Чтение онлайн

– Да потому что тебе лишь бы за всё выпить! Алкаш.

– Ну хватит. Как они в итоге его назвали-то?

– Рома.

– Авдотьев Роман Евгеньевич, а что неплохо так звучит.

Звонок. Лариса взяла трубку и сразу решила выйти из машины. Выйдя из машины, она позвала своего мужа и тот быстро вышел из машины.

Запись 7

«Больница становится домом для больных, иногда на долгое время. Только вот домашнего уюта внутри нее, увы, не хватает.»

Варвара резко очнулась.

–«Что это за хуйня, сейчас была?» – проорала Варвара

Врач на этот ор просто промолчал, а также ехидно улыбнулся.

– «Я сделал с тобой то, что делали в свое время в Топике, но только с картинкой» – сказал врач.

Запись 8

«История психов»

Привет! Меня зовут Адиля. Сейчас я вам расскажу, как я оказалась здесь:

Вообще родители в психиатрическую больницу меня возили три раза, но положенный срок я отсидела только два.

Первый раз меня там закрыли в шестнадцать лет. Зимой, не помню точно в каком месяце, я была в своей комнате как неожиданно в квартиру ворвались четыре здоровых мужика в белых халатах. Они мне перегородили выход и начали говорить: "Какая интеллигентная девушка и больная". Пришли мои родители, сказали: "Одевайся!" – и кинули мне на кровать одежду. Я ответила, что никуда не поеду. Врачи продолжали: "Одевайся по-хорошему…». Я хотела выйти из комнаты, но они меня схватили и поволокли. Я сопротивлялась, цеплялась руками за стену. Они отрывали мои руки от стены. Выволокли с квартиры. Отказывалась идти, легла на грязный пол. Они меня взяли за руки и ноги, понесли в лифт… Сорвали кофту. Я орала: "Помогите! Полиция!". В моем доме есть полицейский участок, но они даже не выглянули в коридор посмотреть, что происходит. Босиком без кофты и тапочек тащили по улице в машину. На улице холодно, снег. В машине я расплакалась. Люди мимо проходили, смотрели. Пришли родители, закинули в машину тапки. Отвезли.

В психушке меня врач позвала к себе в кабинет, у неё вид больной, глаза вытаращенные лезут из орбит, а под ними синяки черные. Как заорала на меня: "Отвечай, как дело было, тебе голос свыше приказал?!". Какая-то медсестра сказала: "Да у неё по глазкам видно, что она больна".

Стояли там коляски инвалидные. На полу лежала женщина, которая под себя писала, шевелиться не могла. Уколы ей делали без конца, а потом на носилках унесли. Дверь железная на замке, ключ у врачей в кармане.

Умоляла я родителей забрать меня, они подписали нужные бумаги и в этот день меня отпустили, но это было только начало…

Затем родители решил второй раз свозить меня в психушку. Я так и не поняла зачем. Давали мне таблетки, от которых очень плохо было: тяжело ходить – от них еле ноги шевелились, было чувство, что я упаду. От одной таблетки слегла в кровать на несколько дней. Вид после неё был у меня ужасный. Рвало от них чем-то жёлтым. Пальцем во рту ковырялись – смотрели выпила их или нет. Пугали, что будут зубы разжимать – проверять, если их буду прятать. Медсестра орала на меня: "Пей сейчас же таблетку!". Чтобы меня подержать – сделать укол – собрались все врачи, даже уборщик со шваброй. Окна, двери на замке, ключи у медперсонала.

В итоге родители забрали меня, но только после окончания срока

А вот третий раз был по настоящему страшный!

Я лежала спокойно на диване, никого не трогала, как в друг в дверь позвонили. Родители открыли, а дальше как обычно, ворвались в квартиру три здоровенных мужика в белых халатах. Церемониться со мной не стали – сразу схватили за шею и отволокли в машину. Очень ловко схватили за шею, видно сразу, что натренированы на больных – не первый раз хватают. Это было вечером, на улице уже было темно.

Сразу как привезли, силой вкололи укол. Я от него отказывалась. Санитар меня схватил за руку и заорал: "Ты хочешь меня разозлить?!". Схватил за шею, (наверно это их любимый приём) придавил к койке и вкололи психотропную отраву. Силой волокли в палату-изолятор, где находятся тяжело больные. Там дверь на замке, на окнах решётки, туалет там же. Тех, кто там прибывает, на улицу и в коридор не пускают. Палата облезлая. Одежду драную, психическую одевать не захотела и тогда санитар с медсестрой силой раздели меня до гола. Палец выкручивали, ломали, чтобы кофту снять. Орали: "Сейчас к кровати привяжем!". А там, я заметила, очень любят привязывать. Старую женщину, помню, привели. Она говорила, что не может здесь оставаться: надо идти домой, у неё много дел. Села на стул около двери. Ей говорили: "Ложись в кровать". Не легла. Привязали к кровати. Я ушла в туалет, чтобы не слышать душераздирающие вопли. Наделали уколов много и после привязки стала очень ненормальная, бредила. Врачи радостные были – так радовались, аж рожи красные были от удовольствия.

