Чтение онлайн

11. Естествознание — 2

12. Национальный вопрос — 2

13. Вопросы философии — 1

14. Вопросы капитализма — 1

15. Вопросы религии — 1

16. Беллетристика — 1

_____

А всего — 142 кн.

Из этого статистического подсчета мы видим, что жгучие вопросы дня, отраженные в литературе, стоят на первом месте.

Дискуссия, развернувшаяся в «Большевике» по вопросам культуры, чрезвычайно показательна. Чем дальше, тем больше нашей партии придется уделять внимания той культурной революции, о которой говорил Ленин. Ведь эта культурная революция не надуманная абстракция, не утопическое измышление какой либо группы т. т. Миллионы и десятки миллионов поднимаются с одной культурной ступеньки на другую. Рабочий класс, ведя за собой крестьянство, и в союзе с ним, овладевает старой культурой и перестраивает ее. И естественно, что мы усиливаем — хотя и далеко недостаточно наше внимание фронту народного образования. Совершенно понятно, что происходящий процесс культурной революции ставит перед нами ряд новых и сложных вопросов, требующих своего разрешения. Вот в чем показательность наших, казалось бы, столь «теоретических», споров вокруг пролетарской культуры. Ответ на обсуждаемые принципиальные вопросы кое в чем определяет и нашу политику в деле проведения культурной революции, в направлении ее в нужное нам русло.

Однако, мы еще не научились подходить к этому вопросу со всей той серьезностью, которой он заслуживает. Многим еще он кажется «интеллигентщиной», многим кажется не актуальным, не срочным, а слишком многие отделываются легкомысленными фразами. Это в особенности относится к т. т., взявшимся за обсуждение культурных вопросов. Этой области чрезвычайно не повезло! У нас здесь — скажем прямо — столько безответственности, столько литераторских передряг, столько поверхностных наскоков и «заезжательств». Статьи П. Ионова (напр.) совершенно исключительный образец безответственной вульгарной свистопляски вокруг сложных вопросов. А ведь в вопросах культуры нам всем надо прежде и больше всего учиться. Надо понять, что речь идет о новых и сложных проблемах, по отношению к изучению которых больше чем где либо требуются вдумчивость, серьезность и желание разобраться в сущности дела. Нам необходима здесь коллективная и товарищеская проработка вопроса возможно более широкими партийными кругами. Мы не сомневаемся в том, что придем к этому, несмотря на то, что дым от дискуссий и стычек заслоняет, подчас, поле сражения, прячет от нас то, о чем, собственно, идет речь.

Но, прежде всего, нам здесь необходимо желание быть ленинцами. Только в том случае, думается, сможем мы разобраться в вопросах культуры, если мы сознательно будем ставить себе задачу учебы у Владимира Ильича. Мы можем ошибаться на этом пути, уклоняться — возможно — в сторону, но мы должны хотеть решать проблему на ленинском пути. Ленинизм — целостное учение, одни части в нем пригнаны к другим, между всеми его сторонами имеется теснейшая связь и взаимодействие. И вопросы культуры не составляют исключения!

Некоторым т. т. может казаться, что они правильно разрешают вопрос в духе ленинизма, расходясь в каких либо вопросах, или хотя бы, в частностях с Владимиром Ильичем. Теоретически это мыслимо, конечно. Однако нам еще ни разу не приходилось видеть практического подтверждения такой теоретической возможности. И вот почему мы обязаны добросовестно изучать все и всякие материалы, оставшиеся от Ленина. Учение Ленина о культурной революции — ключ ко всем сегодняшним, и не только сегодняшним, конечно, вопросам строительства пролетарской культуры.

Больше года тому назад были опубликованы пометки Ленина на статье т. Плетнева. Эта статья появилась в сентябре 1922 г. в «Правде» и послужила поводом к дискуссии, в которой оппонентом тов. Плетневу выступил тов. Яковлев, тогда еще ознакомившийся с пометками Владимира Ильича.

Вся статья Плетнева испещрена рядом подчеркиваний, отметок, замечаний и возражений Ленина. Значение этого документа исключительно велико. Разработка и продумывание всех пометок Ильича дают чрезвычайно много.

