Чтение онлайн

В русско-польской войне середины XVII в. Быхов все время был камнем преткновения для обеих воюющих сторон. Сначала его 18 месяцев, с августа 1654 г., безуспешно осаждали украинские казаки под командованием И. и В. Золотаренко и войска князя А. Н. Трубецкого. При этом И. Золотаренко был убит. В городе разместились украинские казаки И. Нечая, который во второй половине 1658 г. изменил русскому царю и перешел на сторону польского короля. В результате Быхов снова оказался с мая по декабрь 1659 г. в осаде. Он был взят 4 декабря в ходе ночного штурма войсками князя Лобанова-Ростовского, которому удалось склонить к капитуляции коменданта замка немца Шульца. В ходе осады город и замок сильно пострадали, особенно замок, где взорвался арсенал. Однако уже в 1660 г. царские войска сами оказались осажденными и в декабре 1661 г. сдались войску гетмана Чарнецкого.

В годы Северной войны на Быхов обрушились новые беды. Его владелец К. Сапега перешел на сторону С. Лещинского и Карла XII. В результате союзное войско короля Августа II и Петра I дважды подвергало осаде город. В многомесячной осаде 1701 г. успех был достигнут благодаря громадной пушке, привезенной из Могилева. На один заряд в нее шло сразу три пуда пороха. Командовавший осадой генерал Синицкий имел хорошего бомбардира, который многопудовыми начиненными «бомбами сильно здания городские ломал и разрушал». В результате город сдался, правда, на почетных условиях: мещанам сохранили все вольности и привилеи.

Затем, спустя некоторое время, Синицкий перешел на сторону противника, сделав Быхов своим главным опорным пунктом. После того, как его солдаты ограбили русскую армейскую казну, доставлявшуюся к месту дислокации полков Петра I, царь двинул против сильно укрепленного Быхова войска своих генералов Боура, Чамберса, Фонвердена и Волхонского. Население города не поддержало мятеж, однако под угрозой суровых репрессий было вынуждено занять боевые позиции. Синицкий не смог удержать город и капитулировал. В результате вся быховская артиллерия числом не менее 30, а также 15 пушек, взятые Синицким из Могилева, были судами отправлены в Киев. В городе на протяжении семи с лишним лет находился русский гарнизон. При отступлении были приведены в негодность брамы, взорваны бастионы.

Спустя некоторое время Сапеги восстановили укрепления, артиллерийский парк заново пополнился новыми орудиями. По сведениям за 1751 г., здесь все еще насчитывалось 20 пушек, сохранялось мещанское и шляхетское ополчение. В замке в 1757 г. имелся гарнизон из 50 человек «жолнеров», одного капрала, двух ефрейторов и двух барабанщиков. Все они были местными жителями, набранными из Старого и Нового Быхова и служившими на условии пользования земельными наделами.

С присоединением Восточной Белоруссии к Российской империи Быхов утратил свое стратегическое значение, а его укрепления с течением времени пришли в упадок.

Поселение Гольшаны с деревянным замком, известное по летописям с XIII в., возникло на высокой самородной горе над рекой Корабль, на северо-востоке от местечка Гольшаны. Князья Гольшанские владели замком до 1525 г., а потом, после брака княжны Елены Гольшанской с Павлом Сапегой, он перешел во владение Сапегов. Они перенесли свою резиденцию на берег речки Лусты (Жиганки).

Гольшанский каменный замок, возведенный в первой половине XVII в., — наглядная иллюстрация тех значительных изменений в архитектуре, которые произошли на протяжении столетия. Своей композицией он отдаленно напоминает Мирский замок и представляет собой прямоугольное (88,6Х95,6 м) замкнутое здание. Жилые корпуса с башнями на углах образуют, как и в Мире, замкнутый квадратный двор. Однако мощные стены, характерные для оборонного зодчества XVI в., в Гольшанах уступили место фасаду жилого дома. Здесь уже нет воротной башни, а угловые 6-гранные стали меньшими и более стройными. В них в основном размещались жилые и хозяйственные помещения. Башни еще не утратили своего первоначального значения, однако основой обороны замка стали уже мощные земляные валы и водяные рвы. Проезд в замок находился по центру одного из зданий, фасад которого характеризуется монументальной простотой. Арочный портал обрамлялся архивольтом.

