Чтение онлайн

Прилегающий к браме вал внизу был «забран» каменной стенкой, сдерживавшей сползание насыпи.

Эти въездные ворота несколько раз меняли свое название. Вначале они назывались Шкловскими, затем, после перестройки в 1656–1660 гг., Триумфальными, после 1661 г. — попеременно Шкловскими и Королевскими. После постройки в Полевом (Дальнем) валу еще одной Шкловской деревянной брамы для их различия название «Королевская брама» стали применять для каменной брамы Старого города, а «Шкловская полевая», или «Шкловская дальняя», — для деревянной на посаде.

Башня регулярно ремонтировалась снаружи и внутри вплоть до 1808 г., а затем ее при расширении города разобрали.

Дубровенская (Малая) брама (Брамка Дубровна, брамка Мурованая) размещалась в западной части линии обороны Старого города, возвышаясь над долиной Дубровенки. Это была двухъярусная каменная, пешеходная брама, к которой от речки поднимались по деревянной лестнице. Расположение ее было не очень удачно с точки зрения топографии. Подъем был крут и труден, кроме того, возле брамы часто «по дожджу гвалтовном» образовывались большие промоины, которые приходилось заделывать хворостом, еловыми лапками, паклей со смолой, досками, землей. От разрушений не спасал и специальный водосток («рына», «рыншток»), который неоднократно от «дожджов великих псовался». Нижний ярус брамы занимали дверные проемы и проход. На втором этаже, имевшем скорее всего деревянное перекрытие, еще в 1689 г. стояла «гармата… великая».

Внизу, прямо перед брамой, в 1692 г. выкопали «студню» с деревянным срубом. Воды здесь было необычайно много. Когда понадобилось вычистить колодец «до кгрунту», пришлось нанять 9 поденщиков, которые выливали воду трое суток «в день и в ночи».

Малая брама соединялась с замком каменной стеной с амбразурами. Вероятно, через оборонительный ров шла кирпичная арка, на которой эта стена стояла.

Дубровенская брама была разобрана в начале XIX века.

Город, по свидетельству современников, в последней четверти XVII в. был очень сильно укреплен.

Во второй половине XVII в. в линии укреплений Старого города имелось 15 бастионов — ронделей, 4 мурованные брамы, вал с деревянным бруствером под крышей. Общая длина укреплений достигала где-то 1449 м.

В связи с ростом торгово-ремесленных посадов Могилева в начале XVII в. часть предместий так называемого «Нового города» — Шкловское, Виленское, Задубровенское и Папинское начали обноситься цепью бастионных укреплений и рвов, объединявшихся одним названием — Полевой вал. В восьми местах здесь стояли 8 брам — Курденевская (она же Гвоздовка), Ледвеевская, Шкловская дальняя, Виленская, Уструшненская, Трисненская, Быховская, Папинская. Все они были деревянными, вероятнее всего, двухъярусными. Описание их довольно отрывочное и не позволяет выяснить конструктивные и другие особенности этих, впрочем, традиционных для Белоруссии сооружений. Почти вся линия укреплений Полевого вала была возведена в 1609–1633 гг. Однако некоторые брамы появились в Полевом валу во второй половине XVII в. Так, Шкловская брама была сооружена в 1682 г. Ее верх украшал ветреник, вырезанный и посеребренный известным художником Афанасом Пигаревичем. Проезд в браме имел деревянный настил на штандарах. Здесь же размещалась «издебка для сторожей». Как и положено, над входом размещалась икона, для ухода за которой купили «лествицу… свечи запалять». Ворота закрывались на завал. Сторожа были вооружены цепами.

Вероятно, идентичными были и другие брамы. Покрывались они, скорее всего, дором. Именно о таком покрытии говорится в магистратском документе за 1695 г.: «кгды на Трысненской браме бура поломала кровлю, купили воз дору, гвоздя, теслем за покрытие брамы заплатили».

Вычленить хронологию возведения остальных брам Полевого вала не предоставляется возможным. Об оружии, находившемся в этих брамах, также скупые сведения. В конце XVII в. это были в основном тяжелые мушкеты («кобылы»).

