Чтение онлайн

Я едва не задохнулась от возмущения:

— И ты мне только сейчас об этом говоришь?! — Пихнула его локтем в бок, но тут же отдёрнула руку, заметив, как Кристофер слегка поморщился.

Холланд не пожелал сдаваться без боя.

— А когда? Ты всё время спала.

— Я просыпалась!

— Когда я к тебе заходил, ты спала, — упрямо повторил Грейсток и добавил с тенью улыбки на губах: — Мне даже казалось, что ты намеренно притворяешься, только чтобы со мной не разговаривать.

— Глупости!

— Лорейн… — Кристофер взял меня за руку, и это лёгкое, почти невесомое касание окутало меня теплом, настолько приятным, что мне захотелось сжать в ответ его пальцы.

Но я сдержалась. Зачем — не знаю.

— Почему ты мне не рассказывал? — прошептала.

Кристофер глубоко вздохнул:

— Из-за метки твоего отца и моей клятвы. Я был вынужден молчать, иначе ты могла пострадать. Вот и придумал сказку про «был не готов к женитьбе». Даже письмо тебе тогда написал.

— Я его сожгла.

— Ну и правильно. В нём не было ни слова правды. — Кристофер скользнул по моему лицу задумчивым взглядом. — После «смерти» Холланда метка не сошла, и я не чувствовал, что Сайрес меня отпустил. Вернее, продолжал чувствовать на себе его магию. Первое время искал ответы, ломал голову, что же за заклятия он использовал, что они продолжают действовать даже после его смерти. А всё оказалось просто и прозаично: Холланд выжил. — Он замолчал, чтобы спустя несколько секунд с горечью сказать сказать: — Когда нас поженили, я должен был сразу заподозрить, заметить связь, но я решил, что кто-то пытается насолить мне через тебя, возможно, убрать меня из разведки. Что цель не ты, а я.

— Целью были мы. Он нам обоим пытался отравить жизнь. Снова. Как, кстати, отреагировал его величество на эту новость? Что его фаворит умер сейчас, а не несколько лет назад.

— Плохо отреагировал. Королём сейчас занимаются маги и лекари. Есть подозрение, что Сайрес пытался и на него воздействовать. Не напрямую, на расстоянии. Через артефакты. Мои люди это выясняют.

— Удачи им с его величеством.

Кристофер улыбнулся, и я, не сдержавшись, улыбнулась ему в ответ.

— Почему ты сразу не рассказал королю о Холланде? У тебя ведь был на него компромат, так? В той шкатулке… — Почувствовав укол совести, острый такой, болезненный, я набрала в лёгкие побольше воздуха и на выдохе выпалила: — Прости, что я её взяла! Прости, что молчала и не рассказывала о встречах с этим гадом! Он говорил со мной в театре и потом на ярмарке. Просил отыскать хордову шкатулку, а я не понимала, что творю. Честно, не понимала. Он гипнотизировал меня, и Блумен тоже воздействовала. Я даже боюсь представить, в течение какого времени. Я не хотела её брать, но взяла, и теперь не перестаю себя за это ругать.

— Не надо. — Грейсток чуть сильнее сжал мои пальцы, а потом, перевернув мою руку ладонью вверх, лёгким, едва уловимым касанием очертил подушечкой большого пальца серебристый брачный узор. — Ни ругать себя, ни вспоминать об этом. Ты была жертвой. Сейчас, как и семь лет назад. Думаю, что и лорд Гарольд на самом деле не так уж виноват.

— Он проиграл меня. — Я отняла «пленённую» Грейстоком ладонь и обхватила себя за плечи руками, почувствовав, как по телу бегут мурашки. Теперь я чувствовала их всякий раз, стоило вспоминить об отце.

— Сайрес вполне мог и на него воздействовать… Наверняка я это не знаю, но я бы на это поставил: Холланд использовал твоего отца, чтобы добраться до тебя. Точно так же, как использовал тебя, чтобы добраться до шкатулки.

