Чтение онлайн

— Я разговаривал с Эмили, — сказал старый шейх, — и мы обо всем договорились.

— О чем договорились, отец? — Бен, нахмурившись, посмотрел на дверь, за которой исчезла Эмили. Почему она ничего не сказала ему о звонке отца?

— О том, что вы приезжаете на торжество по случаю нашей золотой свадьбы. Небольшой семейный праздник, ничего особенного.

— Ой ли? А верблюжьи бега? А охота с соколами? — насмешливо спросил Бен.

— Ну… самую малость, — признался шейх. — Но главное: и мы с твоей матерью, и все наши женатые дети, к которым теперь относишься и ты, — многозначительно произнес отец, — должны обновить брачные обеты.

— Нам с Эмили рано их обновлять, они еще не успели устареть, — запротестовал Бен, чувствуя подвох.

— Но вы поженились в Америке. Я все понимаю, теперь твой дом там, но здесь твоя родина. И не забывай о родственниках, которым не удалось побывать на твоей свадьбе. Они мечтают увидеть твою жену.

Эмили с ума сойдет, когда услышит об этом. Или она уже знает?

— А когда ты говорил с Эмили, отец?

— Этим утром. Итак, мы вас ждем?

— Может быть, но…

— Никаких «но»! Я приказал выгравировать табличку с вашими именами и датой свадьбы. Кстати, какое второе имя Эмили?

— Не знаю…

— Как это не знаешь? Поговори с Эмили и перезвони мне, — попросил шейх.

— Хорошо, отец.

Бен положил трубку и задумался. В нем боролись два чувства — вины и негодования. Слова отца эхом отдавались в его голове — свадьба, обеты, табличка с их именами. Да, в его стране очень сильны традиции, но что-то он не слышал о церемонии обновления брачных обетов. Бен очень любил отца, но подозревал, что тот затеял это, чтобы укрепить его брак, помня о том, что в конце года он может развестись. Что Бен, безусловно, и сделает.

Самолет приземлился в аэропорту небольшого арабского государства. Бен и Эмили вышли из кондиционированного салона первого класса и попали во влажную жару. Прямо у трапа их встречал шофер, и они с облегчением уселись на заднее сиденье «мерседеса».

В течение всей поездки до дворца шейха Мансура Бен выступал в роли гида. Он называл маленькие деревушки, рассказывал о фермах, где с помощью технологии гидропоники в этой пустынной стране выращивают овощи и фрукты для населения.

Эмили с интересом смотрела по сторонам и задавала множество вопросов, хотя все внутри сжималось от страха. Зачем она приехала? Ведь Бен сказал, что решение за ней и он заранее согласен с любым. В конце концов, поездка на его родину не входила в условия их сделки. Но Эмили была слишком честной и обязательной. И по отношению к Бену, и по отношению к его семье. Кроме того, ей было очень интересно побывать на его родине.

Несмотря на спор по поводу существования любви, отношения между ними выровнялись и вошли в обычное деловито-отчужденное русло. Она дала себе слово дотерпеть до конца года и выполнить условия сделки, несмотря на душевную боль, усиливающуюся с каждым днем. Теперь еще эта церемония! Хотя Бен и убеждал ее, что волноваться не о чем, Эмили слышала напряжение в его голосе, видела глубокие складки, залегшие в уголках рта. Если не о чем волноваться, почему же он так переживает?

Машина въехала в ворота, и Эмили поняла значение слов «оазис среди пустыни». Дворец шейха представлял собой огромную виллу из итальянского мрамора в окружении оливковых деревьев. На лужайках зеленела свежая трава. Множество зданий поменьше было построено вдоль берега залива, вода в котором под ярким солнцем была ослепительно голубой и прозрачной. Не успела машина подъехать, как из дома высыпали многочисленные родственники, одетые в национальные наряды.

— Вы, должно быть, Эмили, — на английском, хотя и с сильным акцентом обратилась к Эмили пожилая женщина. — Добро пожаловать в нашу семью.

Из одних объятий Эмили немедленно попадала в другие — все кузены, дяди и тети считали своим долгом прижать ее к сердцу и сказать слова приветствия. Она чувствовала, что гостеприимство и доброта идут из глубины сердец всех членов этой большой и дружной семьи. Страх выглядеть и чувствовать себя чужестранкой развеялся как дым, но ей было очень горько осознавать, что она обманывает этих людей, потому что их брак с Беном — сделка, фарс.

— Какие прекрасные люди, — сказала Эмили Бену, когда они остались наедине в отведенной для них комнате.

В центре комнаты стояла огромная кровать под балдахином, словно перенесенная со страниц сказок «Тысячи и одной ночи». Эмили бросила на нее тоскливый взгляд. Она представила, как они будут лежать спинами друг к другу, каждый на своем краю… Эмили знала, что Бен не прикоснется к ней, не сделает ни одного движения навстречу, потому что теперь была ее очередь. А она никогда не сделает этого!

— Спасибо. Я очень благодарен, что ты согласилась на эту поездку. Кроме того, все члены моей семьи очень полюбили тебя.

Все, кроме тебя, подумала с горечью Эмили. Но несмотря на это, а может, именно из-за этого она была очень рада, что семья Бена так тепло приняла ее.

Несколько дней, предшествовавших церемонии, Эмили провела как в сказке. После дождливого Сан-Франциско она наслаждалась жаркими солнечными лучами. Они с Беном ходили под парусом, до изнеможения плавали в огромном бассейне, играли в крикет на лужайке вместе с многочисленными детьми, ездили верхом. Кожа Эмили приобрела золотистый оттенок, волосы выгорели. Она никогда еще не была такой расслабленной, свободной и счастливой, как в эти несколько дней.

Спрыгивая с большой, но очень спокойной и доброй кобылы, которую Бен выбрал для нее, Эмили попала в его объятия. Он привлек ее к себе и легонько поцеловал в приоткрытые губы.

— Или я ошибаюсь, или ты чувствуешь себя здесь дома даже больше, чем я? — спросил он, убирая с ее щеки прядь волос и вглядываясь в глаза.

— Мне здесь очень хорошо, — просто ответила Эмили. Она не хотела говорить, что полюбила и членов его семьи, и этот дом, но именно так и случилось, хотя она изо всех сил противилась этому.

Бен кивнул.

— И тебя здесь приняли и полюбили. Твои глаза сияют, твоя улыбка такая веселая, такая жизнерадостная. Ты выглядишь потрясающе красивой. Не один я это заметил.

Эмили посмотрела Бену в глаза и тут же оказалась затянутой в их омут.

Когда он вот так глядел на нее, Эмили чувствовала себя красивой, желанной, нежно любимой. Даже если знала, что это не так. Да, его родственники полюбили ее, но не Бен. Как жаль, что в конце года она перестанет быть частью этой дружной и шумной семьи. Конечно, у нее останется ее собственная, не менее большая и не менее дружная, а главное, такая же шумная семья, но для своих она старая добрая Эмили, вечная палочка-выручалочка. Для семьи Бена она — нечто особенное, экзотическое, из далекой Америки, почти инопланетянка.