Чтение онлайн

– Почтенные гости, я не пойму пана Дьявола и его Фифу. Если они хотят устроить заповедник для вечноживущих, то зачем заключать договор с Линой.

– Я поражаюсь, вы настолько глупы, магистр, - фыркнул интеллигент, - пани нам нужна для ремонтирования тел. Некромант - чтобы призвать умерших. Элементарно же, пан Юлиус. Кроме того, цена влюбленного в пани некроманта возрастает во сто крат: он воскрешает возлюбленную, а сам погибает. Получается вечно живущая могущественная волшебница, способная починить тела жителей нашего заповедника, а заодно и своё.

Услышав про влюбленность, некромант раскраснелся и отвернулся.

– А насколько глупа твоя Фифа, не думал?
– язвила вовсю та самая могущественная волшебница.

За нее все уже решили, и ей до колких замечаний насчет влюбленности было до лампочки.

– Она собиралась создать свой рассадник вечноживущих только благодаря жертве некроманта. Никакой волшебницы она убивать не хотела, и призывать никого с третьего слоя не просила. Она и представить себе не могла до некоторых пор, что я и есть ваша гениальнейшая пани Лина.

Тут Дьявол разозлился не на шутку. Он вскочил со скамейки и начал нервно ходить кругами вокруг Юлиуса и Дэна, размахивая тростью над головой. Он ругался не на русском, на котором он беседовал с Алиной, и даже не на похожем на него чешском. Изредка, правда, нечистый высказывался не очень приятными словами в адрес глупой дочери. После того, как приступ гнева прошел, некромант спросил аккуратненько, а что, собственно случилось.

– Лина. Она не могла вернуться на второй слой!
– сверкнув глазами, Дьявол уставился на некроманта.
– Пока Венсеслас…

– Бесстрашный великий… - протянул Дэн.

– Вообще, - встряла она в разговор, - коли я многопрофильный маг, то почему бы мне не вылечить вашу дочь, уважаемый Дьявол. Руки Фифы при мне. Но взамен я потребую дорогого: свернуть операцию по организации рассадника вечной жизни.

– Много просишь, пани, - вздохнул хитрый интеллигент.
– Ты хоть представляешь, что такое 'Дело Жизни'?

В школе она слышала на уроках о 'Деле Жизни' писателей, ученых и прочих великих, но у нее за двадцать три года не нашлось еще ни одного такого дела. Не производство же кириешек оным называть, и не воспитание Костика. Эхх, бедный братец, остался он один, страдает, а она тут в волшебной Праге с дьяволами болтает.

– Не представляешь, - прямо прочитал ее мысли интеллигент, глянув в глаза девушки, - ты мою Фифочку излечишь, а мы отложим исполнение нашего проекта на сто лет, договорились?

– Ага, - ехидно улыбнулась волшебница, - дождетесь, когда я умру, а потом попросите Дэна вернуть меня в этот мир, так получается? Зато руки марать о мое тело не придется, сама преставлюсь.

Дьявол покачал головой:

– Ошибаешься, пани Лина, волшебники на втором слое живут как минимум лет пятьсот. Через век ты станешь выглядеть на два или три года старше теперешнего облика, и все. Так что, все равно придется тебя убивать.

– А если я не соглашусь?

– Тогда мы убьем тебя сейчас, и попросим пана Дэна вернуть твою персону обратно.

– Ни я, ни кто другой из школы некромантии не станем участвовать в воскрешении могущественной волшебницы. Я скорее сам умру, нежели…

И тут чёрные глаза Дьявола округлились, и он уставился на некроманта, как баран на новые ворота.

– То же самое изрек пан Венсеслас пятьсот лет назад!

– Не дураком был, - холодно ответил Дэн.

Очень мило. И тут Алина пошла с козыря:

– Господин Дьявол, а вы русскую фантастику читали? Неужели вам не скучно? Сидите тут, рассказываете нам о своих дурацких планах, а вам не кажется, что у меня хватит ума придумать способ помешать вам? Вы, кстати, почтеннейший, не удовлетворяете ни одному пункту 'Правил поведения злодея'.

Последнее вывело хитреца из колеи. Несмотря на то, что фантастику, в том числе и русскую, нечистый читал в качестве анекдотов, он насторожился.

– А что это за правила такие?

– Значит так, - улыбнулась волшебница, торжествуя своей маленькой победой, - я лечу вашу дочь, вы отказываетесь от воскрешения умерших знаменитостей, а я вам подарю книжку с 'Правилами поведения злодея'.

Какое наивное предложение. На подобные условия соглашаются либо законченные идиоты, либо хитрые интриганы. И Дьявол искоса посмотрел на Алину. Девушка и глазом не моргнула.

– Ладно, - мяукнул старичок, потирая руки.

Точно, задумал очередную гадость, однако не говорит об этом. Волшебница довольно улыбнулась. Ничего, на этот раз победа на ее стороне, а дальше она начнет решать проблемы по мере их поступления. Так закончились ее первые дипломатические переговоры с самым сильным магом на планете.

– Фифа прилетит завтра утром, - тихо сказал Дьявол.
– Пани Лина, приходите к нам домой, там и проведете операцию.

Девушка отрицательно мотнула головой, а потом внаглую настояла на школе некромантии. Юлиус было попытался противиться, но Алина удостоила его таким взглядом, что тот, трепеща, покорно кивнул головой. 'Тяготит меня это величие', - подумала магичка.

– Кстати, а договор?
– вспомнила вдруг она.
– А то я вылечу вашу незабвенную Фифу, а вы меня сразу же на третий слой отправите, а потом осуществите все гнусные планы.

– Нет, - улыбнулся Дьявол, - мне интересно прочитать 'Правила поведения злодея'.

Тут же он взмахнул рукой, и в воздухе повисла бумага, с начертанным договором. Там на чешском языке по пунктам перечислялись все требования Алины и условия оппонента. Дэн взял лист в руки и перевел содержание. Магистр Юлиус тоже прочитал и только когда он дал добро, волшебница взяла гусиное перо и, проткнув им вену на запястье, расписалась. То же сделал и Дьявол. Только кровь его, в отличие от волшебницы, была зеленой.

– Если когда я позову, не придешь, - грозно сказал он, испытующе глядя на магичку, - я тебя убью, а пан Дэн и его учитель воплотят в жизнь мою мечту.

– Приду!
– пообещала она, положив руку на сердце.

Ее полные уверенности карие глаза будто сверкнули двумя золотистыми вспышками.

Дьявол развернулся и, широко шагая, вышел из зала. Некромант, магистр и волшебница Лина, то есть, Алина, смотрели ему вслед.

После того, как маг улетел, Юлиус целый час общался с гостьей, а Дэн с драконом отправились домой. Разговор их продлился бы дольше, если бы… вдруг в храм не вбежал ошарашенный некромант.