Замани меня в сумрак
Шрифт:
– И жизни, наполненной бесконечными возможностями. Ты не виновен в смерти Вестина. Или матери.
Кейден перевел на него полные слез глаза.
– Вестин бы никогда не умер. Я должен был взять его поиграть в другое место. Заклинание мамы…
– Несчастные случаи происходят в обоих мирах. Будь то человеческий или магический.
– Магия убила его… И забрала у тебя Анку. В этом нет твоей вины.
– Нет.
Опустив глаза на бутылку, Лукан ответил:
– Мне нести этот крест.
– Что? Не бери на себя вину Матиаса. Ты не мог быть сторожевым псом Анки. Ты сделал все, что мог, чтобы защитить…
– Этого было недостаточно. Матиас забрал ее и… Я её не спас.
– Чертова магия погрузила тебя в траур. Если бы не она…
– Даже если бы я не был в трауре, все равно был бы вне себя от беспокойства. Правда в том, что я облажался и не учел, что, когда я вступил в Братство Судного Дня, Матиас навесил ей мишень на спину. Теперь я пожинаю плоды.
Кейден хотел переубедить Лукана. Ведь он не мог знать наверняка. Но первое правило боя гласит: ожидай неожиданного.
– Я даже не догадывался, что такое может произойти, – продолжил Лукан. – Я не хочу отказываться от Анки. Тот факт, что она не приняла Клятву Шока, дает мне надежду. Но я чуть не убил её. Я не защитил ее, когда должен был. Как она сможет простить меня?
Несомненно, Лукан все еще ее любил. Глубокая печаль засела внутри Кейдена, хоть это происходило и не с ним.
– Мне жаль.
Лукан неуверенно пожал плечами.
– Кто снабжал меня энергией, пока я был без сознания?
– Мы наняли суррогатов. Ты помнишь?
– Я помню женщин, которые ужасно пахли. Я помню насколько был зол. Я не мог ничего видеть, мало что слышал, но обоняние было обострено. Затем я вспомнил женщину, запах которой был похож на Анку… поначалу. Последний раз, когда она пришла ко мне, я учуял Сабэль, – Лукан поморщился. – Скажи мне, что я не воспользовался сестрой моего лучшего друга.
– Мне жаль, – Кейдену оставалось только извиняться. Ложь здесь не поможет.
Лукан выругался.
– Уверен, я должен попросить прощения за свою грубость. И хорошенько поблагодарить ее. Она - невероятная женщина.
Брат согласился с ним.
– Действительно.
Долгие минуты молчания последовали за этим разговором, поэтому Кейден потянулся за своей бутылкой. Сделав несколько больших глотков алкоголя, он позволил себе прочувствовать жар горячительного напитка.
– Давай поговорим о чем-то более приятном, – предложил Лукан. – Расскажи мне о сладкой рыженькой, которая ушла с остальными.
Кейден напрягся.
– Сидни Блэр. Она журналистка из человеческого издания.
– Она что-то чувствует к тебе.
Черт, Лукан уже обо всём догадался. Кейден утвердительно кивнул.
– У тебя тоже есть к ней чувства. Ты позаимствовал у нее немного цвета для своей подписи. Несмотря на то, что ты не произнес Клятву, она твоя пара.
«Слишком догадливый».
– Это неважно.
– Она тебя отвергла?
– Мы можем сменить тему?
– Обсуждение твоих проблем помогает мне отвлечься от своих, – Лукан схватил бутылку со столика и с кривой улыбкой сделал большой глоток. Он уже порядочно напился, чтобы заглушить боль. И набрался достаточно смелости, чтобы сыграть на жалости Кейдена. Вот, гаденыш. – Она сказала тебе “нет”?
– Она согласна.
– Ты не связался с ней потому… Ты хочешь ведьму?
Кейден фыркнул в ответ. Лукан должен был лучше его знать.
– Конечно, нет.
– Ты не любишь ее?
– Люблю.
Лукан потер подбородок, как будто задумался.
– Она против магии?
– На самом деле наоборот. Она убедила Брэма позволить ей транслировать новости о возвращении Матиаса.
– Совет согласился? – Лукан, казалось, был шокирован.
– Нет. Брэм наконец-то согласился распространить информацию без их благословения.
– Ему, скорее всего, это дорого обойдется. Хорошо, что он поступил правильно. Значит, Сидни хочет помочь? Поэтому она проводит прямые эфиры, несмотря на опасность?
– Да, – выдохнул Кейден, зная, к чему ведёт Лукан. Мог бы сразу уже перейти к делу. – И именно поэтому я не произнес Клятву. Чем больше она связывает себя с магическим миром, тем выше ее имя поднимается в списке смертников Матиаса.
– Ты не хочешь потерять ее так, как Вестина. Или так, как я потерял Анку.
Любой из этих вариантов уничтожит Кейдена.
– Что-то вроде того.
Лукан треснул бутылкой по столу и ринулся к брату, пригвоздив того к дивану.
– Ты тупой идиот! У тебя есть женщина, которая тебя любит и готова принять твою Клятву. И ты готов спустить все это в унитаз, чтобы избежать возможной боли, – он рассмеялся ему в лицо и отпрянул. – Ты даже не догадываешься…
– Догадываюсь!
– Кейден оттолкнул Лукана в сторону и вскочил на ноги. Он был зол. – Ты не был там, когда умер Вестин. А я был!
Лукан вздохнул.
– Это был несчастный случай.
– Это не делает его менее мертвым. И ты… Я видел тебя привязанным к постели на протяжении нескольких недель. Я видел, как ты вел себя с Сабэль, – Лукан поморщился, но Кейдена это не остановило. – Ты чуть не убил её за то, что она пыталась тебе помочь. Пока Анка остается в постели Шока, у тебя в сердце зияет непроглядная дыра. Зачем мне на это подписываться?
– Потому что я ни за что не променял бы ни секунды нашего с Анкой времени. Ни за какие коврижки. Это моя вина в том, что я не защитил ее, но я обожаю ее. Люблю ее. Я никогда не чувствовал ничего подобного, пока не женился на ней. Разве я могу отказаться от счастья, потому что сейчас мне больно? Никогда. Ты вытянул счастливый билет, идиот. Я не смог найти Анку, пока мне не стукнуло триста лет. Тебе только тридцать. Ты и Сидни можете прожить несколько столетий вместе, наслаждаясь друг другом.
– Или она завтра погибнет, – воскликнул Кейден, – она постоянно подвергает себя опасности. Я делаю всё, что в моих силах, чтобы уберечь ее, но она не хочет, чтобы я ее защищал. Она предпочтет магический мир мне. Как я могу защитить ее от Матиаса? В магическом смысле я и рядом с ним не стою. Если моя пара попадет в его руки, это меня убьет.
– Я - живое доказательство, что этого не произойдет. Ты не хочешь чувствовать боль траура, которая идет в довесок с потерей пары. И именно поэтому ты собираешься оттолкнуть ее? Какой же ты дурак, – прорычал Лукан и внезапно схватил его за рубашку и поднял на ноги. – Любовь редко приходит в жизнь дважды. Если ты оставишь ее, будь готов к векам пустоты. Без брака, ты увидишь, как она постареет и умрет как обычный человек. И ты останешься один. Снаружи молодой колдун, а внутри увядающий старик, жаждущий урвать хотя бы десять минут истинной любви. Но ее уже не будет в твоей жизни. Рядом с тобой буду стоять я и повторять, что я же тебе говорил. Потому что десять минут с любимой лучше, чем вся жизнь без нее.