Чтение онлайн

Мгновение никто из них ничего не говорит, но, к удивлению Беатрис, первым тихо говорит Эмброуз.

– Это слишком большая сила для одного человека. Но я прочитал много книг – скорее всего, даже слишком много, – и, надо признаться, многие из них здесь незаконны. Я читал истории об ужасных вещах, которые эмпиреи совершали с помощью этой силы, но также и о хороших вещах. Великих делах. Чудесах.

Он колеблется, оглядываясь на остальных с некоторым недоверием. Беатрис не может его винить. Слова, которые он говорит, могут его убить. Но он продолжает:

– Нет. Я думаю, что если лорд Савель обладает силой снимать с неба звезды и подчинять их своей воле, то, возможно, нам следует подумать о том, что это звезды решили благословить его. Если это так, не будет ли его убийство считаться богохульством?

Это многословный ответ, скорее даже спор с самим собой, и Беатрис не может сразу его осмыслить, но, насколько она понимает, Эмброуз не стал бы желать ей смерти, и этого для нее достаточно. Она смотрит на остальных.

– Я не уверена во всем этом, – говорит Жизелла, глядя на Беатрис. – Но я бы солгала, если бы сказала, что сама ни разу не загадывала звездам желания. Просто чтобы узнать, есть ли у меня дар. Ты тоже так делал, Нико, и не притворяйся, будто это не так.

Николо хмуро смотрит на сестру, а затем переводит взгляд на Беатрис.

– Она права. Я тоже так делал, – признает он. – Думаю, так делало большинство людей, и не только в Селларии. Это не то, за что человек должен гореть.

Отчасти Беатрис чувствует, что ее слова нашли поддержку, хотя и не в той степени, в которой она хотела. Но она решает, что этого достаточно. Она поворачивается к Паскалю, который встречает ее взгляд с удивительной твердостью.

– Я давно понял, что законы моего отца неправильные, и я часто думаю о дочери лорда Савеля. Она не заслуживала смерти за то, что сделала. Хотел бы я чем-то помочь ей тогда, но сейчас обязательно помогу ее отцу.

Николо переводит взгляд с Паскаля на Беатрис.

– Итак? – спрашивает он. – Что у тебя на уме?

Беатрис смотрит на Паскаля. Это та часть плана, которую он счел безумием, но он готов ей доверять. Она надеется, что и другие тоже.

– Мы собираемся вытащить лорда Савеля из тюрьмы и отправить его обратно в Темарин.

Дафна сидит у камина в своей комнате с письмом от Софронии в руках. Она уже прочитала его, но не может заставить себя сделать это снова. «Мне нужна твоя помощь, Даф, – написала Софрония, рассказывая о том, как в Темарине все пошло не так, как Софрония все перевернула и пошла против плана императрицы. – Теперь ты видишь, как она была неправа, и как неправы были мы, когда выполняли ее приказы».

Дафне это кажется смехотворным, потому что ничего подобного она не видит. Она видит, что Фрив – дикая страна, нуждающаяся в более сильной руке, чем король Варфоломей. Она не может понять, почему Софрония не могла просто выполнить то, что ей приказали. Дафна выполнила свой долг. Ей приставили нож к горлу, но она все же украла печать короля Варфоломея и проникла в ряды мятежников, которые, она уверена, хотят ее смерти. Дафна сделала все, что ей было сказано. Софронии не удалось даже просто подделать письмо, чтобы повести короля, который якобы безумно влюблен в нее, на войну.

«А как же Байр», – шепчет голос в ее голове, хотя она быстро его успокаивает. А что Байр? Он не хочет править, он сам ей это сказал. В некотором смысле она окажет ему услугу.

«Я не могу полагаться на твоих сестер, – сказала императрица Дафне незадолго до их отъезда навстречу своей судьбе. – Софрония слаба, а Беатрис непостоянна. Ты, моя голубка, та, на кого я могу положиться, и единственная, кому я могу доверить трон после моего ухода».

