Чтение онлайн

Козлоногие нарвали листьев, сделали из них налистники, укрепили их на палках и стали поджаривать. Озерные нимфы и ньюфавнленды принесли морских огурцов и настоящих крабов для Прыгуна. С одной стороны озера бил из-под земли шоколадный гейзер. Горячий шоколад всегда на вашем столе! Древесные существа прибавили к угощению орехов и пряников, а горные прикатили снежный ком — для прохладительных напитков. Дор испробовал душистой росы. Она и в самом деле оказалась чудесной — вкусной, крепкой, искрометной.

Нимфы и фавны уселись широким кругом около костра и приступили к пиршеству. Дор и Прыгун с радостью присоединились к ним. Наевшись до отвала, фавны вытащили дудочки и стали наигрывать, а нимфы — танцевать. Тела их причудливо колебались и покачивались. Дор никогда прежде не видел ничего подобного.

Вскоре фавны отложили дудочки и присоединились к нимфам. И вместе они стали выделывать нечто уж вовсе немыслимое. Это был уже не танец, а ритуал, напоминающий танец. Взрослые во времена Дора прячутся и стесняются, а нимфы и фавны — полюбуйтесь, занимаются этим открыто, без всяких церемоний!

— Ас ними все в порядке? — озабоченно спросил Прыгун. — Извини мое любопытство. Я ведь совсем не разбираюсь в ваших нравах.

— В полном порядке, — ответил горн. — Просто мы так празднуем. Такой весенний праздник.

— А другие праздники у вас есть? — поинтересовался Дор. — Для прочих времен года?

— Каких прочих времен? У нас здесь всегда весна. Дети, конечно, после этого праздника не рождаются. Нас можно обвинить в легкомыслии, но мы просто обожаем такие праздники. И вы можете присоединиться.

— Благодарю, — ответил Прыгун, — но я не вижу там паучих.

— Я... я подожду... — пробормотал Дор. Телом он, конечно, чувствовал искушение, но рассудок сказал «нет». Слишком рано ему. К тому же он снова вспомнил деревянную пустышку в лесу.

— Как хотите, — не обиделся горн. — У нас не заставляют. Каждый здесь делает только то, что ему по душе.

Горн еще немного понаблюдал и вдруг прыгнул вперед. Мимо как раз проходила какая-то горняшка. Горн схватил ее. Нимфа страстно вскрикнула, запрокинула голову и брыкнула изящной ножкой. «Так уже было!» — мелькнуло в голове у Дора. На долю секунды перед ним обнажилось то, что девушки обычно прячут под одеждой. Горн повалил нимфу на землю, и они совершили то, что явно понравилось обоим. «Надо запомнить, что за чем идет», — решил Дор. А вдруг и ему когда-нибудь придется заниматься тем же. Он понял, что отныне всегда при виде девичьих ножек будет вспоминать эту сцену. Он будет смотреть словно другими глазами.

— Если нимфы и фавны бессмертны и не имеют потомства, как же они развиваются? — прострекотал Прыгун.

— Может, они развивают сами себя, — ответил Дор. — С помощью волшебства.

— Иди ко мне! — прожурчала хорошенькая наяда, покачивая стройными чешуйчатыми бедрами.

— Извини... — начал было Прыгун.

— Но я зову Дора! — расхохоталась нимфа, и грудь ее при этом заколыхалась. Умопомрачительное колыхание... Может быть, нимфы знают об этом и потому так часто хохочут и вскрикивают. — Сбрось же свою глупую одежду и ступай ко мне! — позвала нимфа и топнула ножкой.

— Но... как же... — пробормотал Дор, не зная, как быть. Он решил, что не уступит, но искушение так велико! Нимфа прямо манит к себе... Но, уступив, он станет похож на фавна. Это будет первый шаг на пути превращения. Стоит ли его делать? Беззаботная жизнь, полная забав... Но что дальше? Разве смысл человеческой жизни в том, чтобы забавляться? Сначала надо выяснить, а уж потом делать шаг.

— Ну попробуй, хоть разочек, — уговаривала нимфа. Она словно читала его мысли. Наверное, это нетрудно — в таких обстоятельствах все мужчины мыслят одинаково.

И вдруг прозвучал ухораздирающий рев, и на беззаботных весельчаков навалилась куча темных тел. Гоблины!

— Вербовка! Вербовка! — кричал главный, злорадно скаля зубы. — Кого поймаем, отправим в нашу армию!.. — И он схватил за руку какого-то прелесника. Фавн был гораздо крупнее гоблина, но из-за страха не сумел ни убежать, ни защититься.

Нимфы запищали и брызнули кто куда — в воду, в лес, в горы. Фавны помчались следом. Никто и не подумал остановиться, сомкнуть ряды и выступить против насильников. Дор видел, что гоблинов всего-навсего восемь, а нимф и фавнов — сотня, даже больше. В чем же секрет?

Неужели само появление гоблинов так повлияло на беззаботных обитателей лесов и гор?

Дор потянулся за мечом. Он-то гоблинов не боится!

— Погоди, приятель, — остановил его Прыгун. — Это не наше дело.

— Неужели будем просто смотреть, как обижают наших друзей?

— А все ли мы знаем о происходящем? Все ли нам здесь понятно?

Слабое утешение, но с мнением Прыгуна надо согласиться.

А гоблины тем временем изловили пятерых здоровенных фавнов, бросили их на землю, повязали руки и ноги лозой. Гоблинам нужны были пленные, а не убитые. Пленных потом превратят в солдат. Прыгун опять оказался прав: размахивая мечом, Дор ничего не достиг бы. То есть ничего хорошего.

Но Дор никак не мог взять в толк одного: ну что это за существа такие, которые подпрыгивают от радости, встречая чужаков, и тут же отказываются помогать друг другу в беде. Если они не могут отстоять свою собственную...

— Пятеро, — сказал главный. — Еще один нужен. — И гоблин смерил Дора злобным взглядом. — Убить жука, взять мужика, — распорядился командир.

Гоблины окружили приятелей.

— Теперь это и нас касается! — сурово произнес Дор.

— Ты прав, — согласился паук. — Не вступить ли нам в переговоры?

— Переговоры?! — возмущенно выкрикнул Дор. — Они же сейчас разделаются с нами: тебя убьют, а меня возьмут в плен!

— Но ведь у нас больше ума, чем у них. Дор тяжко вздохнул.

— Будьте добры, отстаньте, — обратился он к главному гоблину. — Мы в вашей войне не участвуем. И не желаем...

— Взять их! — скомандовал гоблин.

Очевидно, вербовщики не понимали, что Дор не фавн, что его нельзя приспособить в войско и заменить его силой силу пятерых гоблинов. Семеро солдат послушались приказа и бросились на Дора.

Прыгун взвился в воздух и обрушился на врагов. Дор выхватил меч и яростно взмахнул им. Меч так и блеснул. Что-что, а блестеть он умел. Двое гоблинов упали замертво, обливаясь быстро чернеющей кровью. Главный угодил в паутину, и Прыгун ловко связал его с помощью восьми умелых лап.

— Вон что с твоим командиром! — крикнул Дор и ударил мечом наступающего гоблина.

Четверо оставшихся оглянулись. И увидели, что главарь завяз в паутине и никак не может сражаться.

— Вытащите меня! — завопил он. Солдаты бросились на помощь. Но если всемером против одного они нападали весьма ретиво, то теперь, оставшись вчетвером против одного, несколько утратили пыл. Победа или поражение были теперь в их крохотных грязных ручках.