали последние события - тоже. И потому я взяла заказ. Если можешь что-то сказать... говори, если нет - я не обижусь.
– Ты могла бы сказать про заказ после того, как я передам тебе приказ бывшего подопечного, - сообщил фокусник, лениво подбрасывая в воздух сразу шесть колец.
– Не могла, - твердо отказалось Таэль, - пусть другие пользуются такими способами получения информации.
– Ну, тогда попытайся хотя бы догадаться, - лукаво усмехнулся Бен, и лаэйра мысленно похвалила себя за неукоснительное следование тайному кодексу теней.
Не так уж их много, людей, изучивших трудное и тайное ремесло, и постепенно становится всё меньше. А первыми гибнут или попадают в ловушки те, в ком жадность или гордыня пересилили чувство солидарности и взаимопомощи.
– Могу попробовать, - девушка чуть прищурилась и начала загибать пальчики левой руки, - тот, кто не умеет считать, решил, будто имеет право мне приказывать. И пожелал моими руками расправиться со своими врагами. Думаю, он передал мне какое-то оружие... либо яд. Ну и последнее... выбор способа спасения моей шкуры он заботливо предоставил мне самой.
– Почти верно, - резко посерьезнев, кивнул Бенфрах, - кроме одной детали. Помочь тебе должны были люди Юверсано, давно притворяющиеся преданными слугами твоего подопечного.
– То-есть, если они поймут, что я не намерена выполнять приказ бывшего подопечного, то немедленно устроят на меня охоту?
– вслух перевела для себя его сообщение Таэльмина и еле слышно попросила, - А ты не можешь хоть приблизительно намекнуть... какого у них цвета глаза?
– Я не знаю, - одними губами выдохнул Бенфрах, - все подробности в письме. А оно защищено тайными знаками алхимиков.