Чтение онлайн

— Около полуночи, я полагаю.

Осознание того, что к Даре я не успею, накрыло с головой. Хотя почему? Поговорить успею и завтра. Я выдохнул и вслед за другом направился к выходу. Однако что-то не давало покоя. Что-то такое, на грани сознания: незаметное, бесплотное.

Смутное беспокойство заставило меня ещё раз оглянуться и окинуть взглядом зал. Нет, всё в порядке: десять огромных зеркал, стоявших друг напротив друга, были привычно подёрнуты серо-сиреневой дымкой. Силовые линии, выходящие из Кристалла Контроля, закрепленного в центре куполообразного потолка, соединяли каждое зеркало с его контроллером. Сложная конструкция дышала покоем и тишиной. Но при этом что-то было не так. Неправильно. Не так, как обычно.

Внезапное озарение накрыло меня с головой. В лёгких внезапно закончился воздух, но его всё-таки хватило на единственный вопрос.

— Фалькор, что с линией верхнего контроля?

Рядом тихо выругался друг. Основная линия, соединявшая Кристалл Контроля с верхним силовым полем, была на месте. Но по ней словно иней прошёл или тень пролегла.

— Ларгусовы дети… Дара!

Я не помню, как я поднялся по лестнице и добежал до её спальни. Впрочем, рывком распахивая дверь, уже знал, кровать пуста, в комнате её нет. Но всё равно надеялся, что, может, где-то ошибся, и она спит.

— Пусто! — выдохнул Фалькор, следовавший за мной по пятам. — Где она может быть, Ант?

В голове вспышкой пронёсся наш ночной разговор. Сумерки, голоса — да она отправилась сама!

— В святилище, живо!

Мы понеслись по ступенькам вниз. Наверное, со стороны это выглядело довольно забавно: двое мужчин, галопирующих по замку. Но мне было всё равно, в голове билась одна и та же мысль.

Только бы успеть!

Вот и дверь в общий зал. Краткого взгляда хватило, чтобы понять — мы на правильном пути: силовые линии были заморожены тем же способом, белый иней поверх ярких лент. Дверь скрипнула, поддаваясь, и мы понеслись через зал.

Дверь в святилище была приветственно приоткрыта, и мне хватило одного короткого взгляда внутрь, чтобы понять — опоздали. Безбожно и беспощадно.

В центре помещения расползалось пятно белоснежного инея. А в центре, раскинув руки, лежала Дара.

— Что с ней? — я упал на колени рядом с моей невестой и дотронулся рукой до шеи. Облегченно выдохнул, жилка под кожей билась, хоть и слабо.

— Я не знаю, что это такое, — друг опустился рядом и сейчас, прислонившись ухом к груди девушки, слушал стук сердца, — очень похоже на действие замораживающих заклинаний, однако при такой отдаче она была бы уже мертва.

— Я отнесу её в её комнату, — я бережно поднял Дару на руки. Её голова безвольно свесилась назад, глаза были закрыты, на губах сверкал иней. У меня болезненно защемило сердце: что же это с ним? — А ты позови Ольму, пожалуйста.

— Хорошо, — друг внимательно осматривал морозное пятно. Даже на вкус попробовал, кажется. — Я запечатаю святилище. Не знаю, поможет ли.

— Должно! — прорычал я сквозь зубы. — Мы обязаны с этим разобраться!

Фалькор странно на меня посмотрел, но спорить не стал.

Я не помню, как донёс Дару до комнаты. Помню только двери, которые распахнулись под моим ударом, и испуганные глаза её горничной, Лори, кажется, которая ожидала нас в комнате.

— Принеси воды, тёплой! — рыкнул на девушку, укладывая Дару на кровать поверх покрывала. Горничная тенью метнулась к двери, в которой как раз возник Фалькор.

— Ты вовремя, — выдохнул я, — где Ольма?

— Нашёл её в столовой без сознания, — друг зашёл в комнату и остановился у изножья кровати, — я привел её в чувство, но ей потребуется время.

— Что с ней? — я похлопал Даралею по щеке, надеясь привести в чувство — тщетно.

— Ударили по голове чем-то тяжелым, — Фалькор запустил руку в волосы, — моя охрана спит мёртвым сном. Явно неестественного происхождения, — счел нужным пояснить он, хотя это и так было ясно.

— А Ронин?

— А как ты думаешь? — друг мрачно посмотрел на меня.

Ах да, ну конечно.

— Примерно в том же состоянии, что и силовые линии, — констатировал я под мрачный кивок друга, — как думаешь, отойдет?

— Отойдёт, — Фалькор кивнул, — в несколько дней так точно. Только вот сейчас…

Я нахмурился. Скверно. Лишиться Ронина в такой странный момент — это очень неприятно. Особенно если учитывать, что к замороженным, — а я теперь не сомневался в этом, — силовым линиям он имел самое что ни на есть прямое отношение.

Я опустился на край кровати и неосознанно провёл рукой по волосам своей, чего уж там, невесты. Ладонь кольнуло холодом, в прядях сверкали кристаллики льда. Я поджал губы, что делать, я знал, пусть даже и приблизительно. Но очень надеялся обойтись без этого.

— Но это ещё только полбеды, — раздался сверху голос друга, — знаешь, что хуже всего?

Нет, не знаю. И знать не хочу, пока Дара не придет в себя. Но тебе об этом знать не обязательно.

Углубившись в невесёлые мысли, я не сразу услышал Фалькора.

— То, что связи с миром нет. Д’эрран отрезан от Террании, Ант.

Глава 10. Вопросы доверия

Дара

Когда я открыла глаза, в комнате было темно. Примерно так же, как в моей голове, потому что первая же попытка вспомнить, что предшествовало моему сну, вызвала вспышку боли. Я охнула и попыталась встать, но тут же чьи-то руки уложили меня обратно.

— Лежи, Дара, — услышала я тихий шепот и, охнув, осела в подушки, почувствовав, как к щекам приливает кровь, и мрачно констатировав, что, увы, это привычное дело в последнее время.

— Анталь? — сказала и не узнала свой голос.

Раздался щелчок, и в камине вспыхнул огонь, осветив комнату уже привычным холодным светом. Я поморщилась и огляделась, сразу напоровшись взглядом на своего жениха.

Анталь словно постарел за это время. Глубокая складка пролегла поперёк лба, две другие складки залегли в углах губ. Под глазами — круги, рубаха — мятая. Но это всё меркло на фоне того, как он на меня смотрел. От его взгляда, с одной стороны, становилось горячо, а с другой — хотелось срочно притвориться безобидной наволочкой и затеряться между простынями.

— Что случилось? — спросила я одними губами.

Он неожиданно зло усмехнулся и отвёл взгляд.

— Анталь! — я подалась вперёд, всё-таки садясь на кровати.

Молчит. И от этого становится по-настоящему страшно.

— Ну скажи уже хоть что-нибудь! — взмолилась уже я, почувствовав, что ещё чуть-чуть — и волосы на голове встанут дыбом от непоправимого.

Альс провёл рукой по волосам, и я неожиданно для себя заметила в прядях цвета воронового крыла белые блики.

— Хотел бы я знать, чем ты думала, когда решила сама отправиться Ларгус знает куда! — неожиданно громко зарычал он и ударил кулаком по подлокотнику кресла. Подлокотник, не выдержав, жалобно треснул.