Чтение онлайн

Двери непрерывно хлопали, зал постепенно заполнялся актерами, которые тут же устремлялись к чайнику.

– Капуччино, конечно, нет, – капризно заметил один из опоздавших. – Возле станции я не нашел ни одного места, где можно было бы выпить «мокко-латте». Я думал, что Белсайз-парк – приличное место, а оказалось, что это чуть ли не Хэмпстед-Хит [18] .

– Может, мы попросим малыша Мэттью поработать взбивателем молока? – предложил Хьюго. – Я уверен, он мог бы взболтать горы пены – верно, Мэттью?

Юноша, пытавшийся наполнить чайник из сломанного крана, пока двенадцать человек в нервном нетерпении тянули к нему чашки, оглянулся и с улыбкой посмотрел на Хьюго. Ему явно нравилось, когда августейшие губы произносили его имя вслух, а в каком контексте – уже не имело особого значения.

– Ты знаешь Салли по художественной школе, да? – спросила Софи.

Я не переставала изумляться ее красоте, огромным глазам, пышным ресницам, крошечному лицу в форме сердечка. Современная мода словно задалась целью скрыть красоту этого создания. Мне-то плевать на моду, и никакая сила не вытащит меня из мини и не засунет в длинную юбку, пошитую из дерюги.

– Мы встретились случайно неделю назад в «Саду пыток», – кивнула я.

– Нетрудно догадаться, что было на Салли, – протянул Хьюго. – Или, точнее говоря, чего на нем не было.

– Всегда к вашим услугам, carino [19] , – ответил Салли, хлопая дюймовыми ресницами.

Тут на нас обратил внимание огромный краснолицый мужик лет сорока с внушительным пузом, которое он выпячивал с гордостью будущей мамаши. Он прожег Салли негодующим взглядом. Но мой приятель остался невозмутим – либо Салли пребывал в блаженном неведении, что кто-то осуждает его моральный облик, либо настолько привык к подобным взглядам, что не обращал на них внимания. От Хьюго не укрылось мое удивление.

– Подкупает, правда? – кивнул он в сторону свеклолицего. – Очаровашка. И эта embonpoint [20] ему очень к лицу.

– Пора начинать! – объявила Мелани. Несмотря на то что она едва повысила голос, все тут же вскочили и замерли по стойке смирно. Через несколько минут мы сидели за длинным и довольно шатким столом, который Мэттью установил в центре зала. Каждый достал свою роль – измятые листки бумаги с карандашными пометками – и положил перед собой, как псалтырь.

– Сквозняк здесь ужасный, – пожаловалась Хелен, усаживаясь напротив меня. – А, привет, Сэм!

Я удивилась искренней радости в ее голосе. Обычно Хелен приветствует меня с теплотой айсберга, отколовшегося от берега Гренландии. Мой мощный разум сделал вывод, что она чувствует себя неуверенно в этом сплоченном коллективе и рада видеть знакомое лицо, пусть даже это лицо неприятеля.

– Все в сборе? – спросила Мелани.

На мой неопытный взгляд, людей, собравшихся вокруг стола, хватило бы на полномасштабную постановку «Войны и мира», включая батальные сцены, но Мэттью важно сообщил:

– Джордж Брэдли не смог прийти, потому что на этой неделе у него съемки.

– Везет Джорджу, – произнес чей-то голос.

– Это просто очередная серия «Закона», – заметил Хьюго. – Ему нет равных в роли жирного инспектора из Хиквилля-на-болоте.

– Фиалки Трэнтер тоже нет. Не знаю почему.

– В задницу Фиалку, – безмятежно сказала Мелани. – Только прошу тебя, Хьюго, не надо умничать. Мэттью, позвони ей. А если не застанешь, звони ее агенту.

– Кто такая Фиалка Трэнтер? – наклонилась я к Софи. – Знакомое имя.

– А-а, Фиалка была Фуксией. Я на мгновение задумалась.

– «Горменгаст» [21] ? Видела по телевизору. Это ведь старое кино, правда?

