Чтение онлайн

Девица явно была разочарована. Покинула палату с кислой миной.

– Ни на минуту тебя одного нельзя оставить, Колесников. – кинула я претензию «мужу». – Уже налетели голддигерши. Всю аппаратуру закапали слюной. Ты смотри у меня. Если что, вырву всё с корнем. Без наркоза.

У двери тактично покашляли. Чуть не поперхнулась воздухом. Медленно повернула голову. Охранник.

Так же медленно отвернулась, прикрыла глаза и тихо выругалась.

– Светлана Александровна, вы не хотите пообедать? Внизу есть кафе, могу вам принести что-нибудь.

Желудок тут же отозвался. Поняла, что кроме пары блинов сегодня ничего не ела.

– Спасибо, я сама спущусь. И зовите меня Светой, а то чувствую себя великовозрастной тёткой.

– Хорошо. Вы сейчас пойдёте?

– Да, пожалуй. Серёже пора отдохнуть от моей болтовни. Как бы ещё глубже в кому не впал, чтобы меня не слышать.

Парень улыбнулся.

– Это хорошо, что вы не унываете. Значит верите в лучшее, а вера способна творить чудеса…

Кухня в кафе оказалась вполне приличная, и я от души наелась. Позвонила Катюхе, поделилась новостями. Выслушала соболезнования. Так только она может поддержать. Чуть не послала её в пеший эротический тур с таким настроем. Узнала, что редакторша после моего ухода в отпуск получила от директора выговор, и теперь отрывается на всех, кто громко дышит. Потом отзвонилась Лёшке, поблагодарила за помощь.

Вернулась в палату. Вошла тихо. Замерла у порога.

Здесь опять отиралась какая-то девица. С коробкой, в которой стояли несколько флаконов разной величины, и с кучей марлевых салфеток в металлической посудине, она расположилась в опасной близости от моего красавца, и пялилась на него явно не с профессиональным интересом.

Полюбовавшись, расставила всё добро на тумбочке, смочила бинты, и медленно, однозначно получая удовольствие от процесса, стала протирать лицо, а затем и тело Сергея. Временами прикрывая глаза от удовольствия. Размечталась, видимо.

Внутри меня зашевелилось что-то большое и нехорошее. Захотелось кое-кому оторвать шаловливые ручки и выколость бестыжие глазки. Девица тем временам добралась до самого интересного, прикрытого, и в предвкушении взялась за край простыни. Я громко прочистила горло.

Санитарка вздрогнула, обернулась, и посмотрела на меня испуганно. Проблеяла:

– Здравствуйте. А я тут обрабатываю больного…

Молча пересекла палату с видом разъярённого быка, отодвинула грудастую, и прорычала:

– Я сама…

Девица попятилась и замерла в отдалении.

А я посмотрела на ту часть, которая осталась без обработки и осознала на что «подписалась».

Как я планирую это делать?! Да она сейчас в два счёта раскусит, что никакая я не жена. Решила схитрить. Зло на неё посмотрела.

– Вы собираетесь присутствовать? Думаете, без вас не справлюсь?

– Я зайду попозже, чтобы забрать грязные салфетки. – тут же отозвалась "влюблённая в свою работу", и спешно покинула палату.

А я зависла над отвоёванным сокровищем. Посмотрела в безжизненное лицо.

– Прости, Серёж. Знаю, что если бы ты был в сознании, не допустил такой самодеятельности, но я не могу позволить, чтобы посторонние девки тебя лапали за все места.

Взяла салфетку, шумно выдохнула и откинула ткань. Оценила фронт работы. Аккуратно провела с одной стороны паховой области, потом с другой. Поняла: как не ходи кругами, но обрабатывать придётся и сам орган. Бросило в жар. Волнение требовало выхода и я нашла способ:

– Знаешь, милый, что меня сейчас успокаивает? Что я не на твоём месте. Если бы ты такое проделывал со мной, я бы предпочла из комы не выходить. Но, с другой стороны, в том, что сейчас происходит, есть и свои плюсы: постепенно привыкну к этому захватывающему зрелищу, и, когда настанет «час икс», не ударю в грязь лицом.

Пока болтала, проделала всю запланированную работу, и замерла, краснея, но любуясь на результат. Он впечатлял. Натёртое до блеска мужское достоинство «восстало из мёртвых». Озадачилась вопросом: а разве в коме эрекция бывает? Ещё немного потаращилась, и прикрыла прекрасный вид от посторонних глаз. А то ходят тут всякие.

– Ну всё, любимый, после такого я просто обязана на тебе жениться... – сама пошутила, сама посмеялась. Нервно.

До вечера просидела у постели. Держала Сергея за руку, и рассказывала истории из своей жизни. Потом приехал папа: пригнал машину и привёз ноутбук. После того как он ушёл, почитала информацию про кому. А перед сном, чтобы успокоиться, посмотрела старый добрый фильм «Девчата».

На кушетке спалось как на дровах. Поэтому большую часть ночи вертелась, ходила по палате и периодически приставала к Сергею с поцелуями. Доступны были только щёки и один уголок рта, поэтому к утру они были зацелованы в хлам. Мне даже показались, что кожа в этих местах стала чуть розовее.

Утром не выспавшаяся и помятая поехала домой. Приняла ванну, поела и немного вздремнула.

Вернулась в больницу к обеду. Вместо Димы сидел другой парень. Не такой приветливый: сурово представился Кириллом. У меня появились к охраннику вопросы, но в палете что-то происходило, и я оставила их на потом.

Возле Сергея находился незнакомый врач и медсестра. Последняя меняла повязку на голове.

Я заволновалась.

– Что-то случилось? Обход ведь с утра должен был пройти.

– Не стоит так переживать, девушка. – отозвался мужчина.
– Просто медсестра заметила повышенную мозговую активность больного. Вот я и пришёл проверить, всё ли в порядке.

– И как, в порядке?

– Не могу сказать, что в полном, но гораздо лучше, чем было вчера. Ваш родственник явно хочет жить.

– Конечно хочет! – обрадовалась я. – Пусть только попробует не хотеть!

Врач улыбнулся и покинул палату. Медсестра, закончив бинтовать, попросила меня мерить Сергею температуру каждые два-три часа, фиксировать её в журнале, и тоже ушла.

Взяла Серёжку за руку, чмокнула в щёку и спросила:

– Не потерял?

Рассказал где была и чем занималась. Почувствовала, как он едва заметно сжал мою ладонь. Решила, что это рефлекторное движение. Вчера вычитала, что такое возможно.

После обеда пришли молодой парень с тазом воды в руках и крепкая тётка «за пятьдесят». Последняя с улыбкой сообщила, что у больного «банный день с массажем и девочками». Сопровождающий её парень посмотрел на шутницу с упрёком, потом покосился на меня и покраснел. И женщина уже более серьёзно добавила, что моего красавчика нужно не только помыть и обработать, но и сменить постельное бельё.

Вышла в коридор, чтобы не мешать. Уж к этой санитарке я своего мачо точно не ревную. Пусть моет, массажирует, смазывает.