Напротив въезда, на его оси, в противоположной стороне двора находилась небольшая капличка, встроенная в жилой корпус.

Композиция внешнего фасада Гольшанского замка напоминает голландские замки Бесенштэен и Клейдаель под Антверпеном, хотя и отличается от них пропорциями, массивностью и деталями планировки.

Такое сходство объясняется тем, что Белоруссия, находясь в составе Речи Посполитой, ощущала достаточно мощное влияние голландско-фламандской архитектуры, которое было результатом оживленных культурных и торговых связей со странами Западной Европы.

С конца XVI в. и до начала XVIII в. на землях Речи Посполитой резиденции магнатов строились с анфиладной планировкой помещений, аркадными галереями и угловыми башнями. По такому принципу, в частности, построены в конце XVI — начале XVII в. польские замки Баранов, Красичин, Суха. Архитектурная композиция, планировка и частично их размеры весьма близки и схожи с архитектурно-планировочными элементами Гольшанского замка.

Многое из того, что было в Гольшанах, разрушено. Можно только утверждать, что справа от входа находилась большая квадратная зала с четырьмя колоннами, на которые опирались крестовые своды. Стены зала ранее были покрыты богатой живописью. На них висели портреты представителей рода Сапегов, живописные полотна и оружие. Окна, выходившие на замковый двор, имели витражи из толстого стекла. Каменные плитки пола гармонировали с дорогими коврами и мебелью — креслами, мраморными столиками, бронзой подсвечников. Небольшие комнатки в башнях украшались разнообразной лепкой.

Стены других залов и жилых покоев, колонны и оконные проемы были украшены росписями. Потолки и обрамления каминов, окон также украшала разнообразная лепка.

Под замком имелись громадные сводчатые подвалы.

Современники считали Гольшанский замок самым выдающимся и красивым в Белоруссии и Литве.

В годы Северной войны замок был большей частью разрушен шведами. Довершил его уничтожение в 1880 г. последний его хозяин Горбанев. Он взорвал башни и стены, а кирпич пустил на строительство корчмы. Частично уцелели две башни и восточное крыло дворца, которые будут реставрироваться.

Он находится в Оршанском районе у д. Смольяны и занимает низкий заболоченный участок на левом берегу речушки Дерновки. Его возвели во втором десятилетии XVII в. по приказу князя Семена Андреевича Сангушко.

Традиции местного зодчества повлияли и на выбор строительного материала и на планово-композиционное размещение зданий замка, ориентированных на разные стороны.

Это давало равномерно свет всем покоям и залам.

Замок был обычным для земель Белоруссии прямоугольным в плане сооружением. Его архитектурные объемы, огражденные внешней стеной, выходили во двор. Внутренние корпуса Смольянского замка были трехэтажными. Поперечные перегородки разделяли их на отдельные помещения с большими оконными проемами, что отчетливо выявляет великосветский характер здания.

Руины замка свидетельствуют, что он имел традиционную по тем временам прочную браму, по высоте равную жилым корпусам замка.

На каждом углу комплекса стояли угловые башни, которые тогда выполняли уже роль обычных жилых помещенинй, о чем свидетельствуют большие окна.

Высотной доминантой Смольянского замка была 5-этажная башня, которая стояла вблизи входных ворот. Пятиугольная в плане, она, как, вероятно, и все башни замка, выделялась утонченным рельефным декором, мягко контрастировавшим с гладкими поверхностями стен. Орнамент оконных проемов и плоская ордерная раскреповка свидетельствуют о стилистической связи с западноевропейским искусством. Особенно красиво смотрится рамка — картуш восточной грани пятиэтажной башни.

В мотивах сложного ренессансного обрамления исследователи прослеживают голландское влияние. Внутреннее оформление замка по причине его сильного разрушения представить сложно. Внутри уцелевшей башни видны остатки витой лестницы, многочисленные ниши различных размеров, остатки арочного перехода из главного корпуса в башню, детали каминов. Известно, что на склоне жизни хозяин замка князь С. А. Сангушко приказал расписать покои картинами на религизоные сюжеты, преимущественно на темы смерти и забытья.