Чтение онлайн

Находясь в таких искренних, близких отношениях с Асташевым, Михаил Иванович не раз указывал ему на бедных, нуждающихся людей, к которым генерал приходил на помощь, избегая при этом малейшей огласки. Как счастлив был Пыляев, когда сознавал, что, благодаря доброте Вениамина Ивановича, ему удавалось спасти кого-нибудь от горькой нужды, прийти на помощь к бедному в тяжелую минуту. Михаил Иванович рассказывал мне, что генерал Асташев, узнав от него о том, что две, три могилы знаменитых русских писателей пришли в такую ветхость, что скоро будут стерты с земли, просил его поехать и возобновить памятники. Делалось все это не ради искания популярности, а напротив, незаметно, и таким фактам не придавалось никакого значения. Вместе с Асташевым Пыляев совершил поездку по Сибири; они ездили на золотые прииски, и это путешествие не прошло бесследно для Михаила Ивановича: он собрал там много минералов, о которых не раз упоминал в печати и которые показывал известному минералогу, профессору П.В. Еремееву, своему хорошему знакомому. Тут будет кстати заметить, что незадолго до своей смерти Михаил Иванович шел за гробом Еремеева и говорил, что скоро с ним увидится. Однако Пыляев выглядел ещё вполне бодрым, и нельзя было ожидать столь быстрой развязки. По крайней мере, никаких особенных перемен не заметил в нем тогда Л.Б. Бертенсон, с которым они беседовали на похоронах Еремеева. В.И. Асташев, как сообщил мне Пыляев, передал ему однажды ненапечатанное стихотворение Н.А. Некрасова. Поэт прислал это стихотворение Асташеву в виде письма, в котором распространяется между прочим об охоте. Нашлось ли это стихотворение при разборе бумаг Михаила Ивановича - неизвестно.

Ввиду предстоящего двухсотлетнего юбилея С.-Петербурга с М.И. Пыляевым вел, правда, неофициально, переговоры один из членов с.-петербургской городской управы относительно составления истории города. Михаил Иванович с особенным удовольствием согласился взяться за этот труд, но переговоры прекратились. Очевидно, этот безусловно желательный проект не встретил сочувствия.

По своей натуре Пыляев был жизнерадостным человеком, обладавшим юмором и наблюдательностью, проявлявшимися у него постоянно в разговоре. Он многим давал меткие, типичные прозвища, подмечал людские слабости и был очень разборчив в знакомствах. Только за последние годы жизнерадостность Михаила Ивановича начинала как будто сменяться мрачными тучками, он жаловался, что покалывает тут, да побаливает здесь, и спокойно говорил:

– Не проживу долго, умру… вижу, что смерть приближается.

Пыляев был далек от всяких литературных историй и сплетен, и когда его незаслуженно обидел один журналист, он писал мне за границу: «Бог с ним, я на него не сержусь, он человек ранее всего легкомысленный. Жизнь наша не так долговечна, и жалки те люди, что носят в сердце месть и зло». Эти строки в достаточной степени характеризуют отношение Михаила Ивановича к своим малочисленным литературным врагам. Он оскорблялся, но не мстил, веруя, что возмездие наступит само собой.

Пыляев занемог 1 февраля. Возвратившись домой в восемь часов вечера, он почувствовал себя нехорошо, но к доктору обращаться не желал. Позднее ему стало хуже, и он позвал старшего дворника, который прислуживал ему, заменяя собой весь штат прислуги, и попросил послать за доктором, что и было исполнено. Только в 12 часов дня 2 февраля Михаил Иванович уведомил близких ему людей о своей болезни. Его застали в весьма тяжелом состоянии: он с трудом дышал, но был в полной памяти. Вскоре был приглашен Л.Б. Бертенсон, а вечером приезжали его ассистент доктор П.К. Березкин и затем доктор И.А. Диканский, знакомый Пыляева, объявившие положение больного очень серьезным. На другой день, т.е. 3 февраля, Пыляеву стало ещё хуже, и посетивший его профессор Е.В. Павлов застал больного в безнадежном состоянии, что подтвердил вскоре и Л.Б. Бертенсон. В семь часов вечера Михаила Ивановича не стало. Причиной смерти был паралич сердца.

Пыляев скончался, как солдат на своем посту, среди книг, оставив на столе половину написанной им новой рукописи «Анекдоты и случаи из жизни Пушкина», которую он намеревался выпустить отдельным изданием к предстоящим пушкинским торжествам.

