Чтение онлайн

– Нет, - я твердо отстранила ее. – Я по делу.

– Прошу, выбирайте, подскажу, проконсультирую.

Я едва удержалась, чтобы не оглядеть скептически необъятную даму. Хорошо хоть не померить даст.

Вообще пространство магазинчика было организовано крайне нерационально. Я то и дело задевала сумкой разные незакрепленные штуки, при виде которых даже у меня, в свое время бывшей частой посетительницей таких магазинов, краснели щеки.

– Вы одна здесь работаете?

– Два через два, - отозвалась женщина. – Вы ищете работу? Мой сменщик недавно ушел, нам бы пригодился продавец. Но, боюсь. вы не очень подойдете на эту должность.

– Почему это? – я вдруг заинтересовалась и едва не забыла, зачем пришла.

В моем представлении, как раз она мало подходила для такой работы, но никак не я.

– А вы гляньте, где мы находимся, - она грустно махнула в сторону окна. – Это вам не центральные магазины, где и тревожная кнопка, и камеры везде, и парочка охранников в зале. Такой красотке в таком месте работать опасно. Кто только не захаживает, если признаться.

«Ага, и работает» - подумалось мне.

– И что у вас за напарник? Почему ушел?

– Сказал, мать больная в Северодвинске, поехал ухаживать.

Интересно, соврал, или действительно собрался в Северодвинск? С него станется, убив Капканову, смотаться.

– У вас есть информация о том, где живет Царгородов? – спросила я. – Адрес, телефон, хоть что-нибудь.

– Зачем вам?

Я принюхалась. Мы стояли у кассы, за которой располагалась какая-то дверь. И от нее несло чем-то нехорошим. Очень нехорошим: я вся покрылась мурашками.

– Отойдите, - скомандовала я.

– Что вы…

Мне пришлось отодвинуть ничего не понимающую продавщицу.

– Когда он уволился? – в моем голосе звучала сталь, но ничего поделать я не могла. – Царгородов когда ушел?!

Женщина вздрогнула.

– Да сегодня вот и ушел. У нас же все неофициально, уйти просто. Он еще по-божески поступил, предупредил. Я сегодня зашла, он со склада выходит. Я его спрашиваю, чего тут делаешь, а он и сказал, что записку оставить хотел, что уходит. Хороший мужчинка, вежливый. Жаль его.

– Почему жаль? – рассеянно поинтересовалась я.

– Импотент. Бедняга, с семнадцати лет какая-то болячка привязалась.

– Вы-то откуда знаете, может, врал?

– А я его с дочкой познакомила, он с ней встречался. Она и рассказала, что у него проблемы.

– Вот черт, - выругалась я. – Отойдите от подсобки. Я вызываю отца и полицию.

– Зачем полицию? – тут же перепугалась женщина. – Я ничего не сделала!

– Вы – нет. А вот Царгородов убил четырех человек и последнюю жертву спрятал на вашем складе. Вы ведь не заглядывали сюда сегодня, верно?

Она побледнела и села на скамейку в углу. Похоже, лишилась дара речи.

– Аля, что с этой «Вишенкой»? – отец ответил мгновенно. – Ты выяснила что-нибудь?

– Он спрятал последний труп здесь. А еще он никак не мог изнасиловать Звонареву, потому что у него проблемы с потенцией. Я полицию еще не вызвала, хочу напасть на след.

Я глянула в окно. Если следа не будет здесь, попробую выйти со стоянки на машину и от машины уже к Царгородову. Пока он не сбежал, или не нашел очередную жертву.

Тело Капкановой мало отличалось от тех, что были найдены ранее. Тоже изуродованное лицо – теперь я уже точно знала, каким образом оборотень-псих это делает. Запаха не было. Только кровь. Многочисленные ароматические товары, хранящиеся на складе, сбивали меня.

Отец сам вызвал полицию, пока я осматривала склад. Убили ее не здесь. Возникает вопрос: как ж он незаметно дотащил тело?

– Поезжай домой, - сказал папа, когда полиция принялась осматривать место. – Отдохни.

– Нет, - я упрямо покачала головой. – Сейчас пойду в твою машину, обращусь. И устрою забег по городу. Он обнаружил себя, попытается сбежать. Запах его я теперь знаю: обнюхала его записку, журнал, где он делал записи и рабочую куртку, в которой разгружал товар. Надо поймать, пока беды не случилось.

Я видела, что в отце беспокойство за меня борется с желанием покончить с этим делом. И, к счастью, профессионал в нем победил, потому что он коротко кивнул и вернулся к следователям, которые что-то негромко обсуждали вдалеке.

Игорь

Лучший способ сбросить накопившуюся энергию – охотиться. Когда ему удавалось выбраться в тайгу, он охотился на медведей и других волков. Дома он охотился на бродячих собак. А потом делал отчисления в фонд спасения бездомных животных. Не из чувства стыда, просто отец требовал заниматься благотворительностью. И это был своеобразный протест.

Но в этот раз ему не хотелось охотиться. Ему хотелось к морю. Каждый раз при обращении его тянуло к воде, почувствовать свежий запах, помочить лапы, лечь на холодный песок и на пару минут забыться. Такого напряжения он еще не чувствовал.

Этот пляж был дальше всех и был частным. Его купил Семен и затеял там стройку: хотел организовать приют для детей. Это была его благотворительность. Ночью строительные работы не велись, поэтому Игорь мог беспрепятственно там бегать. И даже отец ничего не возразит.

Он уже предвкушал, как окунется в ледяную северную воду, когда знакомый запах вклинился в сознание.

Волк остановился. Принюхался. И сделал выбор мгновенно.

Сегодня он узнает, кто эта волчица. Заставит ее открыться ему. Потому что больше не может играть в прятки, ему хочется увидеть ее, хочется объяснить, что между ними происходит. Его мать, Инга, не понимала чувств, которые испытывала к Валерию. Он обратил ее, влюбившись еще когда она была человеком. Она убегала и возвращалась, так родилась Мария. Но никак его мать не могла смириться с новой сущностью и с тем, что отец был ей предназначен. Игорь подобного не допустит.

Он сорвался с места так стремительно, что распугал голубей. Волчица была совсем рядом и, возможно, уже чувствовала его.

Потому что убегала.

Но он бежал легко, ведомый чувством приближающейся победы, потому как убегала его девочка как раз к пляжу, на который он и направлялся.

И вот она показалась. Игорь бегал быстрее, он был крупнее и сильнее. Опытнее, наконец. А она – глупенькая девочка, потерявшаяся в незнакомом лесу. Нельзя давать загнать себя к воде. Это смерть. Позже он объяснит это и научит охотиться. Он многому ее научит.