Конструктивно Полевой вал почти не отличался отвала Старого города, разве что здесь отсутствовала каменная подпорная стена. Современники отмечали, что внешне это была «громадная, наваленная наподобие стены насыпь», делавшая город сильной крепостью.

Анализ письменных источников показывает, что кроме названных 8 проезжих ворот Полевого вала в линии его укреплений было еще одно интересное оборонительное сооружение, которое известно в документах как водяной «млын». Он располагался между Шкловской и Виленской брамами на плотине подпруженной речки Дубровенки. Здесь, на границе Шкловского и Виленского предместий, возник громадный пруд. К плотине мельницы с двух сторон подходили куртины оборонительного вала. Как и в брамах Полевого вала, здесь находились 2 сторожа, регулировавших движение через плотину и охранявших башнеобразный «млын». Имелись укрепления также вокруг Покровского (он же Никольский) и Луполовского посадов. К 1682 г. Покровский посад обнесли земляным валом. Он прошел по правому низкому берегу Днепра над естественным рвом, упиравшимся одним концом в речку Дебру недалеко от ее впадания в Днепр, а другим — в Днепр вблизи бернардинского монастыря. Далее вал шел по правому берегу Дебры вверх, смыкаясь с укреплениями Полевого вала. В западной части он соединялся с укреплениями Старого города. Именно в 1682 г. впервые встречается в документах упоминание «валу Долнего» (от белорусского «дол» — низ — М. Т.), когда здесь развернулись строительные работы и магистрат стал закупать бревна, брусья, гвозди, железо, жесть и дор «для брам валу Долнего». Брам этих было три: Мошковая, выводившая из Старого города в еврейские кварталы правого берега Днепра (так называемый «городок Мошковый»), Выгонская, открывавшая путь к мосту через Днепр на его Луполовское левобережье, и брама Дебра, размещавшаяся «против улицы Миколской». Она открывала дорогу на левый берег речки Дебры, где также появились новые кварталы города. Брама Мошковая была деревянной, имела скорее всего 3 или 4 яруса. Она завершалась красивым большим флюгером, «за вырисованне и за позолочено» которого художнику А. Пигаревичу было заплачено необычайно много — 7 золотых и 15 осьмаков. Соединялась она с Алейной брамой отрезком вала. Выгонская брама, вероятно, была средних размеров. Скромнее выглядело и ее завершение, так как «за робене ветреника и посеребрено заплатили Пигаревичу 2,5 золотых». Как и во всех других брамах, здесь имелась «издебка» для сторожей и традиционные ворота с системой сложных запорных устройств. На подступах к браме устанавливались дополнительные преграды — «кобылины» из брусьев или бревен. Выгонская брама размещалась в валу, который после ее постройки ремонтировали. Гораздо меньше сведений о браме Дебре, но она, судя по всему, была схожа с Выгонской.

В районе устья Дубровенки соорудили Ильинскую браму, получившую свое название от стоявшей здесь Ильинской церкви. Указание документа о ее возведении «у валу Долним» позволяет судить, что к тому моменту Полевой вал достиг Днепра и был насыпан по его берегу к устью Дубровенки. Необходимость возвести здесь ворота диктовалась не только задачами оезопасности, но и наличием брода с левого берега Днепра, где располагался Троецкий посад. Строительство Ильинской брамы начали 6 «дойлидов» 27 октября и закончили 4 декабря 1686 г.

Это была небольшая, квадратная в плане с основанием 5,84Х5,84 м брама. Описание ее строительства дает интересные уточнения по конструкции «ветреников», стоявших в то время на Могилевских брамах. На железный штырь, весом 26 фунтов, прикреплялись вырезанные из двух «аркушей» жести государственный герб — «погоня» и жестяной флажок ветреника. Герб серебрили, а флажок «позлацали». А. Пигаревич «за вырезание погони на ветреник и за посеребрено и злоцене» получил 5 золотых. Еще 8 золотых «за малеванне 2 образов» заплатили «Савце маляру». Брамные ворота были окованы железом, крыша покрыта гонтом. Документы зафиксировали еще один этап военно-фортификационных работ в Могилеве, начавшихся в 1703 г. Решением магистрата был сделан вал с внутренним деревянным каркасом, который шел от горы Гвоздовки по берегу Дебры до самого Днепра, а далее были вбиты дубовые сваи до середины реки. Подобное же сооружение появилось и в районе Папинской брамы. Наверху вала ставились традиционные «избицы», насыпаемые землей.

