Чтение онлайн

3 глава. Клятва

Зал для бракосочетания оказался всего вдвое больше будуара. По правую и левую стороны, разделенные проходом, стояли гости. Со стороны принцессы облачены они были в наряды светлых цветов, с противоположной стороны преобладали темные оттенки — даже в этом подчеркивалось различие собравшихся. Объединяли их только одинаково суровые лица, точно собрались тут не на празднование, а на войну. Или поминки.

Мне вспомнились лица одногруппников, перед сдачей экзамена: те же обреченность и напряжение, тягучее ожидание.

Ярко накрашенные губы дрогнули, и я закусила нижнюю. Подумать только, еще сегодня с утра я была обыкновенной студенткой, всеми заботами которой было не завалить учебу и не потолстеть к летнему сезону…

Взгляд уперся в багровый ковер под ногами. Как же болели ноги в этих поистине фарфоровых туфельках — красивых, но такие неудобных. На глазах навернулись слезы. Только не давать им волю. Нельзя. Иначе разревусь и пиши пропало.

Мы остановились, Клемтон высвободил свою руку и прошептал:

— Теперь сама.

Я подняла взгляд.

Передо мной стоял он.

И не он одновременно.

Киаран выглядел так же шикарно, как и на портрете. Может быть даже лучше. Темные, почти черные волосы зачесаны назад, открывая скулы, на щеке возле самого уха маленькая татуировка с языками пламени. Синие глаза такого глубокого оттенка, что кажется в них отражается предзакатное небо. Только смотрят они холодно и отчужденно, с пренебрежением, будто перед ним склизкая жаба. Чувственные губы сжаты, а уголки вот-вот презрительно опустятся вниз. А в позе столько силы, достоинства и сдерживаемого высокомерия. Облачен в строгий темный костюм-тройку. Даже рубашка была не белой, а алой.

Я закусила губу и шагнула вперед. Киаран подал руку, но едва я поравнялась с ним, отдернул. Через кружево своей перчатки я почувствовала тепло — хоть кровь у этого мужчины не была ледяной.

Он склонил голову в подобии поклона. Я растерялась, понимая, что тоже должна ответить. Только как? Но момент был упущен — я так и осталась стоять столбом.

По красивому лицу пробежала тень. Губы дернулись скривившись.

— Приступим, — повернулся он к жрецу. Или как там у них назывался человек, которому предстояло провести церемонию и назвать нас мужем и женой. Облачен он был в длинное с широкими рукавами одеяние насыщенного пурпурного цвета; с вызолоченными пуговицами и рунным орнаментом от шеи до ног. На лысой голове — маленькая квадратная шапочка.

Он тускло улыбнулся и изящным жестом простер к нам руки ладонями вниз. Киаран протянул свои вперед, только ладонями вверх. Я последовала его примеру. Пальцы жреца подрагивали в уже виденном ранее движении — будто он играл на незримом пианино, губы беззвучно шептали. Сначала ничего не происходило, а потом я ощутила ладонями тепло. Кожа нагревалась все сильнее, пока из приятных ощущения не стали болезненными.

Руки Киарана задрожали. Я заглянула ему в лицо — он был напряжен и бледен, губы сжаты в тонкую линию, глаза прищурены. Жрец тоже рассматривал моего будущего мужа. Вопросительно поднял брови.

— Все нормально. Продолжайте, — процедил сквозь зубы тот.

Жрец поджал губы и шумно выдохнул через нос, показывая свое неудовольствие, но церемонию продолжил. Взял за правую руку Киарана, провел по раскрытой ладони и плотно ухватил за запястье:

— Повторяйте за мной, ваше высочество: «я принимаю тебе, Эванджеллин Вериберт, доверяя тому, что знаю о тебе и тому, что мне еще предстоит узнать; обещаю тебе свою помощь, когда ты будешь нуждаться в моей помощи, и я обращусь к тебе, когда мне нужна будет помощь; чтобы жизнь не приготовила нам, с уважением к тебе и верой в твои чувства я выбираю тебя как спутника, с которым я буду продолжать свою жизнь».

Голос Киарана звучал бесстрастно, но на последней фразе точно сорвался, пропустив фальшивую ноту.

Жрец довольно кивнул и не убирая руки с запястья мужчины, сомкнул пальцы на моем:

— Теперь вы, ваше высочество: «я принимаю тебе, Киаран Эрмоард, доверяя тому, что знаю о тебе и тому, что мне еще предстоит узнать…»

— Я принимаю тебе, Киаран Эрмоард, доверяя тому, что знаю о тебе и тому, что мне еще предстоит узнать… — кровь прилила к моим щекам.

— «Обещаю тебе свою помощь, когда ты будешь нуждаться в моей помощи, и я обращусь к тебе, когда мне нужна будет помощь…»

— Обещаю тебе свою помощь, когда ты будешь нуждаться в моей помощи, и я обращусь к тебе, когда мне нужна будет помощь, — сердце в груди болезненно сжалось, я скользнула взглядом по лицу стоящего рядом мужчины. Я обращусь к тебе, когда мне нужна будет помощь… Она нужна, вот сейчас нужна, очень нужна. Посмотри на меня, пожалуйста, посмотри…

Кажется, он почувствовал мой взгляд, моргнул, пошевелил головой. Я резко отвернулась, так и не увидев, повернулся ли он ко мне. Наверное, я и так знала ответ.

— «Чтобы жизнь не приготовила нам, с уважением к тебе и верой в твои чувства я выбираю тебя как спутника, с которым я буду продолжать свою жизнь».

— Чтобы жизнь не приготовила нам, с уважением к тебе и верой в твои чувства я выбираю тебя как спутника, с которым я буду продолжать свою жизнь, — мне хотелось вложить в эти слова больше, понять и прочувствовать их. Не знаю зачем мне нужно было это. Может быть хотелось быть честной в этот важный, сокровенный момент. Слова были такие правильные, такие важные.

Запястье резануло обжигающей болью. Я едва не вскрикнула от неожиданности и дернула руку. Жрец разжал пальцы. Он смотрел внимательно и немного удивленно. Я сделала что-то не так? Покосилась на Киарана — и успела заметить в его глазах искорку заинтересованности. Но — миг — и она погасла.

Жрец отступил на шаг, продолжая держать руки ладонями вниз. И тут я увидела на своем запястье, еще помнящем тепло человеческого прикосновения белоснежный знак похожий на очень вытянутую восьмерку — символ бесконечности. У Киарана была такая, только угольно-черная.

— Возьмитесь за руки.

Киаран накрыл мою ладонь своей, наши пальцы переплелись. Я ощущала свою дрожь и холод его кожи. Безразличие, а может и сдерживаемое пренебрежение.

— Вместе повторяйте за мной: клянусь с этого мига и до конца своих дней принадлежать духом и телом… назовите имена друг друга.

— Эванджеллин.

— Киарану.

— И даже смерть не разлучит нас.

Голос Киарана дрогнул. Слово «смерть» точно надломила его. Ладонь дрогнула, пальцы судорожно сжали мои и тут же он отдернул руку.