Замкнутый круг
Шрифт:
«Кубрик» — кабинет для секретных переговоров. Под полом, потолком и обоями были сварные стальные листы в несколько слоев. Полная гарантия от прослушки! Правда, это была гарантия от французов. А наши хитрецы могут сотворить что угодно.
Резидент еще раз осмотрел голые стены и вздохнул.
— Я, Макс, никак не могу обманывать начальство. Хотел бы, но не могу! Такие у меня принципы.
— Так и нет никакого обмана. Я опишу встречу с «Фюнесом», как контрольную явку, как проверку связи. И в конце укажу, что дано задание доверенному лицу в Москве.
— Какому такому лицу? Кому конкретно?
— Варваре Галактионовой. Она когда-то здесь с мужем работала.
— Помню. Ты прав, Макс. Если незнакомец не позвонит Варваре, то и говорить не о чем. А позвонит, то пусть сама решает, что делать. Можно связаться с ФСБ, с таможней или, в крайнем случае, с ментами. Там, в Москве, все проще. Там наша земля!
Савенков назначил совещание на семь вечера, обычно он проводил оперативки утром. Но сегодня Варвара настояла на полном сборе в конце рабочего дня. Она намекнула, что у нее будет важное сообщение по делу Собакина.
К началу совещания все знали, кто задержал их до восьмого часа. И все смотрели на Варвару недоверчиво. Если она и нашла информацию по купцу, то могла бы сообщить о ней пораньше. Или завтра утром.
Жили эти собаки девяносто лет, и еще ночку поживут!
Савенков специально не торопил события. Он предложил первым отчитаться Крылову.
Олегу хватило одной минуты. Он сообщил, что дом Собакиных в Малаховке стоит, что его обыскивали чекисты, но собачек Фаберже не нашли. В последние годы владельцем «усадьбы» был сын купца — академик Трофим Степанович Собакин. А неделю назад старый ученый умер. И не здесь в Малаховке, а на своей квартире, в престижном доме на площади Гагарина.
— Вот и весь доклад, Игорь Михайлович. Завтра поеду в Академию наук. Узнаю про родственников академика. Попробую проникнуть в его квартиру.
— Что значит «проникнуть»? Авантюры мне не нужны! Не делай глупостей, Крылов.
— Не буду! Я имел в виду посетить квартиру покойного вместе со следователем или с детьми академика, если таковые есть. Миша Марфин смотрел на докладчика с сожалением. Он, как поклонник Интернета, не мог терпеть бесполезной беготни оперативников. Зачем добывать информацию долго, когда это можно сделать быстро?
И Михаил решил вклиниться в разговор.
— Простите, Игорь Михайлович, но я хотел сообщить Крылову, что дети у академика Собакина есть! Их двое — сын Иосиф и дочь Софья.
— Откуда знаешь?
— Я не одессит, но отвечу вопросом на вопрос. А ты, Олег, в каком веке живешь? В двадцатом? А я в двадцать первом! Мне достаточно включить компьютер, выйти в Интернет, набрать слово и нажать клавишу на мышке. Вот держи адреса детей. Иосиф Трофимович пятидесятого года и Софья пятьдесят восьмого. Все жили рядом, но отдельно.
— Тогда так, Миша! Раз ты человек двадцать первого века, то скажи — а есть дети у детей академика?
— У Иосифа уже внуки есть. А Софья Трофимовна, по моим сведениям, старая дева. В ЗАГСе на нее чисто, фамилию она не меняла, к себе в квартиру никого не прописывала.
— Не совсем так, Миша. «Старая дева» — это такое, понимаешь, понятие…
Савенков, чувствуя, что совещание превращается в говорильню, встал и решительным жестом прекратил спор.
— Все, закрыли этот вопрос! Нам надо всем учиться у Марфина. Интернет — великая сила! Конечно, если очень надо куда-то поехать, то надо. А если не надо, то зачем?
Савенков замолчал, но красноречивыми жестами подтвердил, что действовать надо на современном уровне, совершенствуя стиль и методы работы.
Потом шеф перешел к самому главному на сегодняшний вечер — к заявлению Варвары.
— А теперь послушаем госпожу Галактионову! Собственно говоря, это Варвара нас здесь собрала. Она сказала, что у нее есть сенсация по делу Собакина. Прошу!
Варя встала и попыталась жестом усадить Савенкова.
— Вы садитесь. А я буду говорить стоя. Это действительно очень важно. Вот вы, Игорь Михайлович, вы верите в фатальные совпадения?
— В фатальные — не верю! А если вообще, то совпадения бывают. Только ты, Варвара, давай без предисловий. Самую суть излагай. Пришла и говори!
— Да, я самую суть скажу. Сегодня днем я встречалась с оперативником, прилетевшим из Парижа. Если совсем коротко, то мне может позвонить преступник, который был у антиквара Рыжова. Он попросит помочь ему в контрабанде.
— В какой контрабанде?
— Я должна помочь ему вывезти во Францию всю коллекцию собак Собакина.
Прямо в ходе совещания Савенков написал план мероприятий по поиску сокровищ Фаберже. Два раздела касались антиквара Рыжова. Возле них была пометка «Срочно».
И ответственных за эти пункты было двое — Марфин и Крылов. Они должны были посетить магазин «Эмират», установить скрытую камеру видео наблюдения и составить вместе с антикваром композиционный портрет — фоторобот человека, пришедшего с пуделем.
Все это ребята собирались сделать завтра утром. Но они опоздали!
Совещание в «Сове» еще шло, когда Захар Ильич Рыжов начал готовить свой магазин к закрытию.
За весь день он продал всего три вещи. Но это было днем. А к вечеру переулок вообще вымер. Где-то в ста метрах на карнавальном Арбате гуляли толпы. Но никто не хотел сворачивать с магистрального пути! Все упорно шли от бульвара к Садовому кольцу или, наоборот — от Смоленской площади к Кремлю.
Антиквар позвонил жене и намекнул, что сегодня есть шанс поужинать не дома, а в маленьком ресторанчике на Якиманке. Эмма Исааковна и сама готовила отлично, но тут дело не в еде, а в особой атмосфере. Когда проводишь вечер в шикарном заведении, то чувствуешь, что жизнь удалась.
Предложение мужа не было для нее сюрпризом. Она уже была одета и ждала сигнала. Оставалось только закрыть квартиру и спуститься вниз.
А Рыжов начал прятать в сейф золото и разные дорогие мелочи.
И тут вошел он!
Антиквар обернулся на звон колокольчика и сразу его узнал. Это был тот незнакомец, который приходил с пуделем. Одежда у этого была другая, появились пышные усы с бородой, другие очки, другой парик.
Все другое! Но это был он.
По глазам незнакомца Захар Ильич понял, что гость настроен решительно. И понятно! Антиквар — лишний свидетель. Таких обычно убирают в первую очередь.