Названные укрепления простояли до 1708 г., когда войска Петра I, шедшие на Украину, «вал деревянный и башты все поразбирали на мосты».

Начиная с 1682 г. в могилевских документах почти перестает упоминаться термин «Полевой вал». Его заменило название «Круговой вал». Это в целом правильно отражало ситуацию. Внешний пояс укреплений действительно к этому времени представлял собой замкнутое кольцо.

Общая картина городской фортификации Могилева будет неполной, если не учесть линию укреплений Луполовского предместья, располагавшегося на левом берегу Днепра. Этот район, традиционно заселенный кожевниками, получил собственную линию обороны в начале 90-х годов XVII в.

В 1692 г. произведена запись в магистратской книге о том, что «ездили панове магистратовые на Луполов для обаченя валов, где бы мели становить брамы». В 1699 г. эти брамы уже стояли. Точное их количество неизвестно, но судя по всему, их было столько, сколько въездов в Луполово, т. е. не менее 5. Известны брамы Чауская, Пропойская, Черниговская. Были, возможно, Мстиславская и Оршанская. Описания Луполовских брам не сохранилось, но, вероятно, они были аналогичны другим брамам Кругового вала. С течением времени Луполовская линия укреплений оказалась тесной для растущего района города. Под их защитой рядом выросло новое поселение — «слободка Луполовская». В 1745 г. она имела собственное воинское формирование — сотню.

В XVIII в. здесь имелись бастионные укрепления и оборонительный ров.

Ремонты городских валов в Могилеве производились периодически, по мере надобности. Это были чрезвычайно трудоемкие работы. Магистрат мобилизовывал прежде всего «слуг меских», сотников, десятников и «посполитых». «Посполитые» — обычно 12 человек горожан ратушной юрисдикции средней зажиточности, избирались в магистрат всеми мещанами и выполняли при магистрате функции контрольно-совещательного органа. При «направо» валов города они распоряжались деньгами, выделенными магистратом, «заведов-цами были коло реставрованя валу». В их компетенции находились вопросы заготовки стройматериалов (бревна, доски, дор, гонта, колье, хворост, дерн, кирпич, известь, песок, гравий, скобы), подготовка инструментов («рыдли, заступы, тачки, коши»), организация рабочей силы и специалистов военно-строительного дела («копачи, дойлиды, валмейстеры» с помощниками, резчики дерна и его отвозчики («фурманы»), грабари, поденщики). Для выполнения высоко-художественных заказов (написать «образ» на браму, «отрисовать и позолотить» или посеребрить «ветреник») приглашались лучшие художники города. Основная тяжесть фортификационных работ ложилась на сотни города, получавшие предварительно «картку» — извещение о сроках, характере и объеме работ. «Картки» выписывались каждому десятнику, что конкретизировало и упорядочивало работы, позволяло избегать простоев и суеты, регламентировало и дисциплинировало весь процесс. За ходом работ присматривали сотники, десятники, вахмистры, магистратские «слуги, которые пильновали сотен». Магистрат, как правило, набирал дополнительно за определенную плату поденщиков, выполнявших самую разнообразную работу. Они резали, относили и укладывали дерн, острили колья «для прибияня дерну» и др. Руководили ими собственные десятники. Работы по ремонту укреплений, как правило, сопровождались своеобразным музыкальным аккомпанементом: на каждом большом участке ходил с барабаном «добыш» (барабанщик) и «бубнил», создавая определенную атмосферу и ритм работы. Фурманы, отвозившие дерн с луга («приймы») или с участков, отведенных за брамами города, также имели собственных десятников и отдельные бригады. Дерн нарезали специальные резчики. Видимо, каждая дернина была определенного размера, поскольку на каждый воз «фурманы» грузили по 20 штук. Всеми работами плотников — «дойлидов», каменщиков («муралей»), копачей руководил валмейстер. В Могилеве во второй половине XVII в. им был Иван Лобан, которому помогал его сын и «подмайстер Швара». Иногда у валмейстера было 2–3 помощника.