Чтение онлайн

Королева зло поджала губы, сверкнула на меня гневным взглядом и поспешила за парнями.

Я прижалась к стене и безвольно съехала вниз. Колени до сих пор дрожали, губы горели от чужой страсти, а в груди зародилось странное чувство опустошения…

Ненавижу гада!

Кириан

Чернильное небо пустоши разрезал яркий всполох стихийной магии. Края свежего разлома, шириной в четыре человеческих роста, неохотно стянулись, оставляя на земле уродливый шрам. Последний на сегодня.

Я выдохнул, опуская руки, и с силой сдавил виски. Боль нарастала волнами, предупреждая о том, что магический резерв мой почти на исходе.

Отступил назад и откинулся спиной на широкое дерево. Майлз и Бран привалились рядом.

— Я в ноль, — прохрипел Майлз, крепко жмурясь. Лицо его покрылось лихорадочной испариной. — Бран?

Бран слегка мотнул головой, неотрывно следя за тем, как мой отец скрепляет свежий разлом темной печатью. Я тоже смотрел. Руны послушно выстроились кругом и вспыхнули черным пламенем, выжигая на истончившейся ткани миров словозапрет.

Это был четвертый разлом за последнюю неделю и четвертая же печать, сотворенная моим отцом. Слишком много их стало в последнее время… Два соседствующих мира сближались все сильнее, практически вплетаясь в друг друга.

Никто из нас не сомневался, что однажды иные воспользуются новым проходом и снова нападут. Но пока жив мой отец, у нас еще есть шанс помешать им. Вот только он не бессмертен, и сменить его на этом посту некому…

Уверен, и Бран, и другие присутствующие маги сейчас задаются одним вопросом: почему печатями до сих пор занимает ближайший советник короля, а не его совершеннолетний сын?

Отец сменил деда, едва ему исполнилось восемнадцать. Своеобразный рекорд среди всех Блэкбернов. Жаль только, что с сыном вышла осечка. Если я выпущу свою тьму, боюсь, в радиусе нескольких миль не останется ничего живого.

— Выглядишь бодрым, — посетовал Майлз и глухо простонал, поднимаясь с земли.

Мой лучший друг и главный соперник по жизни. Майлз всегда завидовал моим успехам в освоении стихий, считал, что те достались мне слишком легко…Глупец. Он не знал и сотой доли того, через что мне пришлось пройти, чтобы достичь этого уровня.

И уже тем более он не знал о моей «маленькой» проблеме с тьмой. В эту тайну были освящены лишь четверо: отец, мать, ректор и Рой. Точнее, уже пятеро…теперь еще и мелкая выскочка.

Я так и не смог понять, как она сумела взломать сложнейшую печать на двери в ректорскую…До прошлой недели это заклинание числилось в списке нерушимых.

Что-то было в этой девчонке…странное, необъяснимое, притягательное. Я хотел разгадать ее, и чем больше думал о ней, тем сильнее меня накрывало темное безумие…

… О-ли-ви-я…возьми ее…хочу обладать…

Что же это? Приворот? Но меня нельзя одурманить или подчинить! И уж тем более нельзя одурманить мою темную половину...

Я тряхнул головой, и боль тут же сдавила ее раскаленным обручем. Слава богам, это заглушило настойчивый шепот тьмы.

— Почему мы вообще этим занимаемся? — добавил мой словоохотливый друг. — Два дня шатаемся по лесу. Грязные, голодные, обессиленные. Почему мне раньше никто не сказал, что быть наследником золотого круга так накладно?

— Вообще-то, я предупреждал, — прохрипел Бран, ероша свои огненные волосы. — Просто ты не слушал.

Отец и остальные маги нависли над огромной картой пустоши и о чем-то негромко спорили.

— Я должен проводить свои ночи иначе, — перебил Майлз. — В лучших питейных столицы! Или в объятиях красотки! Длинные белые волосы той первокурсницы на черных шелковых простынях... Что скажешь, Кир?

Что хочу убить тебя за один лишь намек! Я на мгновение прикрыл глаза, призывая все свое самообладание. Оливия…не думать о ней, не думать…Тьма заворочалась под кожей, готовая в любой момент сорваться с ослабевшего поводка и сожрать этого придурка со всеми потрохами. Она шептала, уговаривала, угрожала…

…Майлз истощен…не сможет сопротивляться…все случится быстро…он не будет страдать…

Представленная картина была такой яркой и будоражащей, что я вздрогнул и крепче стиснул зубы, возвращая контроль.

— Крепкие напитки плохо влияют на стабильность потоков, — изрек Бран.

— Да что ж ты такой душный, — скривился друг и бросил в рыжего ветку. — Кир, ну хоть скажи ему…

Я дернул плечом и шагнул навстречу приблизившемуся к нам наставнику.

— На сегодня все, детишки, — съязвил Рой. — Вы свободны.

— А вы? — спросил Бран, отряхиваясь от налипшей земли.

— Мы прочешем лес, вдруг какая тварь вылезла.

— Я с вами, — кивнул я.

— Нет необходимости, — отбрил Рой и перевел на меня рассеянный взгляд. Зрачок его резко расширился и вспыхнул светом. Видимо, уровень моего резерва его удовлетворил, и он чуть расслабился. — Валите-ка по домам, выспитесь как следует, наберитесь сил. Кир, на минутку.

Майлз и Бран довольно бодро поплелись к пролеску, где стояли наши мобили. Рой проводил их настороженным взглядом.

— Ты как? — тихо спросил он.

— В порядке, — отмахнулся я. Наставника мои слова не убедили, он требовательно вздернул бровь. — Тьма не поглотила мой разум, и я не превратился в кровожадного монстра. Все под контролем. Пока.

Рой был единственным, кто еще не списал меня со счетов. До сих пор верил, что меня можно спасти.

— Вот и славно, — он ободряюще хлопнул меня по плечу. — Выше нос, боец, прорвемся!

— Сомневаюсь, — выдохнул я. — Разломы появляются все чаще. Мне это не нравится.

— Они случайные, — с сомнением протянул наставник. — Ткань между мирами здесь совсем истощилась, вот и рвется. Если бы их открывали сами иные, здесь бы уже стояла их длинноухая армия, и так просто мы бы не отделались.

Прозвучало не слишком убедительно, но я кивнул.

— Кириан, — командный голос отца едва не вынудил меня вытянуться по струнке. Я поборол в себе эту тягу и медленно обернулся. — На пару слов.

С советником Блэкберном, который по совместительству являлся моим отцом, я виделся крайне редко и только по делу. Он уже давно смирился с «утратой» наследника, и мое присутствие, казалось, лишь раздражало его, напоминая о том, что я все еще существую.