Чтение онлайн

– Он и сейчас не полный, мать.

– Я знаю, но уверена, что это излечимо.

– Когда ты, наконец, достигла меня?

Она на секунду задумалась.

– Это было возле гейрогского города Долорна, кажется, и я впервые увидела тебя через мозг других, которые увидели во сне правду о тебя. Я коснулась их мозгов, отобрала и очистила то, что было в них, и увидела, что твой дух поставил на них свою печать и что они лучше тебя знают о том, что свалилось на тебя. Таким путем я очертила тебя кругом и смогла войти в твой мозг. И с того момента ты получил знания о своем прежнем "Я", и я трудилась через все эти тысячи миль, чтобы вылечить тебя и привести ко мне. Но все это было нелегко. Мир снов – трудная и меняющаяся область, трудная даже для меня, и пытаться управлять ею – все равно, что писать на песке на берегу океана: прибой вернется и смоет почти все, и ты пишешь снова и снова. Но все-таки ты здесь.

– Ты знала, когда я достиг Острова?

– Да, я чувствовала твое приближение.

– И ты оставила меня тянуться с одной террасы на другую несколько месяцев?

Она засмеялась.

– На внешних террасах миллионы пилигримов. Почувствовать тебя – одно дело, а точно определить – другое, куда более труднее. Кроме того, и ты не был готов прийти ко мне, и я – принять тебя. Я проверяла тебя, Валентин, следила за тобой издалека, изучала, какая часть твоей души выжила, осталось ли в тебе что-нибудь от Короналя. Я должна была знать это до того, как увижу тебя.

– Много ли во мне осталось от Лорда Валентина?

– Большая часть. Значительно большая нежели предполагали наши враги. Их схема плохо сработала: они считали, что перечеркнули тебя, а на самом деле лишь одурманили и сбили с толку.

– Не разумнее ли было с их стороны убить меня сразу, а не пересаживать мой дух в другое тело?

– Разумнее – да, – ответила Леди. – Но они не рискнули. Ты помазанник, Валентин, а эти Барджазеды суеверные скоты: они рискнули свергнуть Короналя, но не убить его, потому что боятся мести его духа. И их трусливое колебание теперь принесет крушение их планам.

– Ты думаешь, что я когда-нибудь смогу снова занять свое место? – тихо спросил Валентин.

– Ты в этом сомневаешься?

– У Барджазеда лицо Лорда Валентина. Народ принимает его как за Короналя. Он управляет всей мощью Горного Замка. А у меня всего десяток приверженцев, и меня никто не знает. Кто мне поверит, если я объявлю себя истинным Короналем? И много ли времени пройдет, прежде чем Доминик повторит со мной то же что он уже раз сделал в Тил-омоне?

– У тебя есть поддержка Леди, твоей матери.

– У тебя есть армия?

Леди ласково улыбнулась.

– Нет, армии у меня нет. Но власть Маджипура, а это не так уж мало. Я распространяю любовь и справедливость. И у меня есть это, – она коснулась серебряного обруча на голове.

– Через него ты посылаешь послания?

– Да. Через него я могу достичь мозгов во всем Маджипуре. У меня нет способности Барджазеда контролировать и управлять, как это делают его приборы, но я могу сообщать, могу вести, могу влиять. И у тебя будет такой обруч, прежде чем ты уйдешь с Острова.

– И я спокойно пройду через Алханрол, неся гражданам послания любви, пока Доминик Барджазед не спустится с Горы и не вернет мне трон?

В глазах Леди сверкнуло что-то вроде злости, какую видел Валентин, когда она выгоняла иерархов из комнаты.

– Что это за речи? – резко спросила она.

– Мать…

– Да, они действительно изменили тебя! Тот Валентин, которого я родила и вырастила, не смирился бы с мыслью о поражении!

– Я и не мирюсь, мать. Но все это выглядит таким огромным, а я так устал. А вести войну против народа Маджипура – даже против узурпатора… мать с самых ранних времен на Маджипуре не было войны. И я нарушу мир?

Глаза ее были безжалостными.

– Мир уже нарушен, Валентин. И на тебе лежит обязанность восстановить порядок в королевстве. Фальшивый Корональ правит почти год. Ежедневно выходят жестокие и глупые законы. Невинный наказан виновный торжествует. Нарушается равновесие, установленное тысячелетие назад. Когда наш народ прилетел сюда со старой Земли четырнадцать тысяч лет назад, совершилось много ошибок, много страданий претерпели люди, прежде чем мы нашли первого Понтификса, мы стали жить без больших переворотов, а со времен Лорда Стиамота на планете воцарился мир. А теперь мир разорван, и ты должен привести все в порядок.

– А если я соглашусь с тем, что сделал Доминик Барджазед? А если я втравлю Маджипур в гражданскую войну? Каковы будут последствия?

– Ты и сам знаешь ответы на эти вопросы.

– Я хотел бы услышать их от тебя, потому что мое решение колеблется.

– Мне стыдно слышать такие слова от тебя.

– Мать, я испытал много страшного в этом путешествии, и это отняло у меня много сил. Разве я не имею права устать.

– Ты король, Валентин.

– Возможно, я был им, и, возможно, я буду им снова. Но многое из моей королевской сущности украдено у меня в Тил-омоне. Пока же я обычный человек. Но даже короли подвержены усталости и упадку духа, мать.

Леди сказала более мягким тоном:

– Барджазед еще не стал абсолютным тираном, потому что это может восстановить народ против него, и он все еще не уверен в своей власти – пока ты жив. Но он правит для себя и своей семьи, и не для блага Маджипура. Ему не хватает чувства справедливости, и он делает то, что только кажется полезным и целесообразным. Но с ростом его самоуверенности будут расти и его преступления, и Маджипур застонет под кнутом чудовища.

Валентин кивнул.

– Когда я не такой усталый, я тоже понимаю это.

– Подумав также, что произойдет, когда умрет Тиверас Понтификс, а это рано или поздно случится, и более вероятно, что это случится скоро.

– В лабиринт войдет Барджазед и станет бессильным затворником. Ты это имеешь в виду?

– Понтификс не бессилен и ему не обязательно быть затворником. На протяжении твоей жизни был только Тиверас, и он становится все более старым и более странным. Но Понтификс в полной силе – совсем другое дело. Что, если Барджазед станет Понтификсом через пять лет? Удовлетворится он пребыванием в этой подземной норе, как удовлетворен теперь Тиверас? Он будет править с силой, Валентин. – Она пристально взглянула на него. – А кто, по-твоему, станет Короналем?

Валентин пожал плечами.

– У Короля Снов три сына, – сказала Леди. – Минокс, старший, на днях получает трон в Суврейле. Доминик теперь Корональ и станет Понтификсом, если ты позволишь ему. Кого он выберет новым Короналем, как не своего младшего брата Кристофа.

– Но это противоестественно, чтобы Понтификс отдал Горный Замок собственному брату!

– Так же противоестественно, чтобы Король Снов свергал законного Короналя, – сказала Леди. Глаза ее снова сверкнули. – Подумай еще вот о чем: когда сменяются Коронали, сменяется и Леди Острова. Я буду доживать свои дни во дворце для отставных Леди на Террасе Теней, а кто придет во Внутренний Храм? Мать Барджазедов! Как видишь, они захватят все и будут править всем Маджипуром!