Чтение онлайн

– Мы в таких раненых с-с-спасаем, беременных и малыш-ш-шню, когда в море слишком опас-с-сно...
– прокомментировал один из ангалинов очень похожий на Макса, также зеленоглазый, только с более светлым окрасом чешуи.

– Вы тоже сын Рекса?!
– удивлённо спросила я.

– Мы вс-с-се его сыновья...
– ангалин снисходительно оскалился и кивнул.
– А с Макссашараем мы родные, отец и мать у нас общ-щ-щие, прос-с-сто я старш-ш-ше на четыре года...

– Вот как?!
– я уселась на свёрнутые одеяла и уставилась на серого ангалина. Ни Макса, ни остальных рядом в этот момент не было. Они что-то забыли и скрылись за скалами, оставив нас в маленькой бухте.

– Меня зовут Кари, -я протянула ладонь для хвостопожатия.

Ангалин широко улыбнулся:

– Я з-з-знаю... Вс-с-се знают как з-з-зовут «шаари» наш-ш-шего брата. Также я з-з-знаю, что богине слож-ж-жно произнос-с-сить наши имена, поэтому можеш-ш-шь з-з-звать меня Шуан.

Я стиснула протянутую трёхпалую хвостовую ладонь и слегка поклонилась:

– Очень приятно, Шуан. А с вашей мамой я тоже смогу познакомиться?

Серый нахмурился и опустил глаза, а после паузы ответил:

– Нет. Она погибла уж-ж-же давно...

– Очень сожалею... Теперь понятно, почему Макс никогда не касался этой темы. Моя мама тоже умерла, а потом и отец через несколько лет...

Старший брат Макса провёл пальцем по шраму на моей щеке:

– Главное, что мы их помним и продолж-ж-жаем любить...

Я кивнула и улыбнулась. Шуан мне очень понравился, хотя все ангалины до сих пор вызывали чувство искреннего восхищения.

Время в пути летело незаметно, как это ни странно. Мы останавливались на короткие стоянки всего лишь по два раза в сутки. Есть и пить я старалась по минимуму, да и Бумера тоже посадила на урезанный паёк. Легче всего было летуну, он не чувствовал никаких неудобств, то вися в клетке вниз головой, то ползая по закрытой части лодки, выход из которой я завешивала одеялом, чтобы не улетел, потому что никаких бечёвок или тоненьких верёвочек я не догадалась с собой взять, чтобы привязать его за маленькие когтистые лапки.

Словно тройка лошадей ангалины тащили «торпеду», а кто-либо четвёртый отдыхал внутри вместе со мной и Бу. На стоянках волк носился по скалам с огромным удовольствием, я тоже разминалась, а потом мы грузились обратно и продолжали путь. Погода стояла очень жаркая, ведь мы плыли всё дальше и дальше на юг, и так как ангалинов я особо не стеснялась, то умудрилась отлично загореть, а местами и покрыться небольшими волдырями.

Прошло девять дней и вдали, на границе неба и воды, показалась большая земля. Но это я так подумала, что «большая». На самом деле это всё-таки были острова - Большие Дрейфующие острова и что удивительно, эти огромные участки суши, действительно не стояли на месте. Медленно, но верно они двигались, дрейфуя по плавному и стабильному течению в этой части океана.

Никто из ангалинов не смог объяснить мне, почему острова не стоят на месте, потому как никогда не задавались таким вопросом. Тогда, порывшись в библиотеке, я заключила, что нижние слои пород под поверхностью очень пористые, возможно, застывшая вулканическая пена, пемза по-простому, и эти воздушные слои достаточно большие и прочные, раз позволяют островам всё время находиться в движении.

Мы с Бу сидели на носу, вглядываясь в горизонт. Тройка ангалинов: Шуан, Слай и Асс тащили лодку, а Макс плыл впереди. Вскоре я заметила вспышки света, а до уха донеслись звонкие, пронзительные свисты. Мои чешуйчатые ответили, а я поползла под крышу приводить себя в порядок - с самим Рексом вот-вот встречусь, негоже выглядеть растрёпанным чучелом.

Глава 5

Макс оказался тысячу раз прав, когда не хотел рассказывать как выглядит город ангалинов на самом большом острове. Я словно попала в мир сюрреализма, кубизма и абстракционизма одновременно. То, что скалы этих островов легко поддаются обработке, только подтвердило предположение о пористости пород, слагающих главное пристанище ангалинов.

