Запечатленные
Шрифт:
– Практически нечего. Зато тот парень ни за что не променял бы меня на футбол!
Чед расстроенно отстранился и посмотрел в небо. Я решила его не жалеть и продолжила:
– Он не бросил меня, чтобы мне самой стало легче! Чед, он уже делает такое, что тебе и не снилось. Ты никогда не прикасался ко мне по-настоящему. Ты никогда не смотрел на меня так, как он. Я была тебе нужна как подружка, с которой нескучно и за которую не стыдно перед друзьями.
– Знаю, я идиот! Как я раньше этого не понял?! Дай мне шанс! Я тоже могу так прикасаться к тебе, теперь я действительно хочу! – настаивал он, протягивая руки, но я отпрянула.
– Слишком поздно, Чед. Извини, что так вышло, но я счастлива! Порадуйся за меня.
– Ты на меня злишься, поэтому встречаешься с этим парнем, и он говорит тебе то, что ты хочешь услышать!
Я поняла, что даже если попытаюсь объяснить, как сильно он ошибается, у меня ничего не выйдет. Наоборот, он решит, что брошенная подружка хочет его раззадорить. Ну уж нет!
– Прости, Чед. Мне пора домой. Я обещала тебе писать, помнишь? Надеюсь, во Флориде у тебя все сложится как нельзя лучше.
Я направилась к двери. Могла бы догадаться, но нет же! Чед схватил меня за руку, притянул к себе и настойчиво прильнул к моим губам.
Мой разум взбунтовался, приказывая его остановить. Странное чувство, которое возникло, когда Кайл взял меня за руку, было ничто по сравнению с тем, что творилось со мной сейчас. Я попыталась оттолкнуть Чеда, но он держал крепко. Он притянул меня еще ближе, настойчивыми губами раздвинул мои губы, просунул внутрь жадный язык и застонал. Я растерялась. Чед никогда не целовал меня так страстно, касаясь всем телом, словно пытаясь доказать, что не только может, но и хочет этого.
Зато я не хотела!
Я изо всех сил оттолкнула его, но тщетно. Тогда я сосредоточилась, пытаясь найти выход. Наконец в голове прояснилось, и когда Чед запустил руку в мои волосы, я уже знала, что делать. Я мысленно приказала ему прекратить. Я была очень зла и настроена решительно. Чед тут же отпрянул, держась за губу.
– Ты меня укусила?!
– Нет, – ответила я, брезгливо вытирая рот.
– Похоже на удар шокером…
Я постаралась не радоваться так уж явно, хотя знала, что у меня получилось! Понятия не имею, каким образом, но я добилась своего.
– Не знаю, Чед. Может, это Вселенная подала тебе знак, что не стоит лезть с поцелуями к девушке, которая пытается тебя оттолкнуть.
Он побледнел.
– Я вовсе не… я не лез! Я пытался показать, как сильно хочу тебя.
– Уже показал. Если бы ты поцеловал меня так в прошлом году, мы бы до сих пор были вместе, – тихо проговорила я, подошла к двери и на пороге обернулась. – Надеюсь, у тебя все будет хорошо. Оставь меня в покое!
С этими словами я закрыла дверь.
– Мэгги Мастерс! – резко окликнул меня отец. – Разве так я тебя воспитывал?
Я включила свет в прихожей, но папы там не было. Я заглянула в кухню. Отец стоял у раковины перед окном. Все ясно! Он видел дурацкие любовные маневры Чеда. Супер!
– Пап, Чед сам ко мне пристал, я тут ни при чем!
– Ты ему позволила!
– Ты не понял, что случилось? Если ты смотрел в окно, то наверняка заметил, как он меня схватил.
Как можно за это винить девушку?
– Мэгги, дело не только в Чеде. С парнями так не обращаются!
– Ты о чем?
– С утра ты уезжаешь с одним, потом приходит второй, Кайл Джейкобсон, а вечером Чед сидит на ступеньках и ждет тебя целый час! Разве так можно?
– Ясно. Так вот, Калеб – мой единственный парень. Больше мне никто не нужен. Кайл – просто друг. А Чед меня бросил. Откуда мне было знать, что он притащится и будет меня дожидаться?
– Ладно, – сдался отец и присел на стул. – Значит, Калеб. Чего от вас двоих можно ожидать плохого?
– Почему именно плохого? – спросила я, запрыгивая на стойку.
– Я боюсь, что ты совсем потеряешь голову и отправишься за ним в колледж или того хуже.
Я уселась поудобнее и посмотрела на отца. Врать бесполезно. Он все равно не помешает мне видеться с Калебом, ведь для меня это вопрос жизни и смерти.
– Может, и отправлюсь. Я пока не решила.
– Значит, только это и заставит тебя учиться в колледже? – сухо спросил он, но губы его кривила усмешка.
– Чего? – я ушам своим не поверила.
Кажется, идея ему понравилась.
– До последнего класса ты училась на отлично и строила грандиозные планы на будущее. А потом все изменилось. Ты едва окончила школу, про колледж и думать забыла.
– Ничего я не забыла, – возразила я. – Просто с такими оценками меня ни один колледж не примет.
– Не узнаешь наверняка, пока не попробуешь!
– Что скажешь, если я подам документы в Университет Теннесси и буду учиться вместе с Калебом?
– Ну, не вместе с Калебом, просто ты поступишь в тот же колледж, что и он, только на год младше. А так да, возражать не стану. Если честно, я буду в восторге. Калеб не против, что ты за ним увяжешься?
– Ни в коем случае! – заулыбалась я.
– Ну, все равно, мне нужно с ним серьезно поговорить. Я и так собирался. Он должен знать границы дозволенного…
– Пап, я поняла. Ты хочешь как следует над ним поиздеваться, рассуждая о моей девственности и его порядочности, о сексе, вечеринках и ночевках вне дома. Все ясно. Вперед!
Отец фыркнул и уставился на меня так, будто я напилась или что похуже.
– Ладно, – наконец сказал он.
– Вот и хорошо! – Я спрыгнула на пол и поцеловала его в щеку. – Спокойной ночи! Люблю тебя, папа!
– И я тебя, дочка!
Глава 13
Я почистила зубы и даже приняла душ, чтобы смыть любое напоминание о Чеде. Спать хотелось невозможно. Я понятия не имела, что затевает Калеб. Он обещал вернуться и придумать, как бы нам переночевать вместе. Я ему верила, однако вряд ли в этом мире есть сила, способная убедить моего отца разрешить Калебу остаться.
Как только я вышла из душа, сразу ему написала.
«Привет! Цирк окончен. Жду тебя не дождусь! Мэгги».
Он ответил:
«И хорошо! А то я чуть не умер:)»
Я решила немного почитать, чтобы отвлечься. Иначе я либо металась бы по комнате, либо мигом уснула бы.
Внимательно изучив гардероб, я надела короткий топ на бретельках, пижамные штаны вишневого цвета и свернулась в кресле калачиком. Слишком сексуальной выглядеть не хотелось, но и чучелом рядиться тоже не стоило. Мы просто будем спать рядом – и все! Тем не менее, сегодняшняя ночь казалась особенной, шагом к чему-то большему.