На утро мне принесла медсестра "лекарство". Спросила от чего оно, а мне по-хамски ответила медсестра:" Сама должна знать какие "лекарства" были тебе назначены!". Не выпила. Схватили, на кровать повалили, зажали садисты нос, чтобы мне нечем было дышать, и я открыла рот. Пытались влить. Смеялись, что дыхание могу надолго задерживать, рявкнули: "как ты смеешь ножками нас отпихивать?!". Не получилось влить лекарство (отраву), тогда силой вкололи укол. После него я впала в сон, потеряла волю. Вечером ещё два шприца и так кололи 10 дней по 2 раза – один укол утром, два вечером.

Потом принесли мне родители мешок с едой и одеждой. На свидание к ним не пустили. Мешок мой врачи перерыли. Руку протянула к мешку – оттолкнули, сказали:" Не лезь куда не надо!". Еду только дали, а остальное в хранилище закрыли. Решётку ломала, руки порезала, на них у меня были синяки. Потом от уколов в бес сознание впала. Язык скрутило, есть не могла. Как можно есть со скрученным языком, если он стоит у тебя поперёк горла?! Судорогой тело свело, в кровати лежала – не могла перевернуться на другой бок. Помню – очнулась ненадолго, когда, шатаясь стояла и в жопу врезались два укола. Сидела на кровати без сознания, уставившись в окно. Рот мне крутило. Сунули мне в руку кружку с питьём, сидела держа её в руке и смотрела в одну точку, потом сознание ненадолго промелькнуло, поднесла питьё ко рту и уронила – пролила мимо рта на себя. Помню – стояла, шатаясь, закатив глаза к потолку и мне в рот совали какую-то таблетку.

Я есть не могла , без сознания лежала, меня пытались накормить потому, что сама не в состоянии была есть. С кровати заставили подняться, сесть и в рот тыкала санитарка ложку с плавленым сырком, которые мне из дома родители принесли: ложку и сырок. Я даже чай проглотить не могла: долго во рту держала, лежа в постели, пока он сам не выливался – вот так меня обкололи.

Пришла ко мне на свидание мамка, тогда я немного очнулась. В психушке была специальная комната для свиданий, вот тогда я совершила побег. Мамка с медсестрой болтали стоя возле двери, я была рядом и неожиданно у меня промелькнула мысль, что дверь не заперта! Разум прояснился, я очень быстро, мгновенно открыла дверь (она оказалась действительно незапертой) и выбежала на улицу.

Местность была незнакомая, но я сориентировалась куда бежать, прямиком добежала до забора и перелезла через него. Недалеко от забора валялся пьяница, пьяный в стельку. Удивительно, пьяницы валяются прямо под забором психушки и их не отправляют лечить! На подгибающихся ногах еле доехала домой. Дома мне никто рад не был. Вопли, крики, плач, истерика – вот то, что меня ждало дома.

Утром папка поехал в психушку, забрал вещи. Приехав оттуда, сказал – я должна с ним туда ехать, паспорт забрать. Мозги от отравы ничего не соображали: не понимала, что меня обманывают – поехала. Паспорт мне не отдали и опять закрыли в изоляторе. Продолжили накачку уколами. 40 уколов за десять дней сделали. Помню – сидела за столом еле живая, еду силой в рот пихала медсестра Люда, садистка чуть зубы не сломала. Кружку с чаем пихала в рот, да на меня весь пролила. Орала на меня часто. Ещё в рот тоже "лекарство" заливала. Я отказалась пить "лекарство" в столовой, когда она всем его разносила и очередь до меня дошла, тогда она меня схватила, поволокла силой в палату-изолятор. Посадила на стул, в рот пихала в стаканчике жидкость и заставляла чаем запить, ещё одна санитарка около меня суетилась, порываясь выполнять рабочие обязанности. Я выплюнула "лекарство", тогда эта медсестра Люда побежала за ещё одной порцией. Долго мучила пока не заставила выпить. Вот от этого лекарства-жидкости мне было очень плохо, не могла сидеть долго на одном месте, было очень сильное беспокойство. В глазах мутно было, глаза болели , сами закрывались как будто спать хотелось.

В палате-изоляторе ужасная вонища. Девять коек на девять психов, дверь заперта, окна заперты, туалет прямо в палате куда дверь открыта – вот и вонища. Еду приносят туда же поесть, суп и второе – всё на одну тарелку наваливают и только ложку дают это ковырять.

Продержали меня там 2 недели и перевели в обычную палату. Сознание стало возвращаться. Жидкость давали пить ужасную, от неё было очень сильное беспокойство. Чем дольше давали, тем хуже становилось. Давали пить ещё четыре таблетки в день и эту жидкость. Домой выпустили через 35 дней. Повезло. Ещё долго после психушки плохо было, ноги при ходьбе болели. Когда из психбольницы выпустили – домой еле доехала, удерживалась, чтобы по автобусу не начать бегать, час в автобусе постаралась отсидеть. Дома места себе не находила, на диване не лежалось и не сиделось. Это все от этой жидкости-отравы.