Чтение онлайн

Правда, за глаза их называли не «Благими» девами, а «Старыми», но только, когда никого из этих самых дев не было поблизости. Наказание розгами тут хоть и применялось редко, но всё ещё было в ходу.

И вот этими самыми лекарственными снадобьями Обитель надёжно держало в своих руках практически весь континент, продавая их за цену намного выше золота. Ведь сколь богатым ты не был, никакое золото не способно купить выздоровление от болезни или отсрочить уход в мир иной… если конечно, это не редчайшая целебная травка из Обители Небесной Девы.

Нас, «зелёных», допускали только к сбору трав. И это были замечательные часы, во время которых я бывала по-настоящему счастлива.

Безгранично синее небо над головой, хрустальная тишина, кружащие голову ароматы трав, пропечённых солнцем… в такие моменты я понимала, что не жалею, что уехала оттуда, где дочерям герцога было не по статусу работать руками, если только это не было плетение золотых кружев.

Второе место в Обители, где мне было хорошо, это была трапезная палата.

Потому что Благая Дева Сибил готовила не просто замечательно – она делала это виртуозно!

Помню, как в первый же день съела целую тарелку удивительно жёлтой пшённой каши на молоке так быстро, что даже не заметила. И тут же у меня оглушительно заурчало в животе. А что – я ведь нервничала накануне и почти ничего не ела в дороге, потом бессонная ночь над обрывками книжных страниц…

– На вот, мою тоже съешь! – смеясь, заявила моя соседка справа.

Я не стала отпираться, поблагодарила и подвинула себе тарелку. И только потом оглянулась на свою благодетельницу.

Ею оказалась маленькая и худенькая, как тростинка, девушка с тёмными волосами, один локон которых кокетливо торчал из-под платка. У неё была родинка над верхней губой и выражение лица смешливой белочки.

Матильда была мне ровесницей, хоть и выглядела лет на десять, и очень скоро стала моей лучшей подругой.

В общем, жизнь постепенно налаживалась и очень скоро вошла в свою колею.

Мне портили настроение только ежевечерние занятия в келье Всеблагой, куда допускалась дюжина девушек из самых знатных семей. Хоть и встретила меня Одетт чуть ли не как врага, я с удивлением обнаружила, что меня на полном серьёзе выделяют и тренируют вместе с другими – изо дня в день, без выходных вдалбливая в голову целую кучу сведений. От математики и ведения сложного хозяйства до географии и истории.

Конечно, стоило кому-то из девочек не ответить на вопрос, на неё выливался целый ушат оскорблений, из которых «звенящее пустое ведро вместо головы» было самым невинным. А за плохо выполненное задание можно было вполне лишиться завтрака, а то и обеда с ужином на весь следующий день.

Но хотя бы мне в руки снова попали книги.

И это сделало меня почти совсем-совсем счастливой.

Если не подставляться под гнев Одетт, здесь, оказывается, можно было жить намного радостней, чем в оглушительном одиночестве замка де Тремон.

– Эту книгу в руки не дам. Она в одном-единственном экземпляре. – Заявила как-то Всеблагая Дева в один из вечеров, раскрывая на коленях пухлый, изрядно потрёпанный том. – Слушайте внимательно и записывайте слово в слово. Потом проверю ваши записи. За каждую ошибку – лишний час молитв перед сном!

Мы тут же прекратили переговариваться с Матильдой.

– …Коленями на горохе! – вкрадчиво добавила Одетт, оглядывая кружок из стульев, расставленных вокруг нее.

Тишина воцарилась гробовая.

– Уже лучше. Итак – передо мной реликвия нашей Обители, за обладание которой короли Ледяных Островов осыпали бы нас золотом, если бы согласились её отдать. Это – самое первое издание «Легенд эпохи Завоевания». То самое, что было написано ещё до его исправления по указу самого короля Отто V Завоевателя.

«Легенды» я прекрасно знала. Эта книга не была в числе моей любимой, но её обожала Сесиль, поэтому в детстве нянюшка зачитывала нам её до дыр по требованию сестрицы.

Книга рассказывала о великой войне, которая случилась в прошлом. Когда все княжества, герцогства и самые мелкие и захудалые провинции на нашем Материке объединились под властью этого легендарного короля, чтобы пойти войной против страшного врага…

– У этой книги есть одно фундаментальное отличие от всех последующих версий. Она рассказывает неприукрашенную историю Завоевания. Итак, скажите мне, глупые курицы, кто из вас знает, против кого великие короли пришлого собрали свою армаду в тысячу кораблей? Что за смертельный враг жил на Ледяных Островах? Кого уничтожили наши предки, чьи земли захватили в ходе Великого Завоевания? Чьи замки разорили, а богатства взяли себе? Не зная этого, очень трудно понять, на чём зиждется власть королей династии Стратагенетов, которые до сих пор правят Ледяными Островами как своей законной добычей.

Все молчали, никто не желал подставиться под неправильный ответ.

Я робко подняла руку.

Одетт иронично выгнула бровь.

– Кажется… этот вымерший враг звался… эллери.

– Не вымерший, а истреблённый! – хмыкнула Всеблагая. – Так будет точнее. И радуйтесь, что это так. Иначе, возможно, все мы были бы сейчас у них в рабстве. А ваши богатенькие папаши служили бы у них свинопасами. Что ж… теперь вопрос посложнее. Кто скажет мне, как описывались эллери в «Легендах эпохи Завоевания»?

Снова молчание. Неужели одной мне так не повезло с детства каждый вечер слушать эти мерзкие страшилки?

Я снова потянула руку. Может, если буду хорошо отвечать, Всеблагая сменит гнев на милость и перестанет ко мне цепляться?

– О, я погляжу, Николь сегодня вознамерилась доказать мне, что чуть менее тупа, чем я обычно про неё думаю. Ну же, удиви меня!

Я вздохнула, прикрыла глаза на мгновение, а потом принялась цитировать по памяти. Первая страница – вступление, её я помнила достаточно хорошо.

– «…Наши почтенные предки счастливо и в полном благоденствии жили под десницей короля… – Я запнулась на минуту. Тогда правил уже пятый Отто или всё же пока четвёртый? И кто придумал давать королям одинаковые имена и порядковые номера… решила выйти из ситуации, просто пропустив имя. – на цветущем Материке, восхваляя милосердие и добронравие венценосца, когда в одну из самых холодных и самых лютых зим впервые пришли Они…».

Мне вдруг стало как-то жутковато. Как будто свет потемнел, или это просто лучи заходящего солнца окончательно поблекли? Меня все слушали, и это добавляло нервозности. Я сглотнула вязкий комок в горле и продолжила: