Чтение онлайн

– Почему художник так глубоко шифрует свои компьютерные данные? Это похоже на паранойю.

– Дай-ка мне над ним поработать, тогда и узнаем.

Чтобы не мешать Рорку, Ева еще раз прошлась по мастерской. К студии примыкала красно-белая ванная комната с ванной-джакузи, сушильной кабиной и такими же, как у Рорка, роскошными полотенцами. Тут же была и спальня – небольшая, но со всеми удобствами. Биссел явно ценил удобства.

Толстый и мягкий гелевый матрац, черное шелковое постельное белье, очень сексуальное. Одна стена была сплошь зеркальной. Ева вспомнила спальню и ванную у него дома. Судя по всему, Бисселу нравилось смотреть на себя, нравилось наблюдать за собой с женщинами. Эгоист, самовлюбленный нарцисс!

Размышляя об этом, Ева подошла к небольшому узкому комоду и принялась обыскивать его. Так, запас белья, сменная рабочая одежда… Ага, нижний ящик заперт! «Рорк – не единственный, кто умеет справляться с такими трудностями», – сказала она себе, вытащив карманный нож, и удовлетворенно хмыкнула, когда старомодный замок поддался.

Ева рывком открыла ящик – и тут даже ее все на свете повидавшие глаза округлились от изумления.

– Боже милостивый!

Она начала перебирать атласные путы для рук и ног, обшитые бархатом кнуты, утягивающую кожаную сбрую, впечатляющую коллекцию муляжей мужских членов. Здесь были ампулы с наркотиком, известным под названием «Кролик», порошок, который она определила как «Зевс», таблетки «Эротики». Она нашла шарики, наполненные гелем, затычки для заднего прохода, повязки на глаза, всевозможные кольца для пенисов и сосков, вибраторы и множество других устройств, питающихся от батареек. Были тут в большом количестве и такие игрушки, о назначении которых Ева могла только догадываться.

Похоже, Биссел не только работу, но и сексуальные игры принимал всерьез.

– Компьютер не блокирован, лейтенант. Он… – Рорк замолчал на полуслове, увидев, что она изучает. – Так-так-так, что тут у нас?

– Секс-клад, затмевающий богатством все известные секс-клады на свете. Вот этот член не только пульсирует, вибрирует, раздувается и не требует ручного управления, он исполняет одну из пяти популярных мелодий по выбору владельца.

Рорк присел на корточки рядом с ней.

– Как это ты успела освоить весь репертуар за такой короткий срок?

– Извращенец! Это написано на корпусе. Между прочим, у него тут неплохой запас запрещенных веществ.

– Да я уж вижу. Ой, смотри, как здорово! Видеоочки для него и для нее. А не могли бы мы… – Рорк потянулся к очкам, но Ева шлепнула его по руке.

– Прекрати! И ничего тут не трогай. Я не шучу. Мне придется составить опись всей этой дряни. Но даже самый богатый секс-клад на свете – это еще не причина, чтобы парень перекодировал все свои компьютеры и запирал ящики в комнате, и без того обращенной в крепость. Он….

– Я же говорю, компьютер не блокирован. – Рорк похлопал ее по колену и поднялся, с трудом удерживаясь от желания прихватить потихоньку пару «игрушек». – Он спекся.

– Что, черт возьми, это значит?

– Спекся – значит, испечен. Поджарен, закорочен, вырублен, мертв.

– Не надо мне объяснять, что значит «спекся»! Я имела в виду… Черт! – Ева вскочила на ноги и пинком задвинула ящик. – Когда? Ты можешь определить – когда? Когда и как?

– Думаю, да, если у меня будет время и нужные инструменты. Но я уже сейчас могу тебе сказать, после беглого осмотра: компьютер поджарен рукой эксперта-профессионала. Материнская плата уничтожена, целостность данных нарушена. Думаю, тут поработал особенно злостный вирус, созданный специально для этой цели. Занесен, скорее всего, с гибкого диска – его вставили в дисковод с целью инфицирования, а затем, по завершении задания, удалили.

– Ты можешь определить, были ли данные удалены перед заражением?

– Это сложнее, но мы, безусловно, можем попытаться.

– А как насчет восстановления данных? Можно в нем покопаться и узнать, что за данные в нем были до заражения?

– Еще сложнее.

– Но они там! Ведь данные сохраняются, что бы ни случилось. Мне Финн говорил.

– Нет, это не совсем так. Видишь ли, есть такая группа компьютерных террористов, они называют себя «Бригадой Судного дня».

– Я знаю, кто они такие. Хакеры, жаждущие славы. Они проникают в сети и загружают их всяким дерьмом. Мозги у них есть, хотя и больные, а главное, имеется щедрая финансовая поддержка.

– Они не просто жаждут славы, – поправил ее Рорк. – У них на счету несколько настоящих терактов. Они исказили данные авиадиспетчерской службы, и в результате потерпели крушение три частных самолета. Они отключили сигнализацию в Лувре и «позаимствовали» из музея кое-какие произведения искусства, а другие злостно повредили. Кроме того, они убили в Праге двадцать шесть сотрудников исследовательской лаборатории: проникли в систему жизнеобеспечения, отключили подачу воздуха и заблокировали все выходы.

– Я же говорила, у них больные мозги! Я знаю, что они опасны, Рорк. Но какое отношение все это имеет к испекшемуся компьютеру в художественной мастерской убитого скульптора?

– Несколько последних лет «Бригада» трудилась над разработкой именно такого компьютерного «червя» – мощного и портативного. Их цель не в том, чтобы взламывать или искажать данные. Они стремятся к широкомасштабному уничтожению компьютерных сетей.

– И насколько широк их масштаб?

– Теоретически можно вставить диск в дисковод сетевого компьютера – даже если, речь идет о сети, снабженной мощными антивирусными программами, – и скачать оттуда весь банк данных. А потом заразить все компьютеры, подключенные к данной сети. Компьютеры фирмы, административного здания, корпорации. Целой страны.

– Это невозможно! Даже защита среднего уровня засекает «жучки» и вирусы и отключает систему до проникновения инфекции. Вирус нельзя загрузить незаметно для охранной системы «Сторож». Ну, в домашний компьютер вроде этого, может, и возможно. Или в небольшие операционные сети. Но не больше.

– Я же сказал – теоретически. А в «Бригаде Судного дня» над этим проектом, по слухам, трудятся блестящие мозги. Разведка доносит, что «червяк» почти готов. И он может сработать.

– А ты откуда все это знаешь? Рорк невозмутимо пожал плечами:

– У меня есть связи. Так уж вышло, что «Рорк индастриз» получила секретный правительственный заказ на разработку программы, направленной на защиту от этой потенциальной угрозы и на ее уничтожение.

Ева присела на край кровати.

– Ты работаешь на правительство?! Наше?

– Если под словом «наше» ты имеешь в виду США, ответ утвердительный. Хотя, по правде говоря, программу финансирует целый конгломерат. США, Евросоюз, Россия, несколько других регионов. Контракт проходит под «Красным кодом». Наш исследовательский отдел работает над этим проектом.

– А Рива Юинг работает как раз в исследовательском отделе «Рорк индастриз»!

– Да, Ева, она там работает. Но это еще ничего не значит. Я упомянул «Красный код» – это высший уровень секретности. Смею тебя заверить в одном: она не стала бы болтать об этом с мужем за обеденным столом.

– Ты так думаешь, потому что сам не болтал об этом со мной за обеденным столом?

В глазах Рорка вспыхнуло раздражение, но он овладел собой.

– Потому что она профессионал, Ева. Она не занимала бы своей должности, будь у меня хоть малейшее сомнение в этом. Она не допускает утечек.