Чтение онлайн

* БК- боекомплект орудия, боеприпасы находящиеся непосредственно в боеукладке САУ, составляет для САУ "Гвоздика" сорок выстрелов.

– Да, вроде много, а поделишь на всех, получается кошкины слезы!

– Маловато, но из слов начальника станции следует, что такие склады создавались практически на всех станциях и полустанках железнодорожной ветки на Луцк. Так что сейчас наши группы проверяют эти полустанки, лишь бы немцы на них не наткнулись раньше нас.

– А как Денисенко и Омельченко?

– Они проверили переданные тобой сведения о складах и нашли их. Еще один склад тяжелого стрелкового оружия, склад с ГСМ и склад вещевого имущества. Так что приедешь в дивизион, переоденешься форму этого времени, а то на нашу форму смотрят с подозрением. Сейчас старшина отбирает там необходимое обмундирование.

– А кроме складов?

– Потеряв время на поиск складов, Денисенко успел дойти далеко за линию Владимир - Волынский - Луцк. На дороге были в основном беженцы из приграничных районов. Их периодически бомбили и обстреливали немецкие самолеты, хотя видели, что военных на дороге нет. Омельченко вышел к дороге Горохов - Луцк, километрах в десяти от Луцка. Сам Луцк сильно бомбили немецкие самолеты, виден был дым от многих пожаров. Понаблюдав за дорогой, он вернулися к обнаруженному складу и ночевал там.

– А ночью что за концерт был на полнеба?

– Проводили контрподготовку по местам скопления немецких танков, под Стояновым. Ты доложил о нашем прибытии?

– Нет, сразу пошли склад и людей осматривать.

– Рация на БТРе?

– Да, товарищ капитан.

– Пойду доложусь.
– Сказав это, он развернулся и пружинистым шагом направился к месту стоянки бронетранспортера.

Этот замполит, как то не вписывался в привычный образ, сложившийся у меня за полтора года службы в армии. До него, замполитом у нас был капитан Домнич, который имел "позывные" - "Брёвнич" или "Шпала". Иногда еще его называли "Начальник паники".

... Мы тогда выехали на полигон, для отработки какого-то упражнения. Возвращаясь к своей палатке, увидел прикрепленный к дереву 'Боевой листок'. Домнич не пожалел целый лист ватмана. Меня тогда такая жаба задавила, тут же вспомнилось как искал несколько таких листов для своего дипломного проекта, с каким трудом моим родителям удалось его приобрести. 'Боевой листок' был здорово оформлен, 'Гвоздики' прорисованы во всех деталях, что же касается текста, то он, как всегда, был щедро пересыпан призывами и цитатами из материалов прошедшего весной 26 съезда КПСС. Саня Денисенко, что - то выписывал в свой блокнот, значит, будут очередные головоломные вопросы нашему замполиту.

Денисенко замполитов не любил. Вообще то их мало кто любит. По - моему, так они все немного сдвинутые. Из всех политработников полка, единственным человеком, с которым можно нормально разговаривать, был недавно присланный секретарь парторганизации. И то, я думаю, потому, что до этого служил у "летунов", а там взаимоотношения другие. Во всяком случае, так мне рассказывал офицер - авиатор, любовник моей квартирной хозяйки.

Нелюбовь Денисенко к политработникам, имела странную, я бы даже сказал, несколько извращенную форму. Он тщательно изучал и конспектировал все материалы съездов и пленумов, готовя по ним каверзные вопросы. Этими вопросами, как тяжелыми снарядами, он сбивал наших политработников с гладких и накатанных рельсов их докладов. Получив "в лоб" такой вопрос, любой политработник на какое то время терял дар речи, и в наступившей тишине слышно было как скрипят шестеренки у него в голове. Но придраться было не к чему. Как нерушимым щитом, Шурик прикрывался цитатами из первоисточников, тут же демонстрируя, где это написано в книгах. Это очень нервировало наших политработников, превращая любое их выступление в ходьбу по минному полю.

Говорят, что "Бревнич" даже ходил жаловаться к Абросимову, и тот ему ответил, что как к офицеру, у него к Денисенко претензий нет. Что же касается политчасти, то у него самые полные конспекты и если уж командир взвода, у которого других дел не в проворот, может так тщательно готовиться, то политработникам это сам Бог велел и докладчикам нужно самим лучше изучать такие важные материалы...

...
– лейтенант, что с вами?
– Очнулся я от того, что Элькин дергал меня за рукав.

– Да так, вспомнил..

– О былом?
– Мгновенно подхватил замполит.
– Если не секрет, о чем?

– Не секрет, о бывшем замполите Бревниче, фу ты черт, о Демниче!

– Почему же Вы о нем вспомнили?
– Явно заинтересованно спросил Элькин.

