Чтение онлайн

Лунный свет лег на тело Каравеллы, обратив его в мрамор. Он еще раз удивился тому, как она красива. Валентайну захотелось погладить подругу, ткнуться губами в соски, но побоялся нарушить ее сон и ограничился лишь тем, что смотрел и смотрел на нее.

Вдруг Карабелла вскрикнула. Глаза ее открылись, но она, кажется, ничего не видела. Ничего вокруг — только свой сон. Задела рукой Валентайна и бросилась к нему на грудь — дрожащая, всхлипывающая, испуганная. Он обнял ее, стал гладить, надеясь успокоить, защитить от злых духов сна, — девушка обмякла в его руках, тело расслабилось, дрожь улеглась.

Еще некоторое время Карабелла лежала, не шевелясь, будто пытаясь осмыслить свой сон, оттолкнуть от себя его страхи. Внезапно села и прижала руки к тубам. Глаза ее вылезли из орбит и остекленели.

— Милорд! — с ужасом в голосе прошептала она.

Оттолкнулась от Валентайна, отползла на самый край широкой постели, одной рукой прикрытая грудь, другой — лицо. Снова она дрожала. Валентайн потянулся было к ней — она рванулась от него и упала на пол. Но и там девушка прикрывала, как могла, свою наготу и умоляюще смотрела на него.

— Карабелла, — растерянно повторял любовник, — Карабелла…

Она выставила руку.

— Милорд, пожалуйста, оставь меня!

Опустила голову и изобразила пальцами знак сияющей звезды, знак повиновения, которыми придворные Коронованного приветствуют его.

Думая, что, может быть, не ей, а ему приснился страшный сон, Валентайн встал, ощутил ступнями холодный пол. На стуле лежала вперемешку брошенная одежда — его и ее. Девушка в униженной позе корчилась на полу. Он хотел успокоить ее, но она отползла в угол.

— В чем дело? — спросил Валентайн. — Что с тобой случилось?

Взгляд Карабеллы прояснился.

— Я видела во сне, что ты… — Она запнулась.

— Что же?

— Это было так реально, так ужасно…

— Расскажи. Может быть, я растолкую твой сон?

— Его незачем толковать. Он правдив.

Девушка снова изобразила пальцами знак сияющей звезды и заговорила тихо, спокойно и монотонно:

— Я увидела во сне, что ты — Коронованный, лорд Валентайн, истинный властелин Маджипуры. Что у тебя похитили власть, отняли память, поместили в другое тело и выпустили недалеко от Пидруда, чтобы ты скитался, жил в бедности в то время, как кто-то другой правит страной.

Бездна оказалась перед Валентайном, бездна, на краю которой он стоял, сыпля вниз камешки и комки земли.

— Это было послание?

— Да! Я не знаю от кого — от Леди ли или от Короля, но это не сон, это известие послали в мой мозг, как посылают телеграмму. Я видела тебя, лорд…

— Не называй меня так.

— Ты стоял возле Замка на вершине горы вместе с другим лордом Валентайном, с тем, черноволосым, перед которым мы жонглировали… Потом ты спустился с горы, сел в колесницу и поехал в путешествие по своей стране, а когда ты был на юге, тебя усыпили, дав наркотик, пересадили твою душу в это тело и бросили на произвол судьбы. Не было никого в королевстве мудрее тебя, но твои силы были отняты колдовством… А я прикасалась к тебе, лорд, я делила с тобой ложе, была неосторожна в выражениях. Получу ли я прощение за все это, лорд?

— Карабелла!

Но девушка дрожала от страха.

— Взгляни на меня, Карабелла.

Она покачала головой. Он встал перед ней на колени, коснулся рукой ее подбородка. Его любовница вздрогнула, словно он обжег ее. Тело ее напряглось. Он снова протянул к ней руку.

— Подними голову, — ласково сказал он, — и посмотри на меня.

Девушка послушалась — но как робок был ее взгляд!

— Я Валентайн, жонглер, которого ты хорошо знаешь, и больше никто.

— Нет, нет, лорд!

— Коронованный черноволос, а у меня светлые волосы.

— Умоляю тебя, лорд, не прикасайся ко мне. Я боюсь тебя.

— Боишься бродячего жонглера?

— Того, что ты сейчас, я не боюсь. Ты мой друг, и я тебя люблю. Я боюсь того, кем ты был, — лорда! Ты жил рядом с Понтификом и пил королевское вино. Ты расхаживал по громадным залам Горного Замка, был властен над всем миром…

Это был правдивый сон, лорд, я видела все ясно, как днем, и не может быть никаких сомнений, что он — послание. Ты истинный Коронованный, а я, ничтожная, касалась твоего тела, а ты касался моего. Это святотатство — простая женщина не может подходить к Коронованному так близко. За это я должна умереть.

Валентайн улыбнулся.

— Даже если я и был когда-то Коронованным, то ведь в другом теле, А в этом, которое ты обнимала полчаса назад, нет ничего королевского. Да и не был я Коронованным!

Она не спускала с него глаз. Заговорила — и голос ее дрожал уже меньше:

— Ты ничего не помнишь о своей жизни до Пидруда. Ты не смог даже назвать имени своего отца, а когда рассказывал про свое детство в Ни-мое, то и сам не верил рассказу, а имя матери придумал. Скажешь, это неправда?

— Дальше.

— Шанамир выболтал мне, что в твоем кошельке было много денег, но ты не имел представления об их ценности и хотел расплатиться за дешевые сосиски дорогущей монетой. Это правда?

Валентайн кивнул.

— Получается, что ты жил, никогда не пользуясь деньгами. Ты так мало знал о простой жизни, что тебя приходилось учить, как ребенка.

— Да, с моей памятью что-то произошло, но из этого еще не следует, что я был Коронованным!

— Все — и то, как ты жонглируешь: власть твоя распространяется даже на предметы, и то, как ты ходишь, как смотришь, как держишься, свет, который исходит от тебя — говорит о том, что ты был рожден для власти. Как только ты появился у нас, все считали, что ты принц в изгнании или герцог. Мой сон не оставил мне сомнений, лорд…

Лицо девушки было бледным. Страх, что на время оставил ее, снова охватил все ее существо. И он был заразителен, ее страх. Валентайн тоже почувствовал его хватку. По его телу прошел мороз. Неужели и вправду он был Коронованным, общался с Тиверасом в его Лабиринте и жил в Горном Замке?

Снова прозвучал голос Тизаны: Ты упал с большой высоты и должен возвратиться туда… Это невозможно, немыслимо! А еще она говорила, что крутой подъем ждет его, и не она это предлагает. Кто? Кто?

А что же такое его сны, брат, который хочет убить его, и которого убил он, и коронованные, понтифики, вторгавшиеся в его сознание?..

Что же это такое?

— Ты не должна бояться меня, Карабелла, — нарушил он тишину.

Она вздрогнула. Он снова потянулся к ней, но девушка отшатнулась с криком:

— Не прикасайтесь ко мне, милорд!

— Пусть я был когда-то Коронованным, хоть это звучит глупо и странно, но сейчас-то я не Коронованный и не в его теле, так что все, что между нами было, — не святотатство, Сейчас я Валентайн, которого ты знаешь, и что до того, кем я был в прошлом!

— Тебе не понять меня, милорд.