Однако, тов. Плетнев стоит на другой точке зрения. Он недоволен автором этих строк за то, что вскоре после опубликования разбираемого документа, я полностью солидаризировался с замечаниями Ленина. Тов. Плетневу кажется, что «ряд пометок, подчеркиваний поставлен так, что о смысле их можно много гадать» [61] . Тов. Плетнев маскируется в тогу уважения к Ленину, ах, дескать, мы не догадываемся часто о том, почему Ленин сделал то или иное замечание, ах, пусть «товарищи, непосредственно знакомые с творческой мыслью Ильича, дадут в дальнейшем материал к расшифровке ряда заметок Владимира Ильича».

Высокопарно, тов. Плетнев, но неверно! Что значит «непосредственное знакомство с творческой мыслью Ильича?» Может ли быть что-либо «непосредственнее» изучения ленинского собрания сочинений. И почему же, уж если встать на точку зрения, что, может быть, кто-либо иначе «непосредственно» знакомый с творческой мыслью Ильича, почему же и он сможет дать лишь «материал к расшифровке»? Неужели так темен и непонятен смысл замечаний Ильича? Неужели нельзя в них разобраться, особенно, если брать их в контексте со всеми ленинскими мыслями по этому вопросу?

Тов. Плетнев должен был дать ответ на вопрос о том, с чем он согласен и с чем он не согласен из возражений Ленина. Тов. Плетнев пытается прикрыться уважением к Ленину для того, чтобы не ответить на этот вопрос, для того, чтобы укрыться от выявления своего отношения к Ленину. Нет, никак мы не можем такое поведение охарактеризовать, как проявление уважения к Ильичу. Не наоборот ли? Пожалуй, что и наоборот. Ответ лежит в разборе пометок Ленина на статье Плетнева (1922 г.) и теперешних комментариях самого тов. Плетнева (1926 г.)

«На идеологическом фронте» — называлась статья тов. Плетнева. В ней программно и развернуто ставились вопросы строительства пролетарской культуры, давался ответ на вопрос о целях и задачах пролеткульта и обсуждался ряд проблем пролетарского искусства.

Первая же фраза статьи тов. Плетнева комментируется Лениным. «На 5-м году революции вопросы культуры [62] шире — вопросы идеологии — выдвигаются на первый план». Ильич трижды подчеркивает на полях эту фразу и пишет: «шире». Тов. Плетнев признает теперь, что это крупная ошибка.

В самом деле. Сказать, что вопросы идеологии шире вопросов культуры, может только человек абсолютно непонимающий, что такое идеология и что такое культура. Когда мы говорим о культуре, мы различаем культуру духовную и культуру материальную. Культура того или иного класса всегда представляет собой явление, охватывающее и духовную и материальную культуру [63] . Идеология данного класса только часть культуры класса. Сказать: «вопросы культуры — шире — вопросы идеологии», то же самое, что сказать: «вопросы математики — шире — вопросы арифметики». Признавая теперь свою ошибку, т. Плетнев считает, однако, необходимым привести в качестве смягчающего вину обстоятельства то, что «значительно ранее рассматриваемой статьи» им в «Горне», журнале пролеткульта, давалась правильная постановка вопроса. Об’яснение, конечно, своеобразное. Если это ошибка, то почему бы т. Плетневу прямо не признать ее и тем покончить. Зачем сопровождать признание своей ошибки оговорками? Мы увидим дальше, что это не случайно.

«Творчество новой пролетарской классовой (курсив здесь т. Плетнева. Л. А.) культуры — основная цель Пролеткульта». Ильич дважды подчеркивает фразу и недвусмысленно пишет: «ха-ха!» «Выявление и сосредоточение творческих сил пролетариата в области науки и искусства — его основная практическая задача. Этими силами и должна быть достигнута цель, которую Пролеткульт ставит». Ленин пишет сбоку: «примечание выше, шире».

Смысл этих замечаний Ленина настолько ясен, что тов. Плетнев счел возможным для себя понять их. «Здесь в зависимости от „шире“ можно понять (курсив мой Л. А.), что вся культура для Пролеткульта покрывается идеологией, и под этим углом должна пойти работа пролеткульта — это, во-первых, и, во-вторых, что будто бы только Пролеткульт будет строить пролетарскую культуру» [64] . Иначе понять эти замечания довольно трудно, однако, они много значительнее, чем это может показаться.