– Во-первых я очень удивился, что прислали Вас, во-вторых Вы не начали сходу организовывать митинг или политинформацию, а пошли осматривать склад и людей, и даже приказали отрыть еще ячеек и указали сектора обстрела...
– я замолчал, обдумывая обавить еще аргументов или хватит.

– А в-третьих?
– продолжил он.

– А в-третьих, разные слухи ходили о Вас в нашем военном городке...

– Понятно лейтенант. Сейчас нет времени на долгую беседу, поэтому буду краток. Я являюсь выпускником 13 роты факультета ВДВ Новосибирского высшего военно-политического общевойскового училища. Мы не были политработниками в прямом понимании этого слова. Мы офицеры Воздушно-Десантных Войск, может быть, мои слова покажутся тебе, высокопарными, но наше мироощущение прямое и твердое как железная рельса: мы знаем, верим и чувствуем глубоко внутри себя, что мы служим своей Родине, своему Народу и своему Государству. Именно в такой последовательности - Родина, Народ, Государство - ЭТО три наших символа веры, а не пресловутые Маркс, Энгельс, Ленин или "Очередные задачи политики партии в войсках". У нас был Устав и наши командиры - это наши наставники, учителя, друзья, начальники, контролеры и воспитатели. Где-то еще были начальник политотдела, политзанятия, конспекты по марксизму-ленинизму, походная ленинская комната и прочая мура, которые воспринимались нами как обуза процессу выполнения боевой, служебной или учебной задачи, процессу обучения и воспитания бойцов. В центре нашей работы всегда был боец как сплав боевых и морально-психологических динамических стереотипов мышления и поведения, способный без колебаний выполнить приказ командира в соответствии с боевым предназначением, установленным боевым уставом воздушно-десантных войск часть третья: отделение, взвод. Скажу честно, КПСС мы уважали. Уважали как легендарный орден большевиков свергнувший царизм и создавший могучее СОВЕТСКОЕ ГОСУДАРСТВО победившее фашизм, которое уважали и боялись в мире.

– Я видел другую КПСС.

– Ту КПСС, которая была при нас, мы не понимали, не уважали и презирали за большой живот НачПо, за его визгливый голос и за его неспособность понять творчество Владимира Семеновича Высоцкого. Заметь, с этим отношением к КПСС мы всей ротой были произведены в офицеры и направлены в войска. Вот так лейтенант, понятно?

– Многое.

– Ну раз многое понятно, то давай выполнять и претворять в жизнь что нам сказали отцы-командиры и дедушка Ленин. Что думаешь делать в первую очередь?

– Вдоль дороги, проходящей с севера на юг, выставить посты, которые встречали бы отступающих солдат и направляли их в район сбора у склада. Для этого взяв четыре человека у Коровина, и шесть человек у Гаранина, я сформировать пять постов. На перекресток я предлагаю направить Мавроди с радиостанцией и Самойлова.

– Действуй!

Приказав Сорочану развезти на бронике посты, а затем возвращаться к складу, мы направились посмотреть на прибывших людей.

Прапорщик Мисюра

Я конечно не офицер, но и ежу понятно что если над головой постоянно висит разведчик, то противник все время в курсе что ты делаешь. Я конечно доложу подполковнику об этом - пусть принимает меры, но нашим дедам не завидую.

Между тем, колонны дивизии подходили к северо-восточной окраине Владимира-Волынского. Невдалеке, на высотке, по хозяйски уже расположился один из расчетов 'Шилки'. Оставив транспортер под кроной старой ивы, росшей на берегу ручья, с двумя солдатами поднялся к ЗСУшке. Подойдя к машине зенитчиков осмотрелся. С этой шишки, несмотря на её небольшую высоту хорошо просматривалась кустарниковая лощина, сам город. Неожиданно начался артобстрел, разрывы, следуя один за другим, быстро слились в сплошной грохот.Ничего не стало видно из-за дыма и пыли, поднятой взрывами. Отдельные снаряды залетали и сюда на высотку, некоторые рвались близко,поднимая фонтаны земли,разбрасывая ветки, маскировавшие 'Шилку'. С полчаса длилось это представление. Потом снаряды на высоте перестали падать, но за лощиной, там, где начиналась окраина, все гремели взрывы - рвались гранаты, снаряды, мины, стрекотали пулеметы, трещали автоматы, горохом сыпались винтовочные выстрелы. И вдруг из дымной пелены, затянувшей пространство, выдвинулось несколько танков, за которыми шла пехота, на взгляд, не меньше батальона. У этих, прорвавшихся, скорее всего была одна задача - занять высоту, и они, растекаясь в стороны, охватывали высоту справа и слева. Пехота меня не беспокоила, но вот танки очень опасны.