Чтение онлайн

Тем временем остальные четыре каноэ последовали примеру первого, но ни в этот день, ни в два следующих так и не удалось загарпунить ни одного бегемота. Наконец безграничное терпение африканцев и нашего оператора было вознаграждено. Гарпун попал в цель, и кровь окрасила мутную воду. В воде поднялось сильное волнение, как будто раненый бегемот разворачивался для нападения, и лодка закачалась так, что мы думали, она опрокинется. Но в это мгновение еще два гарпуна и несколько длинных копий вонзились в бегемота и прикончили его.

Теперь предстояло вытащить животное на сушу. Для этого у африканцев было много веревок, и вот наконец тушу выволокли на берег под радостные крики вадамба, которые одновременно избавились еще от одного врага и добыли много мяса.

Хотя бегемоты интересны и иногда опасны, ни в том, ни в другом отношении они не могут идти ни в какое сравнение с носорогами. Носорог нападает даже на двухтонный грузовик и иногда побеждает в этой схватке. Тезис о том, что все дикие животные оставляют человека в покое, когда он не надоедает им и не охотится на них, подвергается жестокому испытанию при встрече людей с носорогом. С другой стороны, у Кэрра Хартли есть два ручных белых носорога, которые позволяют кататься на них верхом. Они доказали, что и фару понимают хорошее отношение. И когда я вспоминаю, сколько раз я хотел ради хорошего кадра разозлить носорога, а он уходил или не обращал на меня внимания, я прихожу к выводу, что не все носороги постоянно ищут ссоры.

Предугадать, что собирается делать носорог, невозможно, вы можете быть уверены только в одном: в пятидесяти процентах случаев он будет нападать на подошедшего близко человека, независимо от того, есть ли для этого повод или нет. А когда носорог нападает, он берется за дело всерьез. Он быстр, проворен и решителен.

Я хочу процитировать два кратких сообщения из газеты «Ист Африкэн стандард», которые прочел во время экспедиции 1954 года. Ознакомившись с ними, я стал еще более осторожен при встречах с носорогами.

«Чарльз Хэйнс из Ньери был убит носорогом, напавшим на него и его жену, когда они прогуливались у своего дома около аэродрома Ньери. Сначала из кустов выскочила напуганная собака Хэйнса. За ней показался носорог. Хэйнс спас свою жену тем, что толкнул ее в кусты, увидев носорога. Зверь боднул его в пах, и он умер в больнице на горе Кения. Жителей Ньери все больше беспокоят эти звери, которые стали часто появляться вблизи жилищ и взлетных дорожек».

Носорог, по-видимому, счел появление собаки достаточным поводом для нападения, в то время как любое другое дикое животное на его месте предпочло бы остаться невидимым в кустах или удалиться. Вторая заметка еще более интересна:

«Самец-носорог ворвался на сизалевую плантацию Ол-Гатаи, убил двух коров, а потом атаковал автомобили на дороге Мвейга — Ньери. Он двинулся навстречу автомобилю, который вела миссис Рэби Бейтс. Она сумела объехать носорога и, добравшись до дому, рассказала о происшествии мужу. Он позвонил в полицию.

Тем временем носорог бросился на грузовик полковника Джармена, который остановил автомобиль, чтобы высадить пассажира. Носорог разорвал рубашку пассажира, но тот остался невредимым. Зверь пять раз атаковал грузовик, пока не появился автомобиль с четырьмя полицейскими-африканцами. У одного из них, сержанта, было крупнокалиберное ружье. Носорог кинулся к автомобилю, поддел его рогом и поднял на воздух. Сержант открыл огонь и убил животное».

Почему носорог такой воинственный? По-видимому, потому, что он не очень умен и плохо видит. Он хорошо различает предметы лишь на расстоянии не дальше десяти ярдов. Смелость заменяет у этого зверя недостаток рассудка, а острое чутье компенсирует его плохое зрение. Если вы подойдете к носорогу против ветра, он не заподозрит о вашем присутствии, пока вы не окажетесь совсем близко. Он неясно видит опасность впереди себя и считает, что раз есть опасность там, куда он смотрит, то она, вероятно, и сзади, и слева, и справа.