Дафна думает послать письмо их матери, чтобы та могла разобраться со всем тем, что натворила Софрония, но колеблется. Похоже, что императрица уже взяла ситуацию в свои руки, и, как бы Дафна ни злилась, она не хочет, чтобы у Софронии было еще больше неприятностей с их матерью. Но ответить Софронии она тоже не может, и уж точно не может ей помочь. Бросая письмо в огонь, она чувствует лишь легкий укол вины, а затем зовет горничную, чтобы она помогла ей переодеться в костюм для верховой езды.

– Ты должен помнить, что не можешь ничего ему обещать, ни единой астры. Я знаю, что вы с лордом Кэдрингалом были друзьями, но все изменилось. Теперь вы оба несете ответственность не только за себя, но и за множество людей, – говорит Дафна Байру, пока они ждут, когда Кэдрингалы встретят их на границе дворцовых охотничьих угодий. Лорд Кэдрингал и пять его братьев и сестер прибыли за час до рассвета, и охота была назначена на вторую половину дня, чтобы они могли отдохнуть и восстановить силы после тяжелой поездки. Дафна изо всех сил пытается выбросить из головы Софронию и ее письмо, чтобы не отвлекаться на чувство вины. Ей приходит в голову, что совет, который она дает Байру, применим и к ней – она нежно любит свою сестру, но, если Софрония сошла с их пути, Дафна не может пойти следом. Ее мать нуждается в ней. Софрония одумается, говорит она себе. Она поймет свою ошибку, и их мать в конце концов ее простит.

Она выкидывает Софронию из своих мыслей и сосредотачивается на Байре, который хмуро на нее смотрит. Она так привыкла к этому выражению его лица, что оно даже начало ей нравиться. Последние несколько минут он ходит взад и вперед, заложив руки за спину.

– Ты не знаешь Руфуса. Он ничего у меня не попросит.

Дафна знает, что она должна чувствовать лишь раздражение, и она удивлена, что почувствовала укол ревности из-за того, что он, похоже, искренне в это верит. Может быть, он был прав насчет нее. Возможно, она и корыстолюбива, но только потому, что ей пришлось быть такой. Слова Софронии снова врываются в ее мысли: «Мне нужна твоя помощь, Даф». Но Дафна снова их отгоняет.

– Уверяю, что еще до окончания охоты от попросит тебя поговорить с отцом по поводу снижения налогов на его землях, – говорит она Байру.

Байр это обдумывает.

– Не вижу причин, почему бы нам не сделать этого. Я слышал рассказы о том, что прошедшая зима была более трудной, чем ожидалось. Многие горные кланы недовольны.

Дафна думает о том, что они не просто недовольны. Они уже замышляют переворот.

– Просто не давай обещаний, которые не сможешь сдержать, – просит она, и ее мысли снова возвращаются к сестре. Софрония обещала их матери, что будет ей верна, она обещала сделать так, как ей сказали. Теперь эти обещания нарушены, и хотя Дафна жалеет Софронию, она также и злится на нее. Неужели было так сложно просто следовать приказам?

– Дафна? – зовет Байр, странно глядя на нее.

Она качает головой, еще раз пытаясь выкинуть Софронию из головы, хотя чувствует, что она паутиной окутала ее разум.

– Извини, что ты сказал?

– С тобой все в порядке? – спрашивает он, хмурясь. – Ты словно не в духе.

– Я в порядке, – она натянуто улыбается. – Думаю, я плохо спала прошлой ночью.

Байр открывает рот, чтобы ответить, и она подозревает, что он зацепится за этот надуманный предлог, но его взгляд устремляется поверх ее головы. Выражение его лица меняется, и он машет рукой. Дафна поворачивается, чтобы проследить за его взглядом, и видит группу из шести человек, идущих к ним: все с одинаковыми ярко-рыжими волосами. Она насчитывает трех девочек и трех мальчиков, старший из которых, должно быть, Руфус. Дафна знает, что они с Байром одного возраста, но когда он подходит ближе, она понимает, что он почти на фут выше Байра, а ее и того больше.