Чтение онлайн

— Извините, не думаю, что я могу сделать это, — сказала я женщине, которая стояла спиной, ожидая, пока я подберу платье, чтобы переодеться.

— Могу ли я поговорить сейчас с Брендоном?

Она вышла из комнаты, ничего не сказав. Я села на кресло и, в ожидании Брендона, попыталась успокоить бушевавшие во мне эмоции.

— Что случилось? — спросил Брендон, когда зашел, он был одет в брюки и белую рубашку.

— Это неправильно. Мы не можем пожениться, — сказала я, глядя на свои руки, не желая, чтобы он видел, как я нервничаю.

— Должен же быть другой способ, чтобы оградить меня от отчима.

— Как мы уже обсуждали, всегда можно пойти к копам, — начал говорить он, опускаясь передо мной на колени.

— Я понимаю, ты нервничаешь, но я обещаю защитить тебя. Я больше не хочу беспокоиться из-за того, что ты можешь оказаться в опасности, или они тебя изобьют. Постарайся думать не о свадьбе, а о безопасности, в которой ты окажешься. — Я слушала его, и слезы потекли у меня по щекам. — А сейчас давай пройдем по этому проходу, дадим пару глупых клятв, а потом подумаем, что делать со всем остальным.

— Хорошо, — сказала я, и Брендон протянул мне руку, чтобы помочь встать. Он отпустил меня, и я направилась в комнату выбирать платье, но даже когда он уходил, я видела в его глазах беспокойство. Неужели все это время он действительно беспокоился, что со мной может случиться что-то ужасное? Это не давало мне покоя, но и надежда на то, что я могу положиться Брендона, и он оградит меня от отчима, пока мы не разберемся со всем, переполняла меня.

Рассматривая платья, я раздумывала о том, как люди воспримут новость о том, что мы поженились. Вон как девушки с ума посходили, стоило ему только упомянуть, что я его девушка, но свадьба совсем другое дело. Могла ли она испортить его репутацию парня, которого ничто не волнует, раз уж он всем и каждому показывал, что он собственно такой и есть?

Тут я остановилась и задумалась, что Брендон открылся мне совсем с другой стороны. Он снял броню и позволил мне увидеться себя таким, как он был на самом деле - человеком, не терпящим насилия и делающим все, что нужно, чтобы защитить меня.

— Дорогая, это платье превосходно сидит на тебе. Думаю, парень глаз не сможет отвести, когда ты пойдешь в нем по проходу. — Услышала я голос дамы, заходящей в комнату.

Я внимательно оглядела платье, в которое была одета. Это было платье без бретелей, но у него были небольшие рукава, которые хоть и оставляли плечи открытыми, скрывали синяки у меня на руках. Платье было достаточно длинным и закрывало ноги, оно было отделано кружевом с цветочным орнаментом.

— Иди сюда, давай, кое-что поправим, — сказала она и усадила меня перед зеркалом, рядом с которым стояли средства для нанесения макияжа и укладки волос. — Не беспокойся, положись на меня. — И она начала делать макияж, чтобы скрыть синяки на лице.

Не знаю, сколько времени я там просидела, но вот она закончила и повернула меня к зеркалу, чтобы я взглянула на себя. Девушка в зеркале была совсем на меня не похожа. Светлые волосы спускались мягкими волнами, в том числе и с той стороны, где находился синяк на щеке так, что его совсем не было видно. Голубые глаза взирали на меня с восхищением.

— Выглядишь замечательно. А теперь пойдем, пора сразить наповал твоего парня, — сказала она с усмешкой.

Она подтолкнула меня к стеклянным дверям и протянула букет белых лилий. Я благодарно ей улыбнулась, стеклянные двери открылись, и я услышала тихую музыку, доносившуюся из-за них. Войдя в комнату и шагая по проходу, я увидела Брендона, стоящего в конце и ждущего меня вместе с пожилым человеком в одежде священника.

Я так волновалась, что чуть было, не развернулась и не помчалась обратно, но переборола в себе это чувство. Теперь я смотрела лишь на Брендона, пока не оказалась, наконец, возле места, где он ждал меня.

Он схватил меня за руку, когда я встала рядом с ним, женщина забрала у меня цветы. Уверена, мои глаза были полны страха, потому что я услышала, как он говорит мне.

— Все будет хорошо. Просто верь мне.

Он мне улыбнулся. Я понимала, что должна показать, что доверяю ему, и заставила себя улыбнуться в ответ.

Пока священник говорил, я погрузилась в свои мысли, размышляя над тем, что произошло за последние двадцать четыре часа. Только вчера вечером меня избили до потери сознания... А сейчас я стояла здесь с парнем, только этим утром вошедшим в мою жизнь, с тем, кто поклялся защитить меня от любого, кто захочет меня обидеть.

— Ками, — я услышала голос Брендона, прервавший мои мысли. Я посмотрела на него, он засмеялся. — Ты собираешься ответить ему?

— Что? — спросила я, приподняв бровь, и посмотрела на даму и священника.

Он усмехнулся и покачал головой.

— Вечно в своем мире, — сказал он, посмеиваясь. — Он спросил, согласна ли ты взять меня в законные мужья.

Я была немного смущенна, что даже не обратила внимания на свадебную церемонию, до сих пор не понимая, как мы добрались настолько далеко. Оглядев пустую комнату и не найдя никого, я улыбнулась.

Брендон сказал, что этот брак был только между нами двумя, и теперь увидев пустую комнату, я знала, что он был прав. Я была сама по себе столько времени, что почувствовала себя прекрасно от того, что нашелся хотя бы один человек, на которого я могла положиться, и не было никакой толпы, наблюдающей за нами. Я повернулась к нему и улыбнулась.

— Да, да, я согласна.

— Я объявляю вас мужем и женой. Можете поцеловать невесту, — сказал священник, захлопнув свою книгу и заставив меня подпрыгнуть.

Я с ужасом посмотрела на Брендона. Я никогда никого не целовала до этого момента, и происходило все не так, как я себе представляла. Я всегда воображала, что это произойдет с кем-то, кого я люблю и к кому испытываю сильную страсть, но никак не с тем, кто просто пообещал защитить меня. Когда я поняла, что он уже наклоняется, я немного повернула голову, и его губы приземлились на мою щеку, промахнувшись мимо губ на сантиметр, что заставило его усмехнуться.

— О, а она застенчивая, — услышала я слова священника, похлопавшего Брендона по плечу, — Ты позаботишься о ней, сынок, — сказал он ему.

— Это я и планирую, сэр, — сказал Брендон, взяв меня за руку и выводя из зала в вестибюль. Вдруг он повернул меня к себе лицом. — Так что это было?

— Было что? — спросила я, отчаянно желая выбраться из этого платья и вернуться в свою мешковатую одежду, а еще попытаться забыть о том, что только что произошло.

— Почему ты не позволила мне себя поцеловать? — спросил он, притворяясь обиженным и кладя руку на сердце. — Этот человек сказал, что я имею право, а ты мне не позволила.