Смерть, да ещё такая неожиданная, симпатичного, милого человека, глубоко опечалила всех знавших М.И. Пыляева и его обширную аудиторию читателей. 1 февраля, в 4 часа дня, его видели работавшим в Публичной библиотеке, а 3 февраля он навсегда закрыл глаза.

Кроткая, добродушная улыбка Михаила Ивановича, к которой мы привыкли, сохранилась такой же на челе покойного, несмотря на перенесенные им страдания. Оставляя в стороне общественные заслуги Пыляева как литератора, каждый, знавший его, искренно пожалел этого редкого человека, именно редкого по своей сердечности, доброте душевной, бескорыстию, скромности и обязательности. Проникнутый желанием всем сделать приятное, всех порадовать, поддержать в минуты невзгоды и несчастий, Михаил Иванович постоянно хлопотал для других, презирая собственные интересы. Заболеет кто-нибудь из пишущей братии, первым к нему является Пыляев, горе у кого-нибудь - утешает Пыляев. Все это он делал искренне, побуждаемый только душевным расположением к собратьям. Ласковое, приветливое, совсем родственное отношение Михаила Ивановича и его бесконечные услуги создали ему в литературных кружках почтенную репутацию, его все любили, и всегда, всюду он являлся приятнейшим гостем, своим человеком. Были, разумеется, у Пыляева, как у всякого из нас, свои заботы, свои огорчения, угнетавшие его, например, душевная болезнь единственной сестры, которую он часто навещал в больнице, но, переживая эти огорчения, он молчал о них и не искал сочувствия. Свое собственное горе он хоронил в душе, а на чужое откликался в силу свойственной ему отзывчивости.

Литературные труды Михаила Ивановича со смертью его не утратят живого интереса и всегда найдут многочисленных читателей, а светлый облик доброго, сердечного человека сохранится в памяти всех знавших его.

 Александр Плещеев

А., секунд-майор - 209

Авдотья Петровна, приживалка Н.К. Загряжской - 206

Адан Адольф (1803-1856), фр. композитор - 86

Адойе Анатолий Федорович, штабс-капитан, опекун Е.И. Пацевич - 11

Адойе Надежда Федоровна, вдова штабс-капитана А.Ф. Адойе - 12

А-ки, таганрогский богач - 47

Аксенов Семен Николаевич (1784 или 1790-1853), гитарист, композитор - 227

Александр I Павлович (1777-1825), император - 25, 27-28, 31, 33, 38, 43, 55, 59, 61-62, 91, 93, 97, 102, 105, 130, 142, 169, 174, 183, 190, 213, 248, 256,259-260, 271, 312

Александр II Николаевич (1818-1881), император - 282

Александр Македонский (356-323 до н.э.), царь - 192, 254

Александров Юрий Николаевич, писатель, краевед - 6-7, 10

Алексеев Илья Иванович, московский полицмейстер -108

Андрей Борисович, масон-филантроп - 64-66

Андреянова Елена Ивановна (1816-1857), танцовщица - 230-231

А-ни, полковник-рагузинец - 46

Апраксин Василий Иванович, «Васинька», (1788-1822), граф, полковник, флигель-адъютант Александра I, музыкант-любитель, карикатурист - 166, 169-170

Апфельбаум, бродячий фокусник - 284

Аракчеев Алексей Андреевич (1769-1834), граф, временщик при Павле I и Александре I - 25-29, 34, 69, 113, 144-145, 206-207, 245, 274

Арендт Николай Федорович (1786-1859), хирург - 285

Архаров Иван Петрович (1747-1815), сенатор - 306

Архарова Екатерина Александровна, урожд. Римская-Корсакова (1755-1836), жена московского генерал-губернатора И.П. Архарова - 301, 306-309

Асенкова Александра Егоровна (1796-1858), актриса - 17

Асташев Вениамин Иванович, генерал, благотворитель - 319-320

Атилла, актёр, побочный сын гр. Литта - 78

Б., генерал-кладоискатель - 188, 191-192

Б., провинциальный секретарь - 206

Багратион Петр Иванович (1765-1812), генерал от инфантерии - 302

Байков Илья Иванович (1768-1838), лейб-кучер - 93-94

Бальзак Оноре де (1779-1850), фр. писатель - 85

Бараев, гребенщик - 240

Барклай де Толли Михаил Богданович (1761-1818), князь, генерал-фельдмаршал - 99

Бартенев Петр Иванович (1829-1912), историк, издатель - 130

Барушка, ключница А.П. Демидова - 224

Бауман, издатель - 316

Беггров Иван Петрович (Иоганн-Фридрих) (1793-1877), литограф - 78