Чтение онлайн

Оскальзываясь на льду, Марат подбежал к «ниве», шумно дыша, нырнул в салон.

– В следующий раз пусть Лосев бегает, ему это полезно, - выпалил он.

– Что-нибудь разузнал?

– А як же? Конечно, в конторах уже никого, так что рванул прямо на квартиру председателя жилищного кооператива. Толковый оказался мужик, хоть и занозистый. Минут десять парил ему мозги, прежде чем согласился нам помочь. Зато и телиться не стал, справку выдал честь по чести. Нашел заодно и номерок участкового, я прямо с его телефона и позвонил.

– Ну и?

– В общем, так… Сразу отсеиваю приличных и называю главных кандидатов.
– Марат вынул из кармана дешевенький блокнот, раскрыл на нужной страничке.
– Стало быть, всего в подъезде двадцать кооперативных квартир. В основном все друг друга знают. Новенькие жильцы тоже есть, но негусто. Короче, жилплощадь сдают двое. На пятом этаже - семья новорусов и на втором - некая Клавдия Ивановна. Что касается новорусов, то эти давно съехали, проживать изволят в более элитных кварталах, однако и здешней квартирке не дают простаивать. Сдают практически каждый год, жильцов подбирают солидных и денежных. Так что, скорее всего, этот вариант отпадает. Ну а со старушкой на втором этаже - иная история. Дело в том, что бабуля крепко закладывает за воротник и временами, чтобы подправить дела, уезжает в деревню к сестре. Ну а на это время сдает жилплощадь кому ни попадя. В прошлом году здесь цыгане жили - человек двадцать. Кур прямо во дворе пасли, стирались всем табором. За несколько месяцев весь дом успел провонять. Председатель говорит - уж на что он интернационалист, а в эти месяцы тоже дерганым стал.

– Ты не отвлекайся!

– Так я, собственно, уже закончил. Цыгане съехали, теперь у нее другие поселились. Правда, кто именно - председатель не в курсе. По слухам, какие-то мужики, баб иногда водят, но особого шума за ними не замечалось. Самое грустное, что и участковый ничего о жильцах Клавдии Ивановны не знает. Я его даже взгрел немного.

– Что-нибудь еще?

– Увы… - Марат пожал плечами.
– Вы же требовали экстренной информации, а экстренно подробности не добываются. Могу добавить, что сейчас в квартире тихо, света тоже нет. Про иные квартиры спрашивал, но там вроде ничего подозрительного. Либо старушки, либо многодетные семьи.

– Значит, и время терять не будем. Тем более что этажик - второй, а это наводит на определенные мысли.

– Согласен, - кивнул Тимофей.
– Блатота любит такие этажи. В случае чего и уходить легко.

– Ничего… От нас уйти не так уж просто.
– Дмитрий достал из кобуры «ТТ», неспешно проверил обойму. Включив подвешенную к поясу рацию, сунул миниатюрный наушничек в ухо.
– Готовьте стволы, ребятки. Если мокрушники дома, встреча может получиться веселой.

– Моя пушка всегда при мне.
– Тимофей взглянул на Харитонова.
– Ну что, идем?

Тот сосредоточенно кивнул.

– А ордерочек?
– хмыкнул Марат.

– Вот наш ордерочек.
– Тимофей достал из кармана связку отмычек.
– Думаю, как-нибудь справимся.

– В общем, так.
– Дмитрий выбрался из машины.
– Ты, Марат, остаешься здесь, следишь за окнами. Заодно поглядывай по сторонам. В случае появления подозрительных лиц, шепни в рацию заветное.

– Понял!

– Не уверен, что кого-нибудь там застанем, но попытка не пытка… Все! Двигаем в подъезд.

Оставив Марата в тылу, бывшие сослуживцы размеренным шагом направились к дому. Небо над городом багровело закатным заревом, начинало смеркаться, и оттого ржавая штанга с зависшим над бетонным козырьком фонарем выглядела особенно зловеще. Все равно как гигантская палица, занесенная над головами входящих.

Пленку, как выяснилось, действительно гоняли в экономрежиме. Один кадр в три секунды. Это бы ладно, однако хозяева «Ночного ковбоя» попытались словчить и на камерах - приобрели старенькое и дешевое оборудование, отчего изображение на экранах оставляло желать лучшего. Поэтому, сидя у мониторов, собравшиеся не торопились. В каждый кадр всматривались до боли в глазах, стараясь не упустить ни единой детали.

– Вот он!
– Первый, кто заметил спину выходящего из заведения Шувалова, аж подпрыгнул на стуле.

Бросившись к нему, Мишаня ощутил, что в затылок ему дышат другие «алмазовцы».

– Кеша как раз в вестибюле стоял, а там же стекло. Что-то, значит, увидел.

– Или услышал…

– Может, и так.
– Оператор покадрово начал проматывать запись. Широкоплечий мужчина на экране - тот самый покойный Шувалов - рывками перемещался к краю экрана. Чертова камера, видимо, как раз поехала в сторону, и на время «алмазовец» выпал из поля зрения.

– Черт!
– простонал оператор.
– Одна камера на всю стоянку. Вот жлобье! Жалко им было прикупить еще парочку!

Наконец картинка вернулась, но Шувалова на ней уже не было. Ряд уходящих вдаль машин, отблеск фонарей - и все.

– Ничего не понимаю…

– Либо он упал где-то за машинами, - предположил вслух Мишаня, - либо…

– Либо за эти машины его успели уже затащить, - закончил фразу один из «алмазовцев». Лица у всех были напряженные, глаза чуть прищурены.

– Значит, на все про все этим выродкам хватило… - Мишаня взглянул на секундную стрелку.
– Елки зеленые! Всего-то секунд двадцать или тридцать!

– Интересно знать - что именно он увидел.

– Узнаем, - пообещал Мишаня.
– Крути дальше. Теперь эти козлики должны отчалить.

– Как знать. Могли и не спешить, выждать немного.

– Могли…

– Есть!
– Оператор подался вперед, пальцем ткнул в выдвинувшуюся из ряда машин иномарку.
– Либо «форд», либо «опель»!

– Да уж, далековато…

На следующем кадре, к досаде всех следящих за монитором, целиком рассмотреть отъезжающую машину им снова не удалось. Камера вновь поехала вправо, захватив только заднюю часть иномарки.

– Ну и что?
– потерянным голосом вопросил оператор.
– Один хрен ничего не увидели - ни номера, ничего.

– Цвет!
– возразил Мишаня.
– Сдается мне, это серый металлик.

– И то никаких гарантий. Фонари-то паршивые, и пленка черно-белая.

– Рано горюете, мужики! Главное - определено время, так? Четверть первого ночи. Теперь надо начинать мотать назад. Эти козлики тоже ведь выходили из здания, правильно? А перед этим еще и входили. Плюс машинка их через ворота въезжала.
– Мишаня глянул на пасмурные лица «алмазовцев».
– Камера у вас, конечно, говно, но шансы еще остаются - и достаточно неплохие. Короче, надо крутить кино назад.

– А если эти ублюдки завалились на дискотеку с шести часов вечера? Это же пупок надорвать можно! Двадцать кадров в минуту - стало быть, имеем в запасе… - Оператор зашевелил губами, производя в уме необходимые вычисления.
– Стало быть, имеем около восьми тысяч кадров!