Чтение онлайн

Захвачен золотым прибоем

Листвы, назвавшейся судьбою.

Клубника догнила до тла,

Ее история смела

И смыла проливным дождем...

Клекочут краны. Строят дом.

Чтобы когда-нибудь опять

Дождям Истории предать

Иной, грядущий сад и дом —

Иной Содом.

Фары — глаза столетья

пешего хлещут плетью

неотвратимо белесо

режут по чреслам леса

а пусть-ка ответят бульвары

кто это лезет в их тайны

в майский вечер такой нечаянный?

фары

что им пруд и тихие пары?

фары парами бивней белых

пропарывают душу и тело

и шарят по стенам и шарят

зрачки лакированных фатов

а может они собирают факты?

фары фары фары

и вот надо мной осыпается потолок

так он изрезан фарами

а вы не забыли надпись на обочинах дальних дорог

НЕПЕРЕКЛЮЧЕНЬЕ СВЕТА

ВЕДЕТ К АВАРИИ?

Тема

А. К.

Как хорошо, когда не надо

Куда-то мчаться на такси...

О, торопливости токсин —

Он пострашней любого яда!

Но ты, неспешная лампада,

Не жди, чтоб снова пали ниц:

Ведь новый Дант

под фотоблиц

Фиксирует картины ада!

Вариация

На месте срубленного сада —

НИИ Потусторонних Сил,

Где в трешки превратил кассир

Периоды полураспада,

И черной выглядит помада

На ртутном озареньи лиц,

И новый Дант под фотоблиц

Фиксирует картины ада.

Весь век — сквозная эстакада:

Несет — проси иль не проси!

От нижних «до» — до верхних «си»

Жизнь — допплеровская рулада!

А ты твердишь: «Какого ляда

Еще нам надо от столиц,

Где даже Дант под фотоблиц

Фиксирует картины ада?

«Назад!» — кричишь? Не будет «зада»

Ни для гвиней, ни для россий!

Пойди, у Бога попроси

Циклон, тайфун, самум, торнадо —

Но снова вырастет рассада

Логарифмических таблиц!

Ведь Дант — и тот под

Крапивой бьет по нервам свет

Голый,

Электроноющий квартет,

Голос...

Дня не было и ночи нет:

Вечер...

Шестнадцать лет, семнадцать лет

Вечность.

Гитарный вой, литавров бой,

(Дождь... Палый лист...)

Танцуют каждый — сам с собой

Парами.

В такую мертвую игру —

Так близко?

Танцуют много ног и рук

(тел и лиц — нет!)

Шейк — словно с вешалки рукав,

Лишь ритмы —

Пластами в клетках ребер, как

Бритвы...

Ведь всю неделю — сам с собой...

Хоть здесь бы — парами!

Да нет: субботняя любовь —

Пария!

Начесов рыжие протуберанцы

В межзвездный холод гонит темп

Шейка,

В туман нейлоновый — зачем

Шейка?

Там жилка бьется в пустоту

Танца.

Наивным кажется — они

Слиты...

(Крупнеет шахматный паркет

клеток!)

А это — городов и лет

Плиты:

В дождливый век для них на миг —

Лето!

И мотылькового судьбой

Спарены,

Танцуют каждый сам с собой...

......................................

Парами..?

Как я устал, как дьявольски устал!

Лежу в постели и читаю книги...

А цезаря тяжелые калиги

Уже гремят в гранитный пьедестал.

Еще ступенька, две — и вот он встал,

И листьями посыпались интриги,

И снова мародеры и сквалыги

Толпятся в предвкушении поста...

Минуты шарят у души в карманах,

Год практикуется на барабанах,

А каждый день — как мелкий спекулянт.

Я б отдохнул, когда б не эта малость:

Век продает нам право на усталость,

Но в шейлоковский смотрит прейскурант

Вы верите, что облака

Приходят к нам из-за границ,

Являются издалека,

Примчавшись наподобье птиц?

Хлысты холодного дождя,

Как незаслуженный позор,

Откуда-то извне придя,

Секут невинный блеск озер?

Поговорим без дураков:

Быть может вам он незнаком,

Простой, как стук дождя, закон

Формированья облаков?

Вы думаете, облака

Приходят из далеких стран?

Забыли вы наверняка

Свой, доморощенный туман!

У ненависти и нежности

Ассоциация по смежности.

Два шага от приятеля до предателя,

Два шага от матери — до мата...

Хорошо пустышке — взяла и спятила:

Нищая духом перед Временем не виновата.

И хоть сорок тысяч братьев — все прощай-прости

А мне одному груз ненависти

Через века нести!

Врешь, Время, врешь, что ты разнообразно,

Что дни твои — смешенье разных красок!