Чтение онлайн

Неужели он принял меня за одного из заплечных дел мастеров, который ищет шайку пособников для того, чтобы пошарить в дворцовых закромах?

— Демоническая защита, говоришь… Через демоническую защиту пройти можно. Хотя и не всякому. Ты мне вот что узнай. Как часто во дворец приходят Высшие демоны? И приходят ли вообще?

Собеседник поморгал в темноте белесыми глазками, забормотал что-то едва слышно и наконец изрек:

— Как вас называть, почтенный?

— Называй… — я помедлил и усмехнулся своим мыслям, — оборотень.

Старик тоже посмеялся, давая понять, что принимает мою конспирацию.

— Хорошо, лурий Оборотень. Приходите завтра. Сегодня ночью старый Митус будет думать.

— Ну думай.

Я отвернулся от него и пошел дальше вверх по улице. Странное чувство я испытывал. С одной стороны, хорошо, что приобрел союзника. А с другой — что может знать эта мокрица? Если только у него действительно нет осведомителей во всех районах города и в императорском дворце заодно. Естественно, мне нетрудно прийти к нему еще раз. Вдруг и правда узнаю что-нибудь ценное. Но это завтра. А сегодня меня больше интересует, куда пропал неугомонный ангел.

Прошло немало времени, с тех пор как я начал свою прогулку по славному районцу. Стемнело. Но больше почувствовать, где именно находится Энджи, мне не удавалось. Поэтому увидел я его совершенно неожиданно.

Компаньон шел мне навстречу. Медленно, будто гуляя по весенней набережной. И надо быть просто слепым, чтобы не увидеть в нем ангела, даже в человеческом облике. Облегчение мгновенно сменилось злостью.

— Добрый вечер, Гэл.

— Да, ваша светлость. Прекрасный вечерок, под стать месту, которое вы выбрали для прогулок.

Он удивленно приподнял золотистые брови:

— Ты сердишься?

— Нет. Я в бешенстве. Что ты здесь забыл?! Какого дьявола тебя занесло в Нижний город?!!

Энджи поморщился — как всегда, когда я произносил вслух имя этой жестокой астральной сущности. Но я не обратил внимания на его неудовольствие. Не ангельские небеса же мне призывать во время приступов ярости.

— Дома тебе не сиделось? Экзотики захотелось?! — ругаться, стоя посреди грязной улицы, было глупо, и я потащил его в сторону более приличного района. Ангел не сопротивлялся, хотя и споткнулся несколько раз в своих тонких сандалиях на неровной мостовой, но вскоре его шаг выровнялся.

— Удачно сходили в термы?

— Вполне, — отозвался я все еще сердито. — Так ты скажешь, зачем пришел сюда?

— Много выиграли? — снова поинтересовался Энджи, как будто не слыша моих настойчивых вопросов.

— Три тысячи. Ты можешь мне ответить?

— Играли заговоренными костями?

— Естественно… начали с них, потом перешли на обычные. Кстати, Атэр начал проявлять кое-какие магические способности…

Ангел вздохнул. Не огорченно и не тревожно, а с полной покорностью судьбе.

— У них не было ни одного шанса. Ты профессиональный игрок с… уже с тысячелетним стажем. Атэр проявляет магические способности. У вас меченые кости и…

Мне, конечно, слегка польстило то, что даже ангел считает меня профессионалом, пусть всего лишь в игре. Но я Не Дал ему распространяться на эту тему.

— Слушай, Энджи, не надо. Да, я пошел и обыграл этих человеческих остолопов. И ничто не дрогнуло в моей грубой, жестокой душе. У Атэра, кстати, тоже. Но я не заставлял их играть. Они сами прибежали к нашему столу с открытыми кошельками. Нам не пришлось вытаскивать деньги из их карманов, они сами их отдали. Элементарно, примитивно,

Даже не получил от этого удовольствия. И между прочим, у патрициев здесь денег столько, что они не успевают потратить их за всю свою жизнь.

Ангел будто не слушал меня — то смотрел себе под ноги, то запрокидывал голову, чтобы взглянуть на черно небо, то оглядывался на окна домов, за которыми горели слабые огоньки светильников. Но когда я замолчал раздраженно, он сделал одолжение и вернулся обратно на землю из заоблачных высот, в которых пребывал последние несколько минут.