Он предполагает худшее и переходит в атаку, чтобы прорвать воображаемое окружение, и нападает всегда по прямой линии. Для него не препятствие самые густые заросли, он пробивается сквозь них. На первый взгляд носорог массивен и неуклюж, но не думайте, что вам удастся убежать от него. Он может быстро крутиться на месте или резко поворачиваться независимо от скорости бега и посрамит любого пони для игры в поло.

Все другие животные уступают дорогу носорогу, даже слон. Если фару и тембо встречаются на узкой тропе, уступит слон. Вряд ли носорог может причинить большой вред слону, но слон всегда избегает встречи. Все африканцы питают одно и то же чувство к носорогу. Масаи, храбрейшие из храбрых, которые убивают нападающего льва тонким копьем, боятся только одного животного — носорога. Его рог (не настоящий рог, а уплотненная волосяная ткань) ценится выше, чем слоновая кость. Многие народы на Востоке считают толченый рог носорога сильным возбуждающим средством.

Может быть, с моей стороны было глупо дразнить носорога. Но кинокадр с носорогом — ничто, если он не нападает. Это некрасивое животное. Со своей толстой шкурой, которая так плохо прилегает к его телу, как будто она сделана для кого-то другого, и длинным, наклоненным вперед рогом носорог кажется настоящей карикатурой.

Впервые меня близко познакомил с носорогами ныне покойный Лионель Хартли, сопровождавший меня в 1946 году во время поездки в район Мтито Андеи. Это холмистая сухая страна с густыми зарослями колючего кустарника, среди которого встречаются растения, удачно названные «подожди немножко», — их шипы вонзаются в одежду и держат человека. Для носорогов это хорошее место.

Вы можете подумать, что мне было легко спровоцировать носорога на нападение. Но в запланированной мною сцене было много элементов, и нам никак не удавалось разыграть ее полностью. Прежде всего необходим был носорог. Потом нужно было толстое дерево, чтобы я мог забраться на него, когда на меня бросится носорог, безопасное место для оператора, лучше всего другое дерево, откуда он мог бы заснять носорога и меня, и требовалось хорошее освещение. Хартли должен был прикрывать нас со своим ружьем 475-го калибра.

Мы выехали на грузовике и увидели первого носорога прямо на дороге, но он услышал шум мотора и недовольно удалился рысью. Потом нам встретилась великолепная чета львов, и наконец через час мы заметили еще одного самца-носорога примерно в двухстах ярдах. Когда мы остановили грузовик, он исчез.

После этого мы тряслись в грузовике еще несколько часов, и я уже стал сомневаться не только в свирепости, но даже и в самом существовании носорогов. Но едва я успел поделиться этими своими соображениями, из кустов в семи футах от нас на грузовик внезапно бросился большой носорог. Грузовик ехал довольно быстро, а тут еще Хартли нажал на акселератор, и носорог промахнулся. Однако он пустился в погоню и стал нагонять автомобиль. Хартли еле ушел от разъяренного зверя, который опрокинул бы грузовик, нападая сбоку. Все это было очень интересно, но я не успел ничего заснять. Носорог не дал мне времени навести аппарат.

В течение следующих дней много раз повторялась одна и та же сцена — носорог нападал из-за кустов, но я не успевал сделать ни одного снимка. Мы решили найти спокойно кормящегося носорога, приблизиться к нему против ветра и выбрать подходящие деревья, а затем дать знать носорогу, что мы здесь. Остальное уже зависело от зверя. Прошло еще несколько дней. Наконец мы нашли пасущегося носорога. По его спине расхаживали маленькие птички и выклевывали паразитов из кожи. Эти птицы очень чуткие и часто «заменяют» носорогу глаза. Если бы мы их потревожили, они с легким криком поднялись бы в воздух, и носорог узнал бы, что приближается опасность.