Чтение онлайн

— Встречу назначил далеко отсюда?

— Километров сто на север, в горах кишлак есть.

— Ты что, Карим, и впрямь думаешь, что там его база?

— Нет, не думаю. Не настолько он глуп, чтобы показывать мне своё лежбище, а я его завтра с вертолётов разбил.

— А если они тебя в плен возьмут и потом будут требовать выпустить родственников?

— Не получится, они меня знают, Я прикажу заму и, если я не вернусь — родственников расстреляют.

— Так и ты же погибнешь.

— Во имя благого дела можно и погибнуть, такова воля Аллаха.

— Ну что же коль решил, тогда надо всё до конца продумать. Мне, кажется, надо взять несколько спецгрупп, заранее окружить этот кишлак.

— Нет, так не получится. У него тоже есть разведка, наверняка, они там уже всё вокруг заняли, а потом крот сразу им передаст о наших передвижениях.

— Тогда другой есть вариант: ты едешь к месту, а мы выдвигаемся позже, и спецназ будет не афганский, а отряд «Каскад». И ещё, я договорюсь с командованием сороковой армии, они дадут десантников и вертолеты. Рекомендую снять европейскую одежду и облачиться в афганскую. Карманы, конечно, твои обыщут, а вот чалму никто не тронет, туда положим портативную радиостанцию. Включим её на постоянную передачу, и мы будем слышать все ваши разговоры. Мне сейчас некогда. Надо ехать к начальнику, доложить о готовящейся войсковой операции, может и удастся всё переиграть. С ним и твою проблему обсудим. Вернусь, тогда всё обговорим в деталях.

Встреча была назначена на одиннадцать часов. Как и предписывалось в письме, Бурха доехал до указанного места на своей машине один, прошел с километр пешком. К нему подъехала машина, его усадили и увезли совсем в другое место, а не туда, как оговаривали в письме. Но опытный контрразведчик Ромашов предвидел и это. Кроме вертолётов и десантников он выпросил у начальника радиотехнических войск подвижной пеленгатор, который тут же зафиксировал направление движения машины, по работающей радиостанции на голове у Бурхи.

Бурху привезли к Халесу с завязанными глазами в кишлак в километрах двадцати от крепости. Халес не решался привезти его в своё убежище. Шаик доложил ему, что движения спецгрупп Бурхи не замечено — все находятся в местах дислокации. И тут Халес почувствовал своё превосходство — у него в руках самый главный его враг, удерживающий его родственников. Он стал разговаривать с Бурхой дерзко и нагло.

Шаик тихо, чтобы не слышал Бурха, почти прошептал Халесу на ухо: «Я бы не советовал с ним так разговаривать. Вы не знаете Бурху».

— Чего ты лезешь со своими советами, — грубо ответил Халес, — я сам знаю, как мне с ним говорить.

И тут, минут через десять, все услышали рокот летящих вертолётов. Две боевых машины с ракетами на борту сделали круг над кишлаком и улетели. Это Ромашов, услышав начало беседы по радиостанции, решил предупредить Халеса, что переговоры должны быть переговорами, а не ультиматумом. Шаик выбежал на улицу. Его перепуганные воины лежали в пыли. Один из них пристраивался из — за дувала выстрелить из переносного средства ПВО по вертолётам.

— Не стрелять! — закричал Шаик.

Он понимал, что выпущенная по вертолётам ракета, вряд ли попадет в цель. Они уже были далеко, но могут развернуться и ответить огнём и тогда от кишлака останется одна глина.

Шаик прибежал к Халесу.

— «Шурави», два вертолёта с полным вооружением, наверное, где — то рядом и их спецназ.

Халес с недоумением посмотрел на Бурху. Он понимал, что те сто человек, которых он взял с собой сюда, вместе с ним навеки останутся в этом кишлаке.

— Вот так! — Бурха улыбнулся. — Ты подумал, что меня можно как жертвенного барашка в праздник «иди — курбан» — не получится. Кроме этого, я ещё отдал приказ: если до захода солнца я не возвращаюсь, твоих родственников расстреляют. Так что советую со мной больше так не разговаривать.

Халес понял и тут же осёкся.

— Я просил бы Вас, уважаемый Карим, — начал он просящим тоном, — отпустить моих родственников. Воюем мы друг с другом, а моя мать, отец, мои сёстры и малолетние братья здесь ни причем.

— Моё условие одно, — сказал Бурха, — верните старика.

— Какого старика? — Халес сделал вид, что он первый раз слышит о каком — то старике.

— Того старика, что вы пытались увезти в Пакистан.

— Хозяин, речь, наверное, идет о геологе, — вмешался Шаик. — Так его взяли не мы, его взяли люди Хафиза.

— Если Вы отпустите моих родственников, — сказал Халес, — я помогу вам его разбить. Он мне, честно сказать, самому порядком надоел. Кроме того, я согласен заплатить Вам выкуп.

Бурха понял, что разговор пойдёт о деньгах. Он сделал вид, что у него зачесалась голова, засунул руку под чалму и отключил радиостанцию.

— Что, с непривычки голова вспотела? — пошутил Халес. — Зачем чалму надели? Я же знаю, Вы носите не нашу одежду.

— Но я же в гости ехал, зачем я стану оскорблять правоверного.

Халес улыбнулся — ответ гостя ему явно понравился.

— Кроме этого, — вмешался в разговор Шаик, — у нас есть сведенья, что у вас работает двоюродный брат Хафиза, он снабжает его всей информацией. Мы можем вам помочь его разоблачить.

Бурха понял, что сейчас может состояться торг, на кону которого стоит ликвидация крота и возможные следы старика.

— Хорошо, — Бурха посмотрел на Халеса, — допустим, я соглашаюсь, но есть ещё один вопрос. Где находятся семнадцать человек заложников, что похищены в Мазари — Шариф?

— Это опять же не ко мне, — Халес с удовлетворением посмотрел на Шаика. — Скажи уважаемому Кариму, где эти люди.

— Их похитил Махмуд, — сказал Шаик, — где они сейчас я не знаю, он часто меняет место.

— Если мы договоримся, — заявил Халес, — мы Вам сможем и в этом оказать помощь, за определённую сумму конечно. И так, за родственников я вам называю человека Хафиза и плачу триста тысяч афгани. Ну и, конечно, переговоры заканчиваем без кровопролития.

— Хорошо. Я даю слово, что ваши родственники будут сегодня освобождены. А какие у меня гарантии? — молвил Бурха.

— Деньги Вы получите по освобождению, — сказал Халес.

— И ещё одно, — дополнил Бурха, — зачем Вы вчера убили четверых моих офицеров?