— Гэл, не нужно оправдываться. Ты демон. У тебя свои представления о жизни. У меня свои. Уверен, они кажутся тебе глупыми, бессмысленными, но… Я знаю одно — сегодня ты обманул нескольких человек. Может быть, они не заслуживают жалости и сочувствия. Это не важно… Я не могу удержать тебя от естественных для тебя поступков… наверное, даже не имею права. Ты сам делаешь выбор. А я свой. Поэтому я пытаюсь помочь тем, кто действительно нуждается в помощи. Стараюсь восстановить шаткое, нарушенное тобой равновесие.

На несколько долгих мгновений я онемел от услышанного. Ангел шел рядом со мной, и его лицо светилось покоем и почти счастьем. Счастьем и покоем в этих грязных трущобах! Ему казалось, он нашел способ, как «бороться» с моей демонической сущностью, и утешился.

— Ты что, пришел сюда для того, чтобы тратить свои силы, свой свет на этих… на это отребье?!

— Они страдают, Гэл. Я чувствую их боль. Ты же знаешь. Власть демонов очень тяжела для них. Почти невыносима.

— Да! Да!! Отлично! Давай! Восстанавливай равновесие. Вся демоническая империя на одной чаше весов и один-единственный ангел на другой! Тебя раздавят, разорвут на клочки!.. — Я прекратил орать и произнес почти просяще: — Энджи, не валяй дурака. Я понимаю, тебе тяжело, жалко их, но не раздавай ты свою силу кому попало. Береги, копи в себе. Все равно на всех не хватит.

Он повернул ко мне спокойное, прекрасное даже в человеческом образе лицо.

— Я так не могу. Я не умею копить и сохранять. Я живу для того, чтобы раздавать — лечить, любить, сочувствовать… Иначе погибну.

— Откуда ты будешь черпать свою светлую силу, когда расходуется вся твоя внутренняя энергия? Грязи в этом мире хоть залейся, а доброты и нежности я что-то пока еще не встречал. Ты погибнешь, если станешь тратить себя на всякую шваль!

— Значит, так должно быть. — Это прозвучало строго и почти жестко.

— Дурак! — процедил я сквозь зубы. — Погибнуть ему захотелось! Ты о нас подумал?! О Буллфере, то есть Атэре… о Гермии этой ненормальной. Она молиться на тебя готова… Обо мне…

— А что — о тебе? — Он наклонил голову и, кажется, улыбнулся. — Разве ты не будешь доволен, что никто не мешает тебе воспитывать Атэра по своему образу и подобию?

Сначала мне снова захотелось наорать на него, потом крепко взять за изнеженную ангельскую шею и сжать как следует, чтобы не болтал глупостей. Но вместо этого я схватил Энджи за руку и толкнул к стене. Выше по улице послышались тяжелые нечеловеческие шаги.

— Гэл, что…

Тут я действительно одной рукой стиснул его плечо, другой зажал рот.

Он дернулся пару раз, а потом и сам услышал. В медленном прогулочном темпе к нам приближались демоны и судя по мощной волне, текущей впереди них, Высшие. Принесла нелегкая.

— Тихо. Ни звука, — страшным голосом прошептал я на ухо замершему Энджи, а потом собрал всю имеющуюся у меня в наличии силу и «набросил» на нас обоих тяжелый, непроницаемый «плащ тени». Он должен был замаскировать, заглушить белый свет, окутывающий ангела. И сделать нас обоих невидимыми… Вот теперь посмотрим, насколько я поднаторел в магии. Заклинание было мощным. Я сразу почувствовал, как взмок мой загривок. Сердце Энджи колотилось часто и громко, дыхание стало быстрым и прерывистым. Краем глаза я глянул на него — не собирается ли в обморок упасть. Но нет, вроде ничего. Только тяжело ему сейчас, может быть, даже тяжелее, чем мне. Я ведь только заклинание на нас держу, а он еще и сам со своей силой пытается справиться. Ангельская энергия постоянно изливается из светлого существа в окружающий мир, а если ей не давать выхода, заперев хотя бы заклинанием «плаща», она будет бурлить, клокотать, рваться наружу, в — отличие от демонической, которая затягивает внутрь себя все, до чего дотянется. Представляю, как Энджи сейчас захлебывается в потоке света, кипящего в его душе.