Когда-то я даже отождествляла себя с Фуксией, мрачной и страстной девочкой-подростком, в которую одно время был влюблен сам Стинг. Меня взбесило, что Фиалка Трэнтер – голубые глаза, облако волос и больше ничего – изобразила ее томной девицей, засевшей в башне в ожидании принца. Я невольно скривилась.

– Да, Фиалку зря взяли на ту роль, – сказал Хьюго, заметив мою реакцию. – «Девушка, которая была Фуксией», – задумчиво добавил он. – Мне нравится. Похоже на название детектива, правда? И она, конечно, умирает еще до начала фильма.

– Как Лора Палмер [22] , – встрял Мэттью.

Мы с Хьюго разинули рты, замерли на мгновение, потом захлопнули, причем проделали все это синхронно. Зачем заранее рассказывать людям сюжет?

– Ты очень красиво это сделал. Блестящая роль золотой рыбки в аквариуме, – едко заметила я Хьюго.

– На себя бы посмотрела, милочка, – парировал он.

Мелани взглянула на часы.

– Мы больше не можем ждать Фиалку. Табита, будешь читать за нее Гермию. Так, начнем по кругу. Каждый говорит, как его зовут, что он здесь делает и что ел на завтрак. Меня зовут Мелани Марш, я – режиссер, я ела кукурузные хлебцы с молоком. Мэттью?

Мэттью промямлил что-то о тостах с джемом.

– Хм, – прошептал Хьюго, – утром растущий организм нуждается в чем-нибудь более существенном.

Свеклолицый пузан, сидевший рядом с Мэттью, назвался Биллом, сообщил, что он играет Основу, и сердито осмотрел всех, давая понять, что в будущем не потерпит никаких шуточек на свой счет. Я заметила, что его взгляд задержался на Хьюго, – впрочем, я не стала бы его за это судить. Хоть мы и были знакомы с Хьюго всего полчаса, я уже научилась предвидеть, когда с его губ сорвется очередная ехидная реплика. Вот и сейчас, когда Билл свирепо таращился в его ясные серые глаза, на лице Хьюго царила подозрительная безмятежность. Пока Билл вел нас по лабиринту разнообразных блюд своего завтрака: сок, грейпфрут, яичница, овсянка, тост, – Хьюго помалкивал. А ведь мог порадовать нас вестью, что в Лондоне не ожидается нехватки продуктов, или невинно поинтересоваться, как Билл ухитрился запихнуть столько провианта в свое стройное тело. Однако он не оторвал взгляда от Билла даже после того, как эстафета пошла по кругу. На лице Хьюго светилась просто ангельская улыбка. Билл ерзал все энергичнее.

Списку персонажей не было конца. Салли, сидевший рядом со мной, разноцветными фломастерами размечал свой экземпляр пьесы на три сюжетные линии: сцены с эльфами – Оберон, Титания, Пэк и четверо слуг Титании; двор и две пары любовников; и, наконец, эпизоды с простонародьем, своего рода комедийные интерлюдии. Я одолжила у него фломастеры и проделала то же самое, надеясь почувствовать себя опытной профессионалкой.

После переклички Мелани объявила, что просит остаться на читку не только актеров, но и всех остальных. Те, кто решит удалиться, пусть делают это между актами, чтобы не мешать труппе работать.

Более интересных занятий у меня не предвиделось, и я осталась, решив улизнуть через часок. Но через час я с удивлением обнаружила, что с удовольствием слушаю, как актеры читают пьесу. Позже Салли сказал, что это была на редкость удачная читка.

Фиалка Трэнтер так и не появилась. Мэттью сообщил, что безрезультатно звонил ей домой и ее агенту, который не видел свою клиентку несколько дней. В самый разгар читки хлопнула дверь. Все подняли головы, но это был всего лишь Стив, помощник режиссера из театра «Кросс», крупный, нескладный и очень серьезный человек, одетый в черное. Он ворвался в зал с таким видом, будто бы мы тут занимаемся ерундой, отрывая его бог весть от каких важных дел.