Чтение онлайн

– Если обычный мордобой - ладно, а ну как помрет кто? Вовик, кажется, предупреждал: в этом месяце никаких акций. Ментов вроде как снова протащили. Аж по всей стране. Интернационал-то давит, вот и требуют показательного процесса. Чтобы, значит, рот заткнуть.

– Ну и что?

– Тебе хочется, чтобы показательный процесс у нас прошел? Лично я под такое палево подписываться не собираюсь.

– А при чем тут ты?
– Ленчик фыркнул.
– Ты там вроде не был, кулаками не махал.

– Зато вы ко мне сразу двинули. И горючего вон сколько натащили. Ясно, что бабки горелые тратили.

– Ты, Жоржик, монстриков своих гнойных гоняешь - вот и гоняй дальше. Я ведь тебя не учу, как подбрасывать свастику на евросайты.

– А у тебя один хрен не выйдет.

Ленчик открыл было рот, чтобы поставить приятеля на место, но вовремя вспомнил, что с Жоржика еще нужно стрясти адрес хозяина «нивы».

– Ладно, не бурчи.
– Он потер челюсть.
– Мы тебе не давали вчера номер машинешки одной? Ты говорил, у тебя диск крутой. Любого водилу в три счета отыскать можно.

– Да нашел уже.
– Жоржик положительно не был настроен говорить. Кажется, и причина имелась.

Ленчик смутно припоминал, что кто-то из своих вчера попытался выставить Жоржика из квартиры, а какому хозяину это понравится?…

– И чего?

– Ничего. Геббельсу скачал.

– Как скачал-то?

– Ну, распечатал, какая разница?

Приглядевшись, Ленчик рассмотрел на скуле Жоржика кровоподтек, кисло улыбнулся. Значит, и впрямь вчера порезвились по полной. Кто, интересно, врезал? Может, Марек? Или он сам приложился?

– Ты, Жорж, не дуйся.
– Ленчик, поднявшись, хлопнул сидящего по плечу.
– Ты ведь наш. Фига ли тихариться?

Жоржик не откликнулся.

– Короче, если что, всегда обращайся.

Ленчик прошел на кухню, где Геббельс как раз доедал со сковороды нарезанную колбасу. При одном виде сочащихся жиром ломтей его передернуло. Подавив тошнотный позыв, он скривился:

– Как ты жрешь эту гадость?

– Нормальная бацилла, - с полным ртом промычал Геббельс.
– Тут важно почаще запивать.

– Так у тебя тут и пиво?
– Подцепив полную жестянку, Ленчик сорвал колечко, подставил рот под пенную струю.
– У-у!… Кайф!

– А ты думал!

– Где распечатка?

Жирными пальцами Геббельс похлопал себя по карману.

– Туточки. Жоржик нормально сработал. Адрес, телефон, даже возраст с семейным положением!

– А чего тогда сидим тут?

– Так это вы харю давите, я не сижу.
– Геббельс гыгыкнул, и Ленчика опять перекривило.

– Короче, буди наших. Пойдем навестим клиента.

– А не поздновато ли?

– В самый раз.
– Ленчик покосился на часы. Оставаться в этой вони и духоте не было уже ни сил, ни желания.

– А по мне, так лучше бы завтра.

– Что, очко сыграло?

– Ты за меня не трясись.
– Красные глаза Геббельса хищно блеснули.
– Смотри, как бы у самого поджилки не дрогнули.

– Не дрогнут, - пообещал Ленчик, хотя и признался самому себе, что особой уверенности в его голосе не прозвучало.

Перед делом забежали в гараж к Черепу. Там, под старым рижским мопедиком, подвешенным прямо на стену, таились боевые причиндалы - парочка самодельных нунчаков, цепи, металлические прутья, резиновые шланги со свинцовыми шариками внутри и прочая полезная всячина. И не хотели поначалу вооружаться, да припомнили навыки чужачка, разбросавшего их, как щенят, и передумали. Марек взял пластиковый кастет - своеобразное дворовое «ноу-хау», в умелых руках столь же грозное, как и шипованный собрат из свинца и стали, Геббельс с Черепом прихватили по резиновому шлангу, сам Ленчик, поколебавшись, сунул за пояс нунчак.

– Это-то на хрена?
– не слишком деликатно удивился Геббельс.
– Ты вроде всего-то пару ударов и освоил.

– Ему хватит… - сумрачно пробормотал Ленчик. Он и сам понимал, что ничего практически не умеет, но взяли свое ущемленные амбиции. Пистолет, как известно, тоже не всегда стреляет, однако психическое воздействие оказывает - и какое! Люди кассы берут без единого выстрела, умудряясь при этом разоружать охрану, носом в пол людей класть. Вот и эти палочки свое слово скажут.

До нужного адреса добирались на трамвае, как лохи. Еще и старушонка-контролер попалась настырная - бубнила, считай, всю дорогу насчет билетов. Ладно, хоть другие пассажиры помалкивали. Одного взгляда на бритые черепушки хватало, чтобы стеснительно отворачиваться. Да и они старались особенно не цеплять людишек. Незачем отсвечивать перед делом. Правда, Марек разок не удержался - погладил задницу одной кругломорденькой. Ухажер, держащий девицу под руку, зыркнул на него, как зайчонок на волка, и тут же поспешил к выходу. Толкнув Ленчика в бок, Марек с ухмылкой кивнул в сторону удаляющейся парочки.

– Смотри-ка! Петушок побледнел, курочка покраснела, к чему бы это?

– Будто ты не знаешь!
– осклабился Геббельс.
– Он не хочет, а она - даже очень…

Марек довольно заржал.

– Мне у Жоржика диск понравился, - вмешался Череп.
– Пара нажатий - и все дела! Помнишь, он говорил - у эфэсбэшников еще круче компакты есть. Типа про всю городскую братву и даже про нашу организацию.

– Ну, про нас - это сомнительно. Хрена они что знают! Я вот думаю, может, скоро такие диски появятся, что насчет бабок будут информировать? Типа, значит, сколько и у кого рыжья с зеленью?

– Тогда уж лучше насчет телок!
– гоготнул Марек.
– Какая, значит, с ходу готова, а какая кочевряжиться будет, где живет и сколько берет с одного рыла. Такой диск я бы даже купил!…

Ленчик и на эту тираду никак не отреагировал. Не до того было, все еще приходил в себя после буйной попойки. Дышать старался глубоко, то и дело поправлял за поясом деревянные палочки. Голову после ночной пьянки продолжало кружить, зато и страха не было. Когда тошно, какой уж тут страх. Да и чего бояться? Не убивать же ехали - поучить. Хотя… Тех китайцев тоже мочить не собирались, а получилось скверно. Или не очень?… То есть если до Вовика слушок доползет, тогда и впрямь будет скверно, но если все пройдет тихо-гладко, да менты особо не будут носом землю рыть (им ведь подобная слава тоже ни к чему!), тогда, глядишь, и статус укрепится. Такие разборки просто так не проходят. Тот же Жоржик хоть и ворчит-бурчит, а внутренне станет уважать. И другим при случае шепнет нужные слова. Потому как одно дело - ботало и баклан беспринципный и совсем другое - матерый секач. То есть тот, кто не только МОЖЕТ замочить, а УЖЕ мочил. С такими - и разговор особый, и считаются в любой компании…