Чтение онлайн

Я молчала. В голове продолжала собираться головоломка. Наконец последний кусочек со щелчком встал на место, заставив меня вздрогнуть.

Я поняла.

Я всё поняла.

И самое страшное в этом было то, что фактически у меня не было месяца в запасе.

Потому что в запасе у меня была вся жизнь.

Глава 5. Переговоры

Красный свиток не всегда присылал жених. Иногда это была обязанность Жрецов Сарры, особенно для тех пар, чей союз был желателен для короны.

— Получается, твоё обещание дать мне месяц на размышления — это просто пустой звук? — начала я тихо. Пока тихо.

Анталь подпер рукой голову и покачал головой.

— Нет, Дара, не пустой, — он вздохнул, — я действительно обещал твоему отцу отпустить тебя, если ты сама примешь решение уйти. Но только если ты сделаешь это сама.

— И поэтому ты задел меня за самое больное? — салфетка полетела на траву, я встала. — Думал, я уйду?

— Я надеялся, — он и не подумал встать, — сядь, Дара. Сядь и послушай.

Я вернулась обратно на стул и попыталась приказать себе успокоиться. Получилось, хоть и не очень хорошо.

— Я действительно тебя отпущу. Помолвка, — он поморщился, будто само слово было ему неприятно, — назначена только через два месяца. Поэтому твой отец хотел, чтобы ты оказалась здесь как можно скорее.

— Ты хочешь сказать, что у меня есть два месяца, чтобы отказаться от заключения брака? — я не привыкла говорить на такие откровенные темы, поэтому мой голос дрожал. — И хочешь сказать, что никто не будет на этом настаивать?

— Если откажешься ты, то никто не будет тебя неволить, — он улыбнулся и посмотрел на меня, — у меня, как ты понимаешь, таких привилегий нет. А ты сможешь вернуться домой и строить свою жизнь как пожелаешь.

Я вздохнула. Перспектива действительно интересная. Для меня.

Но…

— Анталь, — наплевав на этикет, я поставила локти на стол и оперлась подбородком на сплетенные пальцы рук, — а что будет с тобой?

Альс взял со стола вилку, покрутил её в руках, словно ничего интереснее в жизни не видел, и положил обратно. Я ждала.

— Со мной не будет ничего, — наконец ответил он, — будет назначена следующая помолвка.

— И… что будет со следующей девушкой? — я продолжала допрос.

Он посмотрел на меня, и наши глаза встретились. Меня захлестнуло вспышкой боли. Его боли. Моё сердце пропустило удар.

Неужели…

— Она тоже умрёт, — почти прошептала я.

Он молчал.

— Она умрёт, да?! — воскликнула я, до боли сжимая кулаки. Ногти впились в ладони, по щекам потекли слёзы. — И сколько же девушек уже погибли, Анталь? Семь? Восемь? Сколько их было всего?

— Одиннадцать, — он не смотрел на меня больше, но перед глазами будто стоял его взгляд: затравленный, виноватый… так смотрит загнанный волк, который понял, что уже всё, конец, и ему остаётся только пытаться прорваться через цепь охотников. Он знает, что всё бесполезно, но он попытается. И погибнет.

Я достала из рукава платок и вытерла глаза.

Если я уеду, будет новая девушка, новая смерть.

— Сколько, — я запнулась, — сколько из них были твоими жёнами?

— Нисколько, — он наконец-то посмотрел на меня, — они все погибали до помолвки.

— Здесь? — я обвела рукой окрестности, подразумевая замок.

— Не только, — услышала ответ, — кто-то до приезда сюда, кто-то ещё на стадии переговоров.

Теперь пришла очередь удивиться мне.

— Но почему тогда говорят о жёнах?

— Люди вообще много говорят, — он расправил салфетку и с тоской посмотрел на меня, — иногда слишком много, чтобы это было правдой.

Я его понимала. Понимала, наверное, с того момента, как услышала первые отголоски разговоров обо мне.

Я отодвинула стул, встала. Анталь удивленно посмотрел на меня и тоже собрался встать.

— Подожди, — остановила его, — мне надо подумать.

— О чем?

Интересный вопрос. Я и сама не знаю, о чем я собралась думать.

Оставив Анталя за спиной, я выбрала одну из тропинок и двинулась по ней, комкая в руках злосчастную салфетку.

О чём мне надо подумать? Очень много новой информации, очень много вопросов и всего лишь один факт.

Анталь не виноват.

Всё, что я видела сейчас, — его взгляд, полный горечи, его переживания, и они окончательно убедили меня в том, что он не причина всех бед. Точнее, причина, но не основная. Кто-то не хочет, чтобы он женился.

И, конечно же, теперь я была окончательно уверена в том, что смерть Тионы, пусть даже где-то далеко от д’эррана ключей, связана с этой тайной смерти девушек.

Итак, у меня есть два месяца до помолвки. Через два месяца Анталь наденет мне на палец обручальное кольцо, скрепив помолвку ритуальными словами. Или же со мной что-то случится, и помолвка опять не состоится. И через некоторое время на моё место придет уже другая девушка.

В то, что я вернусь домой, мне как-то не верилось — здесь всё не так просто. Приказ Короля — это не просто слова. Это заклинание, которым скрепляют приказ. И оно имеет обратную силу: в него всегда закладывают условия расторжения и жертву, которое оно принимает при распылении.

Что такое приказ Короля, я знала очень хорошо. Когда я училась на предпоследнем курсе, состоялась помолвка Д’Эрры Арконы — неприятной девицы с выпускного курса. Жених Арконы тогда расторг помолвку и попал под жернова. При распылении заклинания приказа у жениха Арконы напрочь выжгло Дар. Кстати, о Даре — молодых, как пару одарённых, собирались отправить в Проклятый Лес, что чрезвычайно расстраивало и Аркону, и её отца — властного Д’Эрра Магри. Однако после этого случая свадьба всё-таки состоялась, к огромному удивлению всех посвящённых; оказывается, молодые спелись у постели жениха, куда Аркона пришла вернуть помолвочное кольцо. Говорят, на свадьбе жених и невеста выглядели счастливыми, но не суть.

Значит, есть что-то, чем Анталь готов пожертвовать, чтобы спасти меня.

Вопрос только: чем?

Я больше не мешкала. Развернулась и почти бегом направилась назад.

Анталь сидел за столом в той же позе, в которой я его оставила. Услышав мои шаги, он поднял голову и встал, готовясь отодвинуть мне стул.

Вот только садиться я не собиралась.

— Что тебе будет за расторжение помолвки? — моим голосом можно было резать камень. Или сражаться в бою.

— Я не обязан тебе говорить, — Анталь отошёл от стула и стиснул зубы. Теперь мы стояли друг напротив друга и сверлили друг друга взглядом.