Морские обитатели не строили домов по принципу человеческих, однако таким удивительным образом обтачивали, а потом раскрашивали скалы, что весь остров представлял собой гигантский лабиринт из бесконечных колонн, совершенно разной высоты и формы, сводчатых потолков, вогнутых и выпуклых стен, круглых, овальных и волнообразных отверстий вместо окон... И всё это красочное, пёстрое, узорчатое, со вставками из причудливых раковин, подобий кораллов, разноцветных камней и каких-то прозрачных осколков!

Сначала я была настолько ошарашена увиденным, что ничего не соображала. Но когда первый шок схлынул, я поняла, что же всё это мне напоминает - постройки великого испанского архитектора. Я попала в сны Гауди! Только невероятные и огромные настолько, что земному гению понадобилось бы с десяток жизней, чтобы возвести нечто подобное.

Открыв рот и вытаращив глаза, я ходила за Максом, восхищаясь и заваливая вопросами. Ангалинов кругом было столько, что несколько раз и я, и Бу наступали кому-то на лапы и хвосты, ну а молодые ангалинчики - дети, шныряли под ногами стаями пищащих, шустрых и очень любопытных ящериц.

Но имелся нюанс, который объединял удивительный город ангалинов с ранее виденным на Окатане - спиральная структура, почти такая же, как и в Тагри. По извивающимся то узким, то широким проходам мы поднимались всё выше и выше к настолько яркому и сияющему в лучах солнц пирамидальному сооружению, что у меня начала кружиться голова. Сбылась мечта! Когда-то ещё в школе я очень хотела поехать в Барселону, чтобы своими глазами увидеть странные, но гениальные, на мой взгляд, архитектурные шедевры Гауди, и даже начала учить испанский. Однако теперь, идя по извилистым, причудливым улицам, рассматривая округлые, конусовидные, трапециевидные, без единого острого угла и без дверей жилища ангалинов, предположила, что связь между Землёй и Окатаном, вероятно, существует не только на уровне пространственного перехода, но и ментально или психофизически. Ведь так много общего было с тем, что строил испанский архитектор! Хотя увидеть своими глазами его творения у меня так и не получилось.

Макс был очень доволен произведённым эффектом. Обычно это я всех удивляла или ставила в тупик, а тут случилось наоборот. Рекс ожидал нас во дворце и, как объяснил друг, хотел, чтобы поначалу я немного освоилась. Шли мы очень долго, я даже несколько раз садилась отдыхать, но не потому что слишком устала, а от впечатлений и нарастающего волнения, но потом всё-таки не выдержала:

– А может отложим встречу с твоим отцом? Ну хотя бы до завтра... Такой сумбур в голове... Что я ему скажу?

Мы находились уже довольно высоко над уровнем моря и волшебный пейзаж из трёх больших и десятка мелких островов с удивительными конструкциями, непонятно как удерживающих причудливые формы, гипнотизировал настолько, что я никак не могла оторвать от них взгляда.

– Отец умрёт от любопытс-с-ства до з-з-завтра, пожалей его, да и вс-с-сех нас! А то останемс-с-ся, как на Востоке, без наз-з-значенного нас-с-следника!

Я заулыбалась и потрепала Бу за лохматую гриву. В такой шубе, конечно, ему было жарко, нужно прятаться в тень:

– Ладно, уговорил... Это веская причина!

Когда через огромный арочный вход мы вошли в обиталище Рекса, я снова поразилась: как же здесь комфортно! Читай книги на Книгочей.нет. Поддержи сайт - подпишись на страничку в VK. Стены нагревались только снаружи, а внутри не были даже тёплыми. А дышать-то как легко! Сквозь многочисленные отверстия проникало достаточно света, а благодаря их расположению на разной высоте создавался эффект кондиционирования воздуха.

Прежде чем предстать перед наиглавнейшим ангалином, Макс привёл нас с Бу в некое подобие комнаты, которую уже подготовили к моему приезду. Это было большое и почти круглое пространство с четырьмя дырками-окнами овальной формы и пятью витыми колоннами, скрученными словно гигантские верёвки: самая толстая - в центре, а четыре других - на равном расстоянии по периметру. Стены расписаны причудливыми узорами с вмурованными перламутровыми раковинами, поблёскивающими под падающими лучами, а пол устлан мягкими коврами и раскиданными подушками различных форм, от круглых и квадратных до вытянутых валиков; низкий столик, несколько сундуков и огромное отполированное металлическое зеркало на причудливой треноге.