— Тебе уже давно следовало передать её кому следует, — буркнула я, пытаясь отогнать от себя неприятные мысли.

Не сейчас. Сейчас я просто не в состоянии думать об отце, оправдывать его поступки и прощать. Может быть, потом. Когда успокоюсь. Когда смогу оставить всё это в прошлом.

Не сейчас.

Кристофер оттолкнулся от земли, и касавшаяся качелей листва мягко зашелестела.

— Видишь ли, я знал, что Сайрес шпионил для Накардии, но существенных доказательств у меня не было. Да, я сумел перехватить два письма Холланда к кронпринцу, но Сайрес был очень осторожен в своей переписке, а других подтверждений его предательства у меня на тот момент не имелось. Я солгал ему, ну или, скажем, преувеличил. Надеялся, он испугается, что у меня на него есть что-то действительно важное, и пойдёт на попятную, но он и не думал бояться. Я разозлился, мы подрались, и я подстрелил его. Письма сохранил, но не стал их никому показывать. Не хотел, чтобы моё имя было хоть как-то связано с лордом-канцлером. Король тогда рвал и метал, и если бы выяснилось, кто «убил» его фаворита… Скорее всего, меня бы казнили.

— Значит, хорошо, что никому не сказал. Где только он нахватался этих своих способностей…

— В молодости Сайрес долгое время жил на Востоке, в заокеанских колониях Хальдора. В тех краях гипноз — обычное дело.

Почувствовала, как холодок снова бежит по коже, заставляя меня вздрагивать и ёжиться.

— Если бы ты вовремя меня не нашёл, я бы тоже уже была за океаном. С этим маньяком.

— Одли и Кэрролл упустили тебя на ипподроме. К счастью, на тебе было моё колечко, — снова улыбнулся герцог.

Правда, улыбка его тут же померкла, когда я посмотрела на него с недоумением:

— На мне не было никаких колец.

А в ответ услышала осторожное покашливание:

— Вообще-то было… Я замаскировал его чарами, чтобы ты не видела. Чтобы всегда знать, где ты.

— Грейсток!..

— Будешь возмущаться? — непонятно почему развеселился этот… разведчик.

— Ещё как буду! Ты спас меня — за это тебе большое спасибо. Но ты продолжаешь играть со мной в свои шпионские игры. А я не хочу! Хватит! На всю жизнь наигралась.

— Больше никаких игр, обещаю и… — Он замолчал, так и не договорив, а потом быстро, как будто куда-то спешил, заявил: — Лорейн, я поговорил с королём.

— О чём?

— О нас. — Он помедлил, словно сомневаясь, стоит ли продолжать дальше.

Заглянул мне в глаза, и я поняла, что не избежать мне этой ловушки. Я уже давно в неё попала и, если честно, больше не хочу из неё выбираться.

— И?

— Он разрешил тебя отпустить.

Я ожидала чего угодно, но только не такого поворота. Чуть с качелей после его слов не рухнула. А спустя секунду чуть не заревела от боли. Ладонь, даже через толстую повязку, прострелило такой болью, словно я снова ковырялась в ней чем-нибудь острым. А всё Грейсток! Кто ж виноват, что у него щека каменная! А левой рукой отвешивать пощёчины я не умею. Но горю желанием начать тренироваться.

— Ты снова меня бросаешь! — выпалила, подскочив на ноги.

— Я просто пытаюсь поступать правильно. — Он тоже поднялся. — Ты мечтала о свободе, а я не хочу привязывать тебя к себе силой.

— И потому бросаешь!

— Отпускаю.

— А я разве просила?!

Он взял меня за руку, притянул к себе, в горечь своего одеколона и тепло объятий, уничтожая расстояние между нами. А я снова попыталась его увеличить, но Кристофер не позволил. Обнял крепко, успокаивая, согревая, забирая тревогу и дрожь